Ведьма Запада мертва (сборник). Страница 7

Это солнечное место, словно распахнутое небу среди полутемных, сырых бамбуковых и кедровых зарослей, совсем не было похоже на то, что осталось у меня в памяти. Но почему-то оно сразу мне понравилось. Тут и там торчали старые пни, а в углублениях на них прятались кустики фиалок, уже отцветших, зато с тугими, готовыми вот-вот лопнуть коробочками. Я представила, как красиво здесь, когда все фиалки в самом цвету; я обрадовалась, но тут же пожалела, что этого не увидела.

Я села на один из пней, и на душе сразу стало тихо и спокойно. Меня охватило какое-то мирное, ровное чувство. Вокруг стояли молодые камфорные деревья, каштаны, березы. И, сидя там, я вдруг почувствовала, будто где-то совсем рядом спрятано что-то очень важное, теплое, пушистое, милое. Что-то вроде крошечного уютного гнезда, сплетенного из пуха с грудки маленькой птички.

— Я обожаю это место, — тихо сказала я неизвестно кому.

Как и вчера, где-то снова закричала кукушка, и сквозь деревья прошелестел свежий ветер.

Я попыталась еще раз спокойно обдумать все, что бабушка рассказала мне вчера вечером. Если это правда — а наверное, правда, потому что я не могла представить, чтобы бабушка стала выдумывать что-то настолько невероятное, — то значит, и во мне течет ведьминская кровь. А если так, то, может быть, у меня тоже когда-нибудь появятся сверхспособности. Немного страшно, конечно. Но если все это действительно так обстоит, тогда, может быть, мне больше не придется мучиться из-за школы. Может, я смогу жить легко и свободно, обходя все препятствия как рыба в воде. От этой мысли мне вдруг стало так радостно, будто все вокруг сразу посветлело.

В тот вечер после ужина бабушка снова сидела в гостиной с шитьем, и я наконец решилась спросить:

— Бабушка, а если я буду очень стараться… у меня тоже могут появиться, ну… эти сверхспособности?

Бабушка посмотрела на меня так внимательно, словно услышала что-то совершенно неожиданное, и я подумала, что, наверное, сказала ужасную глупость. Щеки у меня вспыхнули.

— Ну что ж, — медленно проговорила бабушка, будто подбирая слова, — раз уж от рождения у тебя таких способностей нет, значит, придется очень постараться.

— Я постараюсь, — сказала я с каким-то отчаянным упрямством в голосе. — Тогда научишь меня, бабушка? Что мне нужно делать?

— Хорошо, — ответила бабушка нарочито серьезно. — Но для начала нам придется пройти базовую подготовку.

— Базовую подготовку?

— Именно. Сверхспособности рождаются в духовном мире, а значит, чтобы ими управлять, нужна сила духа. Вот, например, в спорте: даже пловцы тренируются на суше, а волейболисты или бейсболисты делают упражнения, которые вроде бы напрямую с их видом спорта не связаны: отжимания, растяжку и все такое. Почему?

— Чтобы стать сильнее, наверное.

— Вот именно. Как для спорта нужна физическая сила, так и для магии и чудес нужна сила духа. Если в руках совсем нет силы, ты ведь не сможешь ни ракеткой махнуть, ни битой.

— Ты хочешь сказать, что базовая подготовка нужна для того, чтобы развить силу духа?

— Именно так.

И тут у меня появилось очень нехорошее предчувствие.

— А сила духа — это что-то вроде силы воли?

Я давно втайне признавала, что у меня начисто отсутствует все то, что обычно обозначают словом «выдержка», — всякие там стойкость, выносливость и тому подобное. Если для того, чтобы стать ведьмой, нужна именно такая вещь, то я начинаю даже не с нуля, а с минуса. Перспективы вырисовывались довольно мрачные.

— В словах «сила воли» есть что-то такое… будто надо просто упрямо терпеть и стараться изо всех сил, — сказала бабушка. — А под силой духа я понимаю другое: нужно поднять внутри себя антенну, которая улавливает правильное направление, и сделать так, чтобы и тело, и душа могли это направление принять.

— Понятно… — сказала я, хотя на самом деле ничего толком не поняла. — Получается, мне нужно сидеть в позе лотоса и медитировать?

Бабушка снова лукаво усмехнулась.

— Для этого тебе еще рановато. Это все равно что сразу махнуть битой и вывихнуть плечо.

Я совсем сникла. Если даже до медитации мне еще далеко, то до предсказания будущего, превращений и прочих настоящих ведьминских умений, наверное, вообще как до луны.

— Слушай внимательно, Май, — сказала бабушка нарочито заговорщическим тоном и понизила голос. — В этом мире демоны так и кишат. Они только и ждут, чтобы завладеть человеком, у которого сознание оторвалось от тела во время медитации, а сила духа при этом слаба.

Я понимала, что она, наверное, шутит. Но все равно у меня по спине пробежал холодок.

— Бабушка… а дьявол правда существует? — осторожно спросила я, почти уверенная, что сейчас она все-таки скажет «нет».

Но бабушка ответила коротко и ясно:

— Существует.

Я на секунду замерла.

Бабушка усмехнулась:

— Но если закалить дух, бояться нечего.

— А как его закалить? — практически перебила я бабушку.

— Ну, для начала — рано ложиться и рано вставать. Хорошо есть, много двигаться и жить по режиму.

Можно себе представить, как я пала духом, услышав такой ответ. Некоторое время я молчала, потом вздохнула.

— Это точно не про меня. По ночам я читаю допоздна, а в выходные могу проспать чуть ли не до полудня. На физкультуре я чаще сижу на скамейке, чем занимаюсь. И ем тоже как придется… Но все, что ты сейчас перечислила, — это ведь про здоровье и выносливость, а не про то, как закалять дух, разве нет?

Бабушка кивнула:

— Странно, правда? Но в начале путь почти один и тот же.

Я все еще не сдавалась:

— Но если, как ты говоришь, дьявол и правда существует, разве его можно остановить такими простыми вещами?

— Можно. И для того, чтобы защититься от дьявола, и для того, чтобы стать ведьмой, важнее всего сила воли. Умение решать за себя. И умение доводить до конца то, что сама решила. Если эта сила окрепнет, дьяволу уже не так-то просто будет к тебе прицепиться. Ты говоришь: «такие простые вещи», но, может быть, именно они для тебя и есть самые трудные?

Это была чистая правда, так что я только надула губы и нехотя кивнула.

Бабушка улыбнулась:

— Возможно, то, что для тебя важнее всего, то, чего тебе хочется сильнее всего, можно получить, только пройдя через самое трудное испытание. Ну, считай, что тебе просто предлагают попробовать.

К этому времени я уже почти смирилась.

— Ладно. Попробую… наверное.

Бабушка просияла:

— Вот и хорошо. Молодец, Май. Тогда сначала сама реши, во сколько будешь вставать и во сколько ложиться. И обязательно запиши на бумаге и повесь на стену.

— А ты во сколько просыпаешься?

— В шесть.

— В шесть? Ну уж нет. Тогда пусть будет в семь.

— Тогда мы как раз сможем завтракать вместе, — ободряюще сказала бабушка.

— Если спать по восемь часов, то это значит… мне нужно засыпать где-то в одиннадцать… Но я так точно не смогу. Я всегда очень долго засыпаю.

— Ну, даже если не уснешь сразу, все равно вставай в семь. А обычно ты во сколько ложишься?

— В два… или в три.

Бабушка округлила глаза, но ничего не сказала.

— И еще надо придумать что-нибудь для тела и головы.

— Четно говоря, я физические нагрузки не очень люблю…

— Уборка и стирка. Тебе ведь приходилось таким заниматься?

— Не каждый день, но да.

— Тогда пусть до обеда у тебя будет такая домашняя физкультура. А после обеда сама составишь себе расписание — это будет время для головы. Можешь заниматься школьными предметами, можешь читать — что угодно.

У меня загорелись глаза.

— Тогда я сегодня же все продумаю!

— До одиннадцати вечера, — напомнила бабушка.

— Бабушка, а силу воли вообще можно развить? Или она только от рождения дается? — все-таки решилась спросить я.

— К счастью, даже если человек родился со слабой волей, ее можно понемногу укрепить. Медленно, шаг за шагом, уделяя этому время. Так же как и человек, у которого от природы не слишком много сил, все равно может постепенно стать крепче. Сначала тебе будет казаться, что ничего не меняется. Потом появятся сомнения, лень, желание все бросить, усталость, равнодушие. Но нужно преодолевать это и просто продолжать. И вот тогда, когда тебе будет казаться, что ничего никогда не изменится, вдруг произойдет то, после чего ты заметишь, что уже не совсем та, что была раньше. А потом по новой — упорное усилие, череда скучных дней, и вот ты неожиданно снова обнаружишь изменения. И так — снова и снова, — медленно объясняла бабушка, подбирая слова. — Только в отличие от физической силы или других способностей, силу воли труднее развивать, потому что чаще всего за это берутся именно те, у кого ее не хватает. А значит, им легче сорваться на полпути.