Как проучить дракона. Страница 9

Молчание затягивалось, с каждым мгновением становясь всё более тревожным. Я лихорадочно размышляла, стараясь не смотреть в глаза дракону, но всё время натыкалась на его пристальный взгляд. И кожа под моей ладонью, которую я так и не убрала с груди Криса, казалась нестерпимо горячей, словно под ней бушевал пожар.

— Хорошо, — наконец нехотя проговорила я, нервно облизнув пересохшие губы. — Целуй. Но я решаю, когда отстраниться. И ты не станешь меня удерживать!

— Договорились, — подозрительно легко согласился очешуевший (притом в прямом смысле) шантажист.

Будто не понимал, что я оттолкну его сразу же, едва наши губы встретятся. Или же рассчитывал удивить своими навыками.

Мужественно подавила желание зажмуриться. Это просто поцелуй. Даже не первый в моей жизни. Но всё равно вздрогнула, когда Лоран аккуратно, почти нежно дотронулся пальцами до моего подбородка, приподнимая лицо, а затем медленно склонился и коснулся губ. Вначале легко, сухо, пристойно и почти чопорно. Так, как целуют нелюбимых, но выгодных роду невест. Но почти сразу прорвались голод и жар, до этого момента надёжно скованные его волей. Из мягкого, едва ли не формального, поцелуй в один миг превратился в жадный и требовательный. Одна горячая ладонь обхватила меня за талию, рывком притянув ближе, вторая зарылась в волосы, мимоходом пощекотав за пушистым ухом.

Я не хотела этого поцелуя. Не собиралась на него отвечать. И вообще планировала прекратить его в первое же мгновение. Подумаешь, этот парень — Лоран и серебряный дракон в одном наглом лице. Вовсе не повод с ним целоваться! Но поначалу отчего-то промедлила — наверное, слишком удивилась неожиданной деликатности первого касания, потом мне помешала ладонь Криса, по-хозяйски улёгшаяся на затылок и словно случайно не позволившая отстраниться, а затем я просто не сумела противиться настойчивой ласке губ. Казалось, что вместе с их прикосновениями в моё тело вливается жидкое пламя, прорастает огненными побегами в каждую клеточку, оплетает рёбра, распускаясь под ними гроздьями пылающих цветов. Сердце колотилось, точно намеревалось вырваться из груди. И дышать стало нечем, словно поцелуй Криса внезапно стал тем самым живительным воздухом. И я пила-пила-пила его, и никак не могла найти сил, чтобы отстраниться. А потом внезапно поняла, что мои ладони гладят уже не тонкую ткань, а обнажённую кожу, и хвост предательски обвился вокруг торса дракона, более того, тоже пытается пробраться под его рубашку. Отшатнулась резко, так, что едва не стукнулась затылком о стену.

Крис удержал меня за плечи, но тут же отпустил и отступил на шаг. Слово дракон держал. Зрачки в его разноцветных глазах стали совершенно обычными, да и чешуя с висков исчезла. Во взгляде больше не было жгучего голода, но и триумфа я там не увидела. Молчала, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, не представляя, что говорить. Я ведь совершенно не собиралась отвечать на этот навязанный поцелуй! Да и вообще как-то иначе представляла себе вторую встречу с Крисом. Впрочем, чему удивляться, учитывая, что знакомство не задалось с самого начала.

— Я целуюсь отвратительно и тебе совсем не понравилось, — спокойно произнёс дракон.

Не вопросительно, а утвердительно и очень спокойно, точно констатировал факт. От неожиданности я подавилась очередным вдохом и едва не закашлялась. Вообще-то поначалу действительно хотела гордо заявить что-нибудь в таком духе, но после того, как мой собственный хвост вполне недвусмысленно выразил, что очень даже понравилось, это прозвучало бы глупо. А уж услышать подобное от самого Криса я вовсе не предполагала. И ведь даже тени насмешки в тоне не проскользнуло! Но мой язык в который раз оказался шустрее, чем мысли, и я вежливо и ехидно посочувствовала:

— Не огорчайтесь, айт Лоран. Какие ваши годы, ещё научитесь.

Минутная растерянность стремительно уступала место знакомому ледяному панцирю язвительности. Но выпад оказался неудачным, да ещё и легко мог обернуться против меня. Слишком поздно сообразила, что с Криса станется предложить исправиться прямо сейчас, а в качестве учебного пособия, разумеется, выступит вполне конкретная белая кицунэ. Но дракон оказался не столь предсказуем. Он лишь усмехнулся и в притворном удивлении покачал головой.

— Лисичка, после всего, что между нами было, ты продолжаешь мне «выкать»?

— Поцелуй не повод для фамильярностей, — фыркнула я. — Я бы предпочла держать дистанцию. Кстати, надеюсь, возникшее между нами недопонимание улажено и у вас больше нет претензий?

— Извинения приняты, если ты об этом, — кивнул молодой чародей. — Но у меня есть ещё один вопрос. Как твоё имя?

— Привыкли знать, кого целуете? — съехидничала я, маскируя иронию в тоне под вежливый интерес.

Лоран взглянул на меня так, будто я спросила что-то общеизвестное, такое, чего просто стыдно не знать образованной девушке. Едва заметно пожал плечами и кивнул.

— Естественно. Надо же вести учёт. Поцелованные, соблазнённые… Во всём должен быть порядок!

Я опешила от такого признания. Ещё бы сказал — памятные призы каждой десятой! Хотя с него бы сталось… Кажется, Эва говорила, что Лораны весьма щедры в отношении своих возлюбленных. А дракон негромко рассмеялся и добавил:

— Шучу, лисичка. Мне просто интересно. Но могу выяснить и самостоятельно.

Я представила масштаб сплетен, которые непременно расползутся по академии, если Крис Лоран действительно начнёт выяснять, кто я такая, и затосковала. Кошмар! Не надо мне такого счастья!

— Исабель, — коротко произнесла я и направилась к двери. Остановилась, всем своим видом давая понять, что не планирую задерживаться в этих апартаментах. Нехотя добавила, понимая, что высокородный чародей и не подумал сдвинуться с места: — Исабель Нордин, если точнее.

— Понятно, — кивнул Крис. Подошёл к двери, провёл по ней ладонью, снимая магическую защиту. Повернулся ко мне и проговорил негромко и серьёзно: — Исабель, в следующий раз постарайся прислушиваться к чужим советам, особенно если тебя настойчиво просят уйти. Иначе упрямство однажды может обойтись слишком дорого.

Меня точно в горную реку окунули. Так выходит, Лоран сознательно испытывал мои нервы на прочность этим вечером? И поцелуй потребовал ради забавы. А я… я не только согласилась, но ещё и ответила! Себе пусть свои советы советует, раз такой умный! Стиснула зубы, пытаясь унять злость, разрывающую изнутри. Процедила:

— Я хотела извиниться, потому что посчитала это правильным. И не собираюсь об этом сожалеть! Моя совесть чиста.

— Это аргумент, — слегка насмешливо согласился дракон и распахнул дверь. — Доброй ночи, эйса Нордин.

В свою комнату я возвращалась в смешанных чувствах. Я добилась своего, извинилась за случайную ошибку, но совершенно не чувствовала себя удовлетворённой! И то, что айт Лоран вроде как принял моё пожелание держать дистанцию тоже не успокаивало. Наоборот — внутри крепла уверенность, что вся эта ситуация мне ещё не раз аукнется.

Примерно на полпути наконец-то удалось подчинить разбушевавшиеся эмоции и вернуть способность рассуждать здраво. И как только это произошло, я замерла посреди коридора, мигом сообразив, что у любопытной и наблюдательной Эвы возникнет очень много вопросов, если я вернусь в таком виде. Губы до сих пор горели от жарких «извинений» и наверняка были припухшими. Вот ведь наглая драконья морда! Что его только дёрнуло потребовать компенсацию в таком виде? Надо, надо было воспользоваться щедрым предложением и от души пощипать аристократическую задницу! Теперь же мне оставалось лишь развернуться и направиться в соседнее, западное крыло академии, к лестнице, которая узкой спиралью вгрызалась в древние камни стен и частично проходила снаружи. Неудобная, с крутыми ступеньками, продуваемая всеми горными ветрами, но имеющая два важное преимущество: ею редко пользовались и там было свежо. А мне как никогда требовалось побыть в одиночестве и успокоиться.

Поднялась на самый верх и вышла на широкую полукруглую площадку, полной грудью вдыхая холодный осенний воздух. Он был наполнен ароматами рябины и можжевельника, опавшей мокрой листвы, едва уловимым запахом костров и печёных яблок из долины. Ложился на плечи, точно душистый, прозрачный и прохладный шёлковый шарф, заставляя дышать медленнее и глубже. Я зябко поёжилась и спрятала ладони в тёплый мех хвоста: тонкая блузка совершенно не подходила для поздних ночных прогулок. Но вместе с холодом приходило желанное спокойствие. Я смотрела, как с гор струится в долину вечерний туман, до краёв заполняя её молочно-белой дымкой, скрывает яркие огоньки окон. Казалось, даже звуки стали тише. Сорейн готовился ко сну.