Дракон и диковинка для драконёнка (СИ). Страница 21

Дэйнарин долго внимательно смотрит на меня.

— Я доведу это дело до конца, — говорит твёрдо. — А вы… выздоравливайте.

Я киваю. Не знаю, что сказать. Между нами повисает тяжёлое молчание. Потому что именно в нём осталось столько недосказанности, что отмолчаться просто не удастся. Просто, наверное, этот разговор произойдёт не сейчас.

30. Стормдорн

30. Стормдорн

Дэйнарин

Я возвращаюсь в кабинет и по эхо-камню вызываю конвой из белых драконов.

Пройдёт не больше получаса до момента, как Марианну доставят в Стормдорн. Я полечу вместе с ними и допрошу её перед вынесением приговора. И у неё не будет возможности что-то скрыть.

Два белых дракона приземляются во дворе замка и сразу обращаются в людей. Виконты Верилан и Стеррин, следователи Ордена. Я ожидаю их на ступенях в замок, киваю им приветственно, и мы вместе поднимаемся в гостевое крыло. Я снимаю печать с двери Марианны.

Я остаюсь в коридоре, драконы входят к ней сами, зачитывают формальный текст, выводят из комнаты уже в кандалах. Я не говорю ни слова. Потому что если открою рот… боюсь, просто сожгу её на месте без суда и следствия.

Марианна идёт спокойно. Слишком спокойно для человека, которого только что обвинили в покушении на жизнь ребёнка. Спина прямая, шаг ровный, взгляд холодный. Ни страха, ни смятения. Только раздражающая, почти оскорбительная собранность.

Я иду рядом.

Внутри тишина. Решение уже принято. Но есть одна мысль, которая сидит в мозгу словно заноза. Если Элина права…

Я обрываю её. Жёстко. Как лишнюю ветку. Не сейчас. Я всё услышу из первых уст.

Мы выводим Марианну на ступени, Стеррин обращается и берёт её лапами. Поднимает в воздух. Следом обращаемся мы с Вериланом. Летим в Стормдорн.

Мрачный замок встречает нас холодом.

Чёрный камень, узкие коридоры, магия, которая давит на грудь, будто сам воздух здесь проверяет тебя на прочность. Здесь не кричат. Здесь ломаются тихо.

Виконты ведут Марианну в допросную. Я захожу в хранилище за Астролитом, который в простонародье называют кристаллом правды, оформляю допрос с его применением и иду в допросную к Марианне.

Дверь закрывается за моей спиной с громким щелчком. Лязгает металл.

Марианна сидит за столом, стоящим по центру. Нога на ногу, руки в кандалах мягко лежат на столешнице.

Я кладу на стол перед ней Астролит. Прозрачный, как лёд. И такой же беспощадный.

Марианна скользит по нему взглядом и усмехается.

— Астролит? Как предсказуемо, лорд Харлан, — произносит она спокойно. — Похоже, нет смысла отпираться. Он всё равно покажет, где я солгу. Поэтому не будем терять времени.

Она даже в допросной остаётся хищной, держится с нарочитым достоинством.

— Начнём с обвала, — говорю ровно.

Она обводит допросную скучающим взглядом, останавливает его на мне.

— Да, — отвечает. — Это была я. Ваша приблудная девка всё правильно поняла. Я не успела убрать тот лоскут.

В груди неприятно сжимается тревога и тлеет ярость.

— Зачем? — спрашиваю я.

— Я хотела организовать несчастный случай, — пожимает плечами. — Старое крыло, ветхие перекрытия. Удивительно, что это не произошло раньше.

Кристалл вспыхивает красным светом. Ложь.

Она усмехается.

— Хорошо, — поправляется. — Я ускорила процесс.

— Вы хотели убить ребёнка? — спрашиваю я.

— Мне нужно было уничтожить золотого наследника, — спокойно отвечает она. — А уж каким способом — вопрос вторичный.

Кристалл светит ровным голубым. Значит, правда.

У меня внутри становится холоднее.

— Как Тиберий вышел на крышу? Это вы контролировали его? — спрашиваю дальше. — Чтобы создать ещё один несчастный случай?

Вот тут в её глазах появляется интерес.

— Наконец-то правильный вопрос, милорд, — Она чуть склоняет голову. — Да. Вы правильно всё поняли. Я с первого дня подбиралась к Тиберию Но пока на нём был амулет, мои чары были бессмысленны.

Я застываю. Амулет. Вспыхивает воспоминание, как он будто очнулся от транса, когда Элина вернула ему амулет. И как он ей его отдал! «Тебе он сейчас нужнее».

Холод проходит по позвоночнику.

Тиберий отдал защитный амулет Элине и оказался под угрозой. И если бы она не пошла за ним на крышу, он был бы мёртв.

Несколько секунд я не говорю ничего. Смотрю на Марианну. И сейчас отчётливо ощущаю, насколько глубоко я ошибся.

— Вы действовали одна? — спрашиваю глухо.

Она улыбается и качает головой.

— Нет, — тянет довольным голосом и добавляет: — Я выполняла работу.

Ладони становятся влажными, а по спине бегут колючие мурашки. Заговор, и Марианна — его верхушка.

— По чьему приказу? — вырывается у меня нетерпеливо.

Она смотрит прямо на меня.

— Заказ Академии Мыслителей, — говорит она. — Но вряд ли через меня вы выйдете на конечного выгодоприобретателя. Я сама его не знаю.

Кристалл остаётся голубым. Он реагирует на изменение астрального поля и показывает, когда знания человека не совпадают с тем, что он говорит. И тут Марианна не лжёт.

— Зачем? — выдыхаю я.

— Золотой наследник, — отвечает она. — Вы правда думали, что его оставят в покое?

В допросной становится тесно и душно. Я медленно сжимаю кулак.

Перед глазами всплывает картина, как я нашёл Элину. Кровь на спине, дрожащие руки, как она собственным телом закрывала Тиберия. И то, как я рявкнул на неё: «Вы могли убить его».

Горло перехватывает. Я отворачиваюсь. Потому что иначе я сейчас убью кого-нибудь. Я наказал Элину за то, что она ценой своего здоровья защищала моего воспитанника. Слепой идиот.

— Забавно, — говорит Марианна тихо, будто прочитала мои мысли. — Вы отстранили ту, кто был готов умереть за Тиберия… И оставили рядом меня.

Кулак сжимается до хруста. Я поднимаю на неё взгляд. Мне хочется приговорить её прямо здесь и сжечь её белым пламенем. Но она может ещё что-то знать.

— Виконты, — я взглядом подзываю следователей. — Поместить арестованную в камеру длительного содержания. Выудить всю информацию о заговоре вокруг лорда Тиберия Эрриана. Нужны любые зацепки по Академии Мыслителей.

Лорды Верилан и Стеррин подходят и поднимают её со стула.

Марианна не сопротивляется, когда её уводят, только останавливается у двери, бросает на меня взгляд.

— Если вы думаете, что я буду последней, — снова хищно улыбается, — то вы заблуждаетесь. Если не такие, как я, то за золотым драконёнком придёт Сомбраэль.

От этих слов внутри становится колюче холодно, будто в желудке лёд. Я ощибся. И цена моей ошибки — жизнь ребёнка.

Мне нужно как можно скорее найти того, кто за всем этим стоит.

31. Это ничего не меняет

31. Это ничего не меняет

Дэйнарин

Я лечу обратно в Астарту, не замечая пути. Не чувствуя холода. Внутри кислотой жжётся мысль, что я ошибся. Причинил Элине боль, не поверил, был несправедлив к ней, и одновременно подверг Тиберия смертельной опасности.

Я помню, как они прощались, даже моё ледяное сердце сжималось, когда Тиберий отдал амулет.

Я лечу домой с одной единственной мыслью — объясниться с Элиной. Хотя бы объяснить свои мотивы.

Полуденное холодное солнце подтапливает снег на башнях, и они искрятся лёгкой капелью. Я приземляюсь на балконе крыла, где комнаты Тиберия и Элины. Интересно, где она. Наверное, пошла к Тиберию, несмотря на мою просьбу, чтобы легла отдыхать.

Солнечный свет ложится на камень, играет на заснеженном балконе. Всё кажется спокойным и обычным. Будто несколько часов назад один золотой драконёнок чуть не погиб в стенах замка.

Я прохожу к покоям Тиберия и замираю у двери. Створка приоткрыта. Изнутри доносится тихий голос. Я не сразу понимаю, что это слова.

Сначала думаю, что сказка. Потом вслушиваюсь — Элина читает вслух учебник по истории. Драконьи рода.

Я толкаю дверь и встаю в проёме. Элина сидит на краю кровати Тиберия. Бледная, утомлённая, плечи напряжены, движения осторожные, будто каждое даётся через боль. Но она читает Тиберию.