Вечно голодный студент 6 (СИ). Страница 27

Минирование, в общем-то, очень плотное, причём небесплодное — в лесу я часто видел воронки от взрывов и костяки животных.

Похоже, что звери плохо чуют взрывчатку и пластик, поэтому наступают на мины и подрываются.

— Запомни — если где-то были люди, то есть ненулевой риск, что они там всё заминировали, — наставительным тоном поведал я Муравью. — И у меня есть теория, нахрена они тут всё заминировали…

— И зачем? — поинтересовался Муравей.

— Мы идём к Балаково, — сказал я. — Центр города окружён Волгой с двух сторон, поэтому путей проникновения всего три — по Шлюзу, мосту Победы и по ГЭС. Первая мысль, которая может прийти руководству города — надо изолироваться от окружающего мира на острове, а потом отстреливать плывущих животных, что легче, чем встречать их на баррикадах посреди города.

— Ну, да, — согласился со мной Муравей. — А что из этого следует?

— Из этого следует то, что они заминировали все подходы, в том числе и лес, где ты чуть не сдох очень тупой смертью, — объяснил я. — Думаю, когда мы пройдём через город, мост тоже будет заминирован. Ах, блядь…

Я вспомнил, что Бубен жаловался, что шлюз в Балаково заминирован и место очень неприятное. Сюда приходили он и Майонез — это была часть славной эпопеи по вывозу ценностей из Казани.

— Ладно, это значит, что мы можем пройти через Шлюз, — сказал я. — Не хочется мне возиться с разминированием моста… Идём.

Глава десятая

Гуманоид

*Российская Федерация, Республика Башкортостан, близ города Уфа, 12 ноября 2027 года*

— Слезай — дальше пешком пойдёшь, — присел я, чтобы Муравей отцепился.

Бегает он слишком медленно и недолго, даже хуже Профа, поэтому я решил, что проще тащить его на спине — заодно обзор на 360 градусов…

Муравей отцепился и передал мне мой рюкзак.

— Сзади всё тихо было? — спросил я, перехватывая «Печенег».

— Да, тихо, — ответил он. — А ты всегда так быстро бегаешь?

— Это, по-твоему, было быстро? — с усмешкой спросил я. — Если бы не твоя туша, я бы топил быстрее на десять-пятнадцать километров в час! Ну, ладно, не десять-пятнадцать, но пять-семь — это точно.

Открываю на телефоне карту и изучаю окрестности.

К северу от нас расположена Уфа и у меня нет желания лезть в неё, потому что города — это почти всегда никому не нужные проблемы. Все города, что встречались нам по пути, мы обходили — за исключением Балаково, в котором проблемы произошли — мины и растяжки.

— Мы же не пойдём в город? — спросил Муравей.

— Неа, — ответил я, а затем показал ему экран. — Я думаю, нужно попробовать пересечь Белую через вот этот мост. Думаю, если проскочим быстро, то проблем не будет.

— Как скажешь — ты командир, — сказал на это Муравей.

— Идём, — приказал я.

Выходим на автодорогу «Урал», ведущую в сторону Челябинска — с этой дороги вообще нет никаких причин сворачивать, так как она ведёт конкретно в Челябинск.

Только меня напрягают мосты — это самое очевидное и простое место для организации засад. Правда, кто бы мог нас поджидать?

— Держи оружие наготове, — сказал я Муравью. — На всякий пожарный. Дошли патрон.

Тот взвёл свой АК-308, очень раритетный девайс, питающийся патронами 7,62×51 мм НАТО, то есть, боеприпасы к нему найти можно, но только не армейские, а охотничьи.

У нас на складе валяются тысячи патронов от БПЗ, со свинцовым сердечником, который даёт веское останавливающее действие, что хорошо, но почти никакое бронепробитие, что плохо.

Будь у нас патроны 7,62×51 мм НАТО со стальными термоупрочнёнными сердечниками, Муравей бы близко не приблизился к АК-308, который бы забрал себе кто-то другой.

Переключаюсь в комбинированный режим зрения — солнышко ещё высоко, поэтому я вижу поляризованный свет, который напрочь устраняет блики, что кратно повышает чёткость наблюдаемой картинки, а ИК-спектр, УФ-спектр и ЭМ-спектр лишь дополняют её деталями.

«Никогда не надоест видеть это…» — подумал я, очарованно улыбнувшись. — «Красота…»

Тряхнув головой, фокусируюсь на задаче, потому что мне надо не красотами любоваться, а искать угрозы.

Небеса, вроде бы, чисты — нас не пасут дронами и никаких птиц не наблюдается. Это очень хорошо, потому что я ненавижу всех этих тварей одинаково сильно…

Двигаемся к мосту и наблюдаем привычную картину автомобильного завала. Из примечательного — я обнаружил испорченный АК-74, которому пуля попала в ствольную коробку и разрушила ударно-спусковой механизм, а также повредила затвор.

Хозяин автомата лежит тут же — в виде разбросанных в радиусе пяти метров костей и остатков одежды.

«Значит, здесь кто-то что-то не поделил», — пришёл я к выводу.

— Брать не будем? — спросил Муравей, посмотрев на отброшенный мною автомат.

— Это трэш, — покачав головой, ответил я. — Ствол проржавел, что свидетельствует о том, что слой хрома уже слетел, а это признак крайнего износа оружия. Да и стал бы кто-то оставлять хороший ствол на таком ходовом месте?

— Ну, да… — согласился со мной Муравей.

Когда мы выходим на мост, у меня непроизвольно сжимаются булки. Но опасения оказались напрасны — никто не будет устраивать засаду на таком мосту.

Дело в том, что мост и дальнейший отрезок трассы находятся на искусственной насыпи, поэтому потенциальные жертвы находятся выше организаторов засады.

Оби-Ван Кеноби ведь хуйни никогда не говорил, поэтому был безусловно прав, когда выдал: «Всё кончено, Энакин! Я стою выше тебя!»

А Энакин Скайуокер нередко говорил хуйню, поэтому выдал в ответ: «Ты недооцениваешь мою мощь!»

И что же было дальше?

Скайуокер опиздюлился.

«Падме нет, кругом враги!» — вспомнил я стишок. — «Нахрена мне две ноги⁈ Отруби мне обе, Оби-Ван Кеноби!»

Эта история учит нас, что всегда надо брать господствующую высоту, потому что это бесплатное преимущество в бою и отказываться от него было бы преступной глупостью.

«Дарт Плэгас, Дарт Сидиус и примкнувший к ним Дарт Вейдер…» — подумал я. — «Надо бы пореже марафонить „Звёздные войны“, а то уже метафоры на их основе конструирую…»

Пройдя по трассе дальше, я начал задумываться о том, а не специально ли сделали тут такую насыпь — лесистая местность находится ниже трассы, поэтому засады тут делать очень неудобно.

Элементарно: можно просто залечь посреди трассы и ты будешь сокрыт от противника, не потеряв при этом возможности постреливать в лезущих на трассу долбоёбов, не умеющих организовывать грамотные засады.

«Нет, думаю, это получилось случайно — возможно, строители руководствовались какими-то своими соображениями», — решил я. — «А то как-то хлопотно это — учитывать такие вещи при строительстве федеральных трасс. Хотя власти у нас были непредсказуемыми…»

Проходим примерно километра четыре, с одной остановкой — по пути встретился брошенный МТ-ЛБ, хреново замаскированный в кустах. Его небрежно забросали срезанными ветками, но они уже очень давно пожухли и перестали выполнять маскировочную функцию.

Точные координаты места забиваю в смартфон, чтобы передать наводку по возвращении в Волгоград. Наверное, эвакуируют эту полезную железяку на тягаче, а может, она ещё сохранила функциональность и сможет поехать сама. Хотя вряд ли — просто так бы её тут не оставили.

«Опаньки…» — спустя ещё двести метров заметил я ЭМ-поле в кустах.

Слева от нас с Муравьём идёт сплошная стена из звукоизоляционных экранов, справа лес в низине, всё ещё неудобный для засады, а вот дальше, метрах в шестистах, находится пешеходный переход, ради которого строителям пришлось насыпать расширение.

А ещё я наблюдаю уличные толчки по обе стороны дороги — рядом с остановками.

«Всё для людей», — подумал я.

Делаю вид, что не происходит ничего необычного.

Судя по силуэту, это человек, вооружённый и лежащий в кустах, явно, в засаде — он укрылся под кустом за остановкой.