Отель «Белый осьминог». Страница 12

А на другом берегу озера стоял отель «Белый осьминог». Иви мгновенно узнала его характерные шпили и башенки. На таком расстоянии здание заброшенного отеля выглядело точно так же, как сто лет назад, во времена его расцвета. Отсюда не было видно ни заколоченных окон, ни неухоженной территории, ни прогнившего частного причала. Отель будто был готов к приему гостей. Иви очень живо представила, что там и вправду есть люди. Возможно, прямо сейчас постояльцы отеля собрались на веранде за послеобеденным чаем. Она явственно ощутила во рту вкус мятной помадки – маленьких круглых пастилок в белой шоколадной глазури, разложенных на блестящих серебряных блюдцах. На этом берегу озера тоже был небольшой деревянный причал, у которого стояли две лодки. Иви осмотрелась, но не заметила их владельцев. Она решила зайти в гостиницу.

В маленьком, аккуратном холле не было ни души. Иви позвонила в колокольчик на стойке портье. Через пару секунд из подсобки вышел мужчина лет пятидесяти пяти. Он виновато улыбнулся Иви:

– Боюсь, обед вы пропустили. Кухня закрылась до вечера. Но за углом есть кафе, где подают сэндвичи и пирожные.

– Я пришла не обедать, – сказала Иви, хотя она не ела весь день и действительно проголодалась. – Я надеялась поговорить с кем-то из владельцев лодок. Я хочу переправиться на тот берег, к отелю. Разумеется, я заплачу.

– Ясно. – Мужчина пристально посмотрел на нее. – Да, время от времени кто-нибудь приезжает к заброшенному отелю. Конечно, уже не так часто, как раньше. Вы охотитесь за привидениями?

– Нет, – ответила Иви. – Просто хочу посмотреть. А там есть привидения?

Он пожал плечами:

– Это странное место. И всегда было странным. Раньше там жил Николас Рот. У нас говорят, что туман прилагается к отелю. Зимой туман покрывает озеро, густой, будто вата. Иногда воды не видно неделями. Однажды, когда рассеялся туман, отель просто возник на берегу. Возможно, когда-нибудь он точно так же исчезнет… если не разрушится.

От одной мысли об этом Иви пробрал озноб, но, прежде чем она успела хоть что-то возразить, мужчина продолжил:

– Меня зовут Аурел. Я хозяин этой гостиницы, и лодки тоже принадлежат нам. Моя жена отвезет вас на тот берег, но только завтра.

– Завтра? Я очень надеялась добраться туда сегодня.

Аурел покачал головой:

– В горах время идет иначе. Вы сами поймете, если побудете здесь подольше. Сегодня уже ничего не получится, но завтра мы с радостью вас отвезем.

– Хорошо, – сдалась Иви. – Спасибо. У вас есть свободные номера?

Он кивнул:

– Сейчас все свободны. Выбирайте любой.

Иви попросила номер с видом на озеро, чтобы из окна был виден отель. Заходящее солнце окрасило воду в золотой цвет, и она вся засверкала, а потом солнце скрылось за вершинами гор, и пейзаж за окном растворился в густой темноте. Иви спустилась в столовую и наскоро поужинала кезешнитте [4] , горячий расплавленный сыр и маринованные корнишоны помогли восстановить силы после долгого и напряженного дня.

Остаток вечера она провела за рисованием у себя в номере. Щупальца осьминогов расползались по страницам альбома, обвивались вокруг золотых ключей, расписных музыкальных шкатулок и нотных станов. Иви гадала, как звучит самая красивая на свете музыка.

Озерная гладь отливала серебром под лунным светом. Иви то и дело поглядывала на очертания «Белого осьминога», едва различимые на том берегу. Наконец она решила, что пора спать. Она в последний раз посмотрела в окно, и на мгновение ей показалось, что в одной из комнат отеля горит свет. Из окна лилось мягкое желтое свечение, которое тут же померкло, превратившись в невинные отблески лунного света на замерзшем стекле.

Глава 9

Утром Иви проснулась ни свет ни заря в предвкушении обещанной поездки. Она нашла Фриду, жену Аурела, в столовой. Дружелюбная и улыбчивая, Фрида чем-то напоминала Сьюзи, и странное нервное напряжение, не покидавшее Иви с самого пробуждения, слегка унялось. Но она все равно вертела в пальцах фамсап, не вынимая его из кармана.

– Как видите, мы не сильно загружены к завтраку, так что я отвезу вас на тот берег сразу, как только вы поедите, – сообщила Фрида.

– Я не хочу есть, – ответила Иви. – Мы можем поехать прямо сейчас?

– Можем и прямо сейчас, – легко согласилась Фрида, пожав плечами. – Только оденьтесь теплее.

Иви надела под куртку несколько свитеров и спустилась на причал, где ждала Фрида. Забираясь в лодку, Иви поскользнулась на промерзших досках, фамсап вывалился из кармана и упал в воду. Иви вскрикнула, а Фрида покачала головой:

– Здесь глубоко даже у берега. Надеюсь, то, что вы выронили, было не слишком ценным.

Фамсап был ценным для Иви в том смысле, что он много лет был ее верным спутником в самые тяжелые времена. Она уже болезненно ощущала его отсутствие в кармане, но теперь ничего не поделаешь, что упало, то пропало. Иви стиснула зубы и уселась в лодку. Мотор с ревом завелся, в воздухе разлился запах бензина, смешанный с хрустальными ароматами холодной воды и морозного инея.

– Вы охотница за привидениями или фотограф? – спросил Фрида, когда лодка отчалила.

– Ни то, ни другое, – ответила Иви. – Просто хочу посмотреть. Я приезжала сюда с родителями, когда была совсем маленькой.

Фрида кивнула и не стала расспрашивать дальше, чему Иви порадовалась. Отель приближался, и ощущение было такое, словно ты наблюдаешь, как проявляется фотоснимок: постепенно возникает все больше деталей, идея исподволь воплощается в реальность. И что самое удивительное, Иви казалось, что она возвращается домой. Она взирала на «Белый осьминог» и испытывала странное покалывание во всем теле. Внезапно в ней поселилась уверенность: отель знает, что она здесь. Он ее ждет. Он ее ждал много лет.

И вновь в голове шевельнулось воспоминание, видимо, о той давней поездке с мамой – только в этом воспоминании отель не был заброшенным и одиноким, он был живым, дышащим, шумным. Подробности появлялись одна за другой, яркие и внезапные, как фотовспышки: фортепианная музыка, кружевные перчатки и плеск фонтана. Это сбивало с толку, и Иви тряхнула головой.

– Все в порядке? – забеспокоилась Фрида.

– Да, все хорошо, – заверила Иви, может, чуть резче, чем требовала вежливость. Она опять пожалела об утонувшем фамсапе. Надо было держать его крепче.

Путь через озеро занял минут двадцать, не больше. Лодка проскользнула мимо почти развалившегося причала. Несколько досок полностью оторвались, а то, что осталось, явно держалось на честном слове. У причала и на лужайке перед отелем стояли таблички на английском, французском и немецком языках, предупреждающие, что здание находится в аварийном состоянии и поэтому представляет опасность.

– Наверное, лучше вытащить лодку на берег. – Фрида кивнула на небольшой полумесяц песка у кромки воды.

Когда Иви выбралась на берег, Фрида предупредила, что подождет в лодке. Иви чуть не вскрикнула от досады. Ей отчаянно хотелось побыть здесь одной.

– Я думала провести здесь целый день, – заметила она. – Вы не могли бы приехать за мной ближе к вечеру? Я доплачу за беспокойство.

Фрида удивленно уставилась.

– Здесь почти ничего нет, – сказала она. – Ни деревни, ни города на много миль вокруг. Да и в отеле смотреть, в общем, не на что. Разве что на вестибюль. Здание разваливается на части. Не стоит заходить вглубь.

– Я хотела немного пройтись. В путеводителе сказано, что здесь водятся олени и горные козы.

Фрида взглянула на нее с сомнением:

– Водиться-то водятся, только я что-то не вижу у вас никакого походного снаряжения.

Иви сдержала раздражение. Какое вообще дело Фриде до того, что Иви будет делать?

– Я не собираюсь в поход. Просто хочу прогуляться. И прочувствовать атмосферу отеля. Я художница, – зачем-то добавила она. Это прозвучало странно. Иви еще никогда не называла себя художницей. – Я захватила с собой альбом.