Нить Каина. Страница 4

Его информатор опаздывал. Обычно Марк легко относился к подобным заминкам, но в этот раз ему было невтерпеж. Он ввел код доступа в чат с сообщениями и в очередной раз перечитал переписку. Место и время встречи были верными.

С пользователем под сетевым именем Перегрин Марк познакомился в голосовом чате во время ходки в «Радугу» [1] минувшей ночью. Устроившись перед экраном телевизора с джойстиком и бутылкой пива в руках, он не планировал заводить новых виртуальных знакомств, пока в чате не завязалась нехарактерная для игрового процесса дискуссия: вместо тактических выкриков и ругани отвлеченно трепались, обсуждая свежий новостной заголовок о везунчике, выигравшем в лотерею семь миллионов фунтов.

– Вот мне бы так, – гоготнул весельчак Файб. У него был глубокий, хорошо поставленный голос. Таким продавец-консультант мог бы запросто уговорить несведущего покупателя на приобретение необоснованно дорогого автомобиля. – Купил бы себе дом у озера и жил припеваючи, как мужик в том фильме. Помните? Тот, где он переписывался с дамочкой из прошлого.

– С Киану Ривзом? – с интересом переспросил Бах, который третий раунд подряд умирал первым в отряде. – Хороший фильм.

– Отличный фильм! – с чувством подтвердил Файб, держа на прицеле игрока из противоположной команды. – Эх, быть бы мне тем удачливым мерзавцем, кто взял джекпот.

Бах солидарно гугукнул. Его микрофон зашуршал, и вскоре послышалось, как он гулко проглатывал воду из стакана. Бах не раз кичился в чате, что всегда выпивал по три литра воды в день.

Настоящих имен, как и возраста, места проживания или занятости друг друга никто из присутствующих не знал. Марк был единственным, кто использовал свою настоящую фамилию (с парой лишних символов) в качестве интернет-позывного.

– Эй, Хиггс, – позвал его Бах, когда у всех на экране высветилась заставка с итогами завершившегося матча. Сыграли в пользу противника. Файб разочарованно цокнул языком, недовольный результатами. – На что бы ты потратил такие деньги?

Марк задумался, а потом усмехнулся.

– Я никогда не занимался бы тем, чем занимаюсь, интересуй меня деньги, – с дружелюбной насмешкой ответил он.

– Только ради любимого дела можно не думать о деньгах, – проворчал Файб. – Я не занимаюсь тем, что мне нравится, но денег у меня тоже нет.

– Touché [2] , – хмыкнул Бах с выразительным французским акцентом. «Канадец», – исходя из опыта общения с канадцами, предположил Марк.

– Чем занимаешься-то?

Хиггс пораскинул мозгами. Стоило ли обсуждать работу его характера с незнакомыми людьми? «Было бы что обсуждать», – меланхолично подумал Марк, сидевший без дела всю последнюю неделю.

– Журналист, – кратко пояснил он.

Файб присвистнул. Бах шумно приложился к очередному стакану с водой.

Пока собеседники собирались с мыслями, интерфейс игровой приставки оповестил Хиггса о входящем сообщении. Заинтригованный, Марк нажал на иконку, открывая новый чат.

«Это правда, что ты – журналист?» – спрашивал Перегрин, новичок в их группе, который молчал с момента, как присоединился.

«Да», – напечатал в ответ Хиггс.

Перегрин молчал какое-то время, за которое Марк успел решить, что их разговор был окончен, не начавшись.

«Выигрыш в лотерею был нечестным, – наконец ответил Перегрин. – У меня есть доказательства».

Сердце Марка в надежде забилось быстрее, но разум советовал не торопить события. Он знал, что ему стоило доверять разуму больше, чем своему переменчивому сердцу, но жажда ухватиться за новую ниточку вскружила голову не хуже выпитых на голодный желудок шотов текилы.

«Я готов сотрудничать, но при личной встрече».

Хиггс вздохнул. В конце концов, у него на руках была масса свободного времени.

«Где?» – напечатал Марк в ответ, не веря, что повелся на первую попавшуюся удочку, словно «зеленый» стажер, каким он и был много лет назад.

Всегда оставался шанс, что разговор умрет сам собой, окажись они с Перегрином на разных концах земного шара.

«Встретимся завтра на Бишоп-авеню», – пришел ответ. Марк отметил про себя, что его собеседник будто бы не сомневался в том, что он находился в Лондоне. Ищейка в душе Хиггса заинтересованно принюхивалась к обстоятельствам, готовая взять след.

«Точные координаты и время пришлю на твой мобильный. Не опаздывай».

До того как Марк успел напечатать ответ, Перегрин вышел из Сети.

В окно фиата постучали, вынудив мужчину за рулем вздрогнуть от неожиданности и поднять глаза. За стеклом маячило загорелое лицо молодой девушки с короткими волосами цвета жвачки.

Марк на щелочку приоткрыл окно с водительской стороны. Кнопка стеклоподъемника заедала уже которую неделю.

– Что вам нужно? – с подозрением спросил он и цепко оглядел стоящую перед его автомобилем девушку. Единственное, что выделяло ее из толпы, – это ярко-розовый цвет волос. Одета она была в безымянный черный пуховик на белую футболку, а с ее плеча свисал раздувшийся, набитый до предела рюкзак. Хиггс мог поклясться, что ей было не больше шестнадцати.

– От Перегрина, – деловито объявила девчушка, не сомневаясь, что вела беседу с искомым субъектом.

Брови Марка с секунду ползи вверх, после чего ему удалось взять себя в руки. Личность его нежданного информатора становилась все загадочнее.

Помедлив, Хиггс кивком указал девушке на переднее пассажирское сиденье и сменил положение переключателя центрального замка. Двери автомобиля открылись с мягким щелчком, и посланник Перегрина нырнула в салон.

– Ух, холодно, – объявила она, откинувшись на спинку сиденья и положив рюкзак на колени.

– Я надеялся встретиться с Перегрином лично, – сказал Марк в ответ, на что девушка шмыгнула носом и покачала головой.

– Встретиться со мной – то же самое, что встретиться с Перегрином лично, – объяснила она. – Перегрин – не человек, а организация.

Журналист какое-то время переваривал информацию, прежде чем заговорил снова.

– В этой организации всем по шестнадцать лет?

Девчушка вздохнула.

– Мне семнадцать, – пробурчала она, – и, если тебя не устраивает мой возраст, можешь продолжать сидеть без работы.

Хиггс посчитал угрозу справедливой и послушно замолчал.

– Называй меня Марой, – сказала собеседница.

Журналист в очередной раз кивнул, но представиться в ответ не успел.

– Тебя зовут Марк, – улыбнулась Мара. – Я знаю.

– Откуда?

– Я думала, ты хотел, чтобы тебя нашли, раз использовал свою настоящую фамилию в качестве ника в «Радуге».

Щеки Хиггса слегка порозовели. Мара хихикнула.

– Если не хотел, значит, больше так не делай, – назидательно посоветовала она, расстегивая переполненный рюкзак.

– Ближе к делу, – пробормотал Марк, все еще чувствуя себя неловко из-за своего легкомыслия в отношении кибербезопасности.

Мара достала из рюкзака стопку распечаток.

– К делу так к делу, – легко согласилась она, передавая бумаги Хиггсу.

Взяв у нее распечатки, Марк пробежался взглядом по содержимому первого листа.

– У Перегрина есть доказательства, что кто-то в Национальной лотерее Великобритании подтасовал результаты последнего розыгрыша, – сказала Мара.

Марк пролистал еще пару страниц, внимательно изучая строку за строкой, прежде чем поднял взгляд на девушку.

– Откуда у Перегрина информация?

Он не был наивным и не строил иллюзий, что Мара и члены ее «организации» добывали сведения честным путем.

– Детали не важны… – начала девчушка, но Хиггс, не стесняясь, перебил ее.

– Мы либо доверяем друг другу, либо нет, – заявил он. Несмотря на кажущуюся твердость ультиматума, тон его был мягче, чем можно было ожидать.

Мара задумалась. Марка интриговало ее поведение: ей, очевидно, была нужна его помощь, иначе она бы не вышла с ним на связь, тем более – таким причудливым образом. Почему он? Чем он мог ей помочь?