Дракон и диковинка для драконёнка (СИ). Страница 10

— И вы готовы понести наказание за того, кто нарушил правила моего дома? — в его голосе сталь. Но под кожей сдерживаемый жар, острая нота желания, эхом отдающаяся в моём теле. — А если оно окажется телесным?

Бровь лорда Харлана поднимается. Я почти уверена, что по-настоящему меня никто не накажет, но это слово собирает тепло внизу живота. Он не просто спрашивает. Он проверяет. И я вижу — ему нравится ответ, который он уже прочитал в моих глазах.

— Если нужно, понесу, — выдыхаю я.

Его зрачки расширяются. В них остро пляшут белые искры. И я вижу перед собой мужчину, а не дракона. Мужчину, который прячет желание, сдерживает порывы, хранит откровенность под маской холода.

— Вы слабо понимаете, на что подписываетесь, леди Элина, — тянет он хищно, словно смакуя слова.

Я сглатываю. Мне стыдно, что в теле от мысли о «наказании», особенно телесном, разливается тяжесть.

— Я прекрасно понимаю, — выговариваю как можно ровнее.

Отступаю вбок. Не потому что боюсь. А потому что рядом с ним слишком жарко. Внутри всё дрожит от его близости. И его эмоции разливаются внутри тела слишком ощутимой горячей волной.

Лорд Харлан подходит ближе. Я не чувствую угрозы, но и мягкости тоже нет. Он как буря, надвигающаяся на побережье — неизбежен.

— Наказание у белых драконов… не всегда мягкое, — его взгляд щупает моё лицо, спускается к шее, облизывает ключицы, не закрытые платьем, поднимается обратно к губам.

— Я не просила мягкости, — отвечаю чуть тише, чем хотела.

Лорд Харлан наклоняет голову, будто слушает не мои слова, а ритм моего дыхания.

— И всё же… вы не боитесь, что я зайду слишком далеко? — рокот его голоса застревает под рёбрами.

Я чувствую свой собственный пульс где-то в горле, но упрямо стою на своём.

— Если это будет ради Тиберия… мне ничего не страшно.

Его пальцы едва касаются моей руки — не хватает миллиметра, чтобы прикоснуться. И всё моё тело вспыхивает. Предплечья покрываются мурашками.

— Осторожнее, леди Элина, — тянет он хрипло. — Такие вещи… мужчины принимают за разрешение.

Я делаю вдох, в груди дрожь.

— Если бы я не хотела, я бы не сказала, — цепляюсь за логику, потому что это единственная точка опоры.

Глаза лорда Харлана вспыхивают.

— Ваше «если нужно» звучит слишком… соблазнительно, — он медленно выдыхает, будто сдерживает внутри рвущегося зверя. Его голос опускается почти до шёпота. — Не провоцируйте меня, Элина.

Я делаю ещё шаг назад. Вдоль кровати. Хоть куда-нибудь. Аура этого дракона плавит меня как солнце сыр.

— Я не провоцирую, лорд Харлан, — пытаюсь взять себя в руки. — Я просто остаюсь собой.

Он снисходительно поднимает бровь.

— Для меня удивительно, леди Элина, — произносит он тихо, — что вы защищаете Тиберия так, будто он ваш собственный сын.

Ещё шаг, попа упирается в подоконник, свет падает из-за спины, решётка на окне отбрасывает на лорда Харлана причудливые тени.

— Потому что я чувствую его как мать, — отвечаю я прерывисто, едва контролируя дыхание.

Дракон в один короткий рывок оказывается вплотную. Давит присутствием, греет теплом тела, окутывает своим мужественным ароматом. Боги, мысли стягиваются в точку.

— Похвально, — наконец говорит он, опуская ладони на подоконник по сторонам от меня. — Но это не отменяет ответа на мой вчерашний вопрос, который вы обязаны мне озвучить сегодня утром.

Я замираю. Сердце колотится под ключицами. Я ведь уже решила, что любой ценой останусь рядом с мальчиком. Просто думала потянуть время. А времени больше нет.

— Леди Элина, каков ваш ответ? — произносит он не громко, но так, что воздух вокруг меня электризуется. — Вы выйдете за меня замуж?

Мы почти соприкасаемся дыханием.

— Я жду, леди Элина.

15. Не лишнее

15. Не лишнее

Элина

Лорд Харлан, белый дракон, мужчина, шторм — всё в одном, удерживает меня в ловушке собственных объятий. Жар его дыхания лижет мне кожу. В солнечном сплетении появляется щекотка.

— Ваш ответ, леди Элина, — повторяет он.

Мы оба знаем, что я скажу да. Во-первых, потому что мы заключили пари. Во-вторых, потому что я не брошу Тиберия. В-третьих, потому что притяжение между нами можно резать тупым ножом.

Но сейчас я могу поставить условия мужчине, который способен уничтожать одним словом.

— Я выйду за вас замуж, лорд Харлан, — произношу медленно. — Но при одном условии.

Брови лорда Харлана ползут на лоб. На лице появляется выражение, которое я могла бы интерпретировать как «и не страшно тебе ставить мне условия, женщина?»

— Озвучьте, — приказывает он, совладав с мимикой.

— Воспитанием Тиберия занимаюсь я, — выговариваю я твёрдо, точно гвозди забиваю.

Его взгляд вспыхивает, как лезвие, поймавшее свет.

— Леди Марианна — дипломированная наставница, — отвечает он ровно. — Выписана из Академии Мыслителей. Она…

— Нет, — перебиваю я. Воздух между нами снова вздрагивает, теперь от раздражения лорда Харлана. — Если эта женщина продолжит иметь доступ к ребёнку, — произношу твёрдо, — то смысл оставаться в вашем замке для меня теряется.

Между нами повисает тишина.

Лорд Харлан смотрит на меня так, будто я перешла черту, которую никто не смел пересекать. Но я вижу, что он слышит правду. И злится, что она исходит от меня.

— Хорошо, — наконец произносит он.

Я моргаю.

— Хорошо? — переспрашиваю. — Всего-то? Или есть какие-то условия?

— Вы будете заниматься воспитанием Тиберия, — рокочет дракон. — Леди Марианна останется в замке, но не будет заниматься с мальчиком. Я сам доведу это до её сведения.

Он говорит спокойно, но внутри бурлит горячий хаос.

— Тогда… я согласна, — выдыхаю я. — Я выйду за вас замуж.

Это меняет воздух. Он становится плотнее, теплее, опаснее. В глазах дракона вспыхивает жар. Белый, плотный, тянущий.

— Отлично, — произносит он хрипловато. — Мы сыграем свадьбу, как только всё будет готово.

— И когда… это? — спрашиваю я осторожно.

— На ближайшую луну, — ровно выговаривает дракон.

Я киваю. Пытаюсь дышать ровно.

— От меня… что требуется? — тяну неуверенно.

Он выпрямляется, руки больше не ограждают меня, и я могла бы выскользнуть, но стою, упершись в подоконник, смотрю на его красивое уже спокойное лицо.

— Готовьтесь к свадьбе, — произносит он. — Я выделю вам служанок, чтобы вы выбрали платье. Организацией займусь сам.

— Понятно… — я киваю.

В голове не укладывается, что меньше, чем через месяц я стану женой дракона. Что-то в этом есть неправильное. Но мысль ускользает, не поймать.

Он склоняется чуть ближе.

— И, леди Элина, — голос становится низким, словно тайна, — наказание за проступок Тиберия я не отменяю.

Я застываю и едва дышу. Он смотрит на меня так, будто может прочитать каждую мою мысль. Каждый невысказанный импульс. Каждое замирание сердца.

— И… каким же оно будет?

Он поднимает моё лицо за подбородок. Легко, но так, что я не могу отвернуться.

— Вы сказали «накажите меня», — шепчет он. — Вы не понимаете, что это значило для меня.

У меня спирает дыхание. И уже через мгновение его губы касаются моих. Другая рука ложится на затылок. Я не могу вырваться и самое ужасное — не хочу. Я отвечаю на жадный горячий поцелуй, будто он — воздух, а я вечность задерживала дыхание.

— Лорд Харлан… это неправильно, — шепчу я в его губы, когда он чуть отстраняется..

— Я целую почти свою жену, — отвечает он. — В этом нет ничего неправильного.

— Почти… — выдыхаю я. — И мы договаривались, что вы не будете требовать лишнего.

— А я вижу, — его голос обжигает кожу как прикосновение огня, — что это не лишнее.

Он снова целует меня. Не мягко. Не робко. А как мужчина, который давно держал себя в руках, и наконец получил право выпустить жар на свободу.

Поцелуй глубокий, горячий, тянущий душу через кожу. И я снова отвечаю. Надо поднять руки и оттолкнуть его, но тело горит, дышать невозможно. Сдержаться невозможно. Я тону в ощущении, что мне было нужно именно это.