33 несчастья для тёмного мага. Страница 4

Разожгла огонь под плитой и вспомнила про чайник. Метнулась помыть и его. И пока вода для чая закипала, решила убедиться, что в этом замке есть хоть что-нибудь, из чего можно приготовить завтрак. И мне не придется отковыривать засохшие куски плесени, чтобы подать темному магу.

В кухонной кладовой оказалось просторно. Особенно этот простор подчеркивался минимальным количеством продуктов на полках.

Я заглянула в корзины, выудила из одной несколько яиц, из другой – затвердевшую, но еще приличную половинку хлеба. Схватила палку сырокопченой колбасы, что висела на высокой перекладине. Заглянула в ящик, в котором по моему представлению должны были храниться овощи. Там грустил в одиночестве засохший картофельный клубень.

Я посмотрела на него. Он посмотрел на меня.

– Остаешься здесь, – успокоила я его и задвинула короб подальше.

В соседнем коробе было повеселее – целая картофельная семья, пара соседок-морковок, лук, чеснок, даже несколько уставших от жизни, но еще крепких томатов.

– А вот вам не повезло, – заявила я, цапнув парочку помидорок, и вернулась в кухню.

“У Мэри мертвый был скелет,

Был скелет,

Был скелет.

Скрипел костями на весь свет,

И просил обед.”

Я растапливала масло на сковороде, напевая себе под нос старую глупую песенку. Ну может, не совсем под нос и не совсем напевала – при всех моих замечательных качествах не обошлось и без крохотного недостатка.

Я немного, самую малость фальшивила. Но петь очень уж любила. И чувствовала себя гораздо увереннее, когда пела за работой.

– Бездна и все ее демоны, какой ужасный голос!

Я подпрыгнула, едва не уронив сковородку. Покосилась туда, откуда шел голос. И сжала сковороду покрепче, готовая как следует замахнуться.

Прямо из стены, там, где ее совершенно не должно было быть, вырастала тень. Объемная, полупрозрачная, она колыхалась в нескольких шагах от меня, и от нее во все стороны расходилось темное свечение.

2.2

Я уставилась на тень, которая очертаниями напоминала человека. Медленно вернула сковородку на огонь и бросила в нее пару кусков хлеба.

– Простите, – сказала я, делая медленный выдох, чтобы не выругаться. – Мое пение вам помешало?

Тень моргнула – по крайней мере, мне показалось, что моргнула.

– Это... это было пение? – Прошелестел голос, будто кто-то перелистнул старую книгу. – Я думала, кошка умирает.

– В замке есть кошка? – Я с любопытством присмотрелась к дымчатым очертаниям.

– Нет, – неуверенно ответила тень. Потом колыхнулась ближе и зашептала тем же заунывным голосом, что я слышала ночью. – Здесь нет никого живого, кроме мага и тебя, но и ты…

– Ну и ладно, – перебила я ее. – Хотя с кошкой было бы повеселее. А теперь, если позволите, я вернусь к работе. А то скоро восемь, а мне еще…

– Ты должна бояться меня! – обиженным, высоким голосом заявила тень. Раздулась сильнее, приблизившись ко мне почти вплотную. Я махнула на нее рукой.

– Извините, давайте в следующий раз? Сейчас я боюсь только опоздать с завтраком.

Отвернувшись от странного явления, я перевернула гренки и вылила во вторую сковороду взбитые яйца. Посолила, присыпала солью и закрыла крышку. А когда снова взглянула в угол, никакой тени уже не обнаружила.

– А могла бы помочь, – с укором сказала я.

Я ухмыльнулась и с новым куплетом про темную Мэри отправилась отдраивать обеденный стол.

Стол сдался под моей яростной атакой через десять минут. Включая застарелое пятно жира, формой подозрительно напоминавшее очертания замка.

Через одиннадцать минут я переложила яичницу с томатами, тосты и нарезанную тонкими кружочками колбасу в две тарелки. Одну припрятала для себя, а вторую поставила на стол, подложив под нее почти белую кружевную салфетку, которую нашла в глубинах кухонного ящика.

Натертые до блеска ложку, вилку и нож положила возле тарелки. С одной стороны. Пусть маг сам разбирается, что какой рукой ему брать – мне эти тонкости были, увы, неведомы.

Рядом с предельной осторожностью поставила блюдце и чашку с чаем. Полюбовалась на эту аппетитную красоту и улыбнулась.

А через несколько мгновений дверь кухни открылась.

Маг вошёл – такой же мрачный, как вчера, в чёрном сюртуке, с небрежно собранными волосами. Серые глаза равнодушно скользнули по мне и остановились на тарелке.

– Доброе утро, милорд! – Я постаралась вложить в голос все свое обаяние. – Как спалось?

Он медленно сел за стол, бросил на меня подозрительный взгляд.

– Неплохо. – Коротко ответил он и добавил после недолгого молчания. – Вам не обязательно развлекать меня светскими беседами, мисс Брайтвуд.

Хм… Да мне же легче.

– Простите. – Я сделала легкий реверанс, с легкой завистью поглядывая в сторону своей тарелки, накрытой второй почти-белой салфеткой. Есть хотелось неимоверно, но вряд ли этот мрачный тип оценил бы, если бы я села рядом с ним и стала уплетать свой завтрак.

Господин Грейвстоун молча и очень быстро расправился с едой. Выпил чай почти залпом и тут же поднялся.

– Обед в два, – напомнил он, покидая кухню.

Я растерянно смотрела ему вслед. Ни “спасибо”, ни “очень вкусно”. Вообще ничего. Хотя…

За двадцать серебряков в месяц я согласна и на то, что он будет общаться со мной короткими записками.

Я дождалась, когда за ним закроется дверь, и жадно сорвала салфетку со своей порцией. Нет, все-таки зря он не оценил – из того набора продуктов, что нашлись в кладовой, у меня вышел просто отменный завтрак. Вкусный, сытный. А милорд… Ничего-то он не понимает в отменных завтраках!

Чуть не урча от удовольствия, я доела завтрак, запила чаем – не как маг, а с неторопливым наслаждением. И только потом поняла, что завтракала я, стоя над плитой – там же, где и оставила тарелку. Даже не дошла до стола – так была голодна.

Улыбнувшись своему здоровому аппетиту, я повернулась к столу, чтобы забрать пустую посуду, и обомлела.

Грязь, пыль, какие-то липкие пятна…

Что?

Стол выглядел точно так же, как и в тот миг, когда я только вошла в кухню сегодня утром. Весь заросший грязью – разве что груды немытых тарелок не было – все они громоздились сейчас в раковине и вокруг нее. Даже жирное пятно в форме замка – и то было на месте.

– Это что еще за шутки?

2.3

Почему-то именно пятно разозлило меня сильнее всего. Дурацкое пятно, слишком детально повторяющее очертания замка. Того самого, в котором я сейчас пыталась осознать, что происходит.

Это пятно я оттирала буквально полчаса назад. Я скоблила его ножом так усердно, что едва не осталась без пальца. А теперь оно снова здесь. На том же месте, того же размера и формы. Как будто я вообще его не трогала.

Я медленно повернулась, оглядывая кухню.

Плита, которую я отскоблила до блеска, красовалась жирными наростами по всей поверхности. Над ней гирляндой свисала серая от пыли паутина. Как будто я вообще ничего не убирала.

Я стояла посреди кухни с тарелкой в руке и не понимала, как это может быть. Мне что, приснилось, что я убралась?

– Ну уж нет! – воскликнула я, обращаясь то ли к грязи, то ли к замку, который явно был куда более странным, чем мне показалось сначала. – Хочешь ты этого или нет, но ты у меня засияешь чистотой!