Портал к тебе (СИ). Страница 44

— Элис? — в его голосе смешалось искреннее недоумение с внезапно вспыхнувшим беспокойством.

Я попыталась ответить. Открыть рот, что-то сказать, но голос просто исчез, оставив в горле сухой, едкий ком. И вдруг всё, что я с таким трудом удерживала внутри последние несколько минут, рухнуло. С треском, который был громче любого разрыва пространства.

— Я… — выдохнула я.

Я всхлипнула. Один раз. Коротко, почти неосознанно. Потом еще. А затем просто разрыдалась. Это не были красивые, сдержанные слезы из романов. Я рыдала в голос, задыхаясь, захлебываясь собственным отчаянием. Я закрыла лицо руками, сжалась в комок на его дорогом ковре, совершенно забыв о том, что передо мной стоит Рейнар Ван-Голд — человек, который не прощает слабостей.

Я плакала не только из-за боли в плече или разбитой губы. Я плакала от самого осознания того, что я выжила. От того, что меня больше никто не держит за воротник, не прижимает к холодному камню и не угрожает уничтожить. Что стены этого кабинета, запах разогретого металла и тепло воздуха — всё это реально. Что я наконец-то оказалась там, где мне больше не нужно сражаться за право дышать.

Рейнар ничего не сказал. Он просто замер, глядя на меня сверху вниз, и я почти чувствовала, как в его голове рушатся все привычные алгоритмы поведения. А потом он подошел. Я вздрогнула, но не отстранилась. Я почувствовала его руки на своих плечах. Осторожные. Почти невесомые. Удивительно бережные для человека, которого весь Астерион привык считать жестоким, расчетливым промышленником, для которого люди — лишь детали в огромном механизме прибыли.

Он не говорил, что всё будет хорошо. Не спрашивал, почему я плачу. Не пытался заставить меня успокоиться или поскорее прекратить этот позорный срыв. Он просто был рядом. И эта тишина оказалась страшнее любых слов. Потому что именно в этот момент я осознала одну простую, пугающую вещь. Мне было спокойно рядом с ним. И дело было не в том, что он мог защитить меня. И даже не в том, что я нуждалась в его ресурсах и лабораториях. Мне просто... нравился Рейнар.

Эта мысль прошила меня насквозь, настолько неожиданная и резкая, что я почти испугалась её больше, чем тех людей в переулке. Орелиан был другим. Он был моим отражением, моим странным, почти мистическим союзником. Человеком, рядом с которым я чувствовала, что меня понимают на каком-то запредельном, невозможном уровне. Но Рейнар... Рейнар был мужчиной. Живым. Настоящим. Сильным. И рядом с ним мне впервые за две жизни захотелось не становиться еще сильнее, не возводить новые стены. Мне впервые захотелось просто перестать держаться.

Он помог мне подняться. Я пошатнулась, ноги стали ватными, и Рейнар тут же подхватил меня за локоть, удерживая от падения.

— Осторожно, — тихо произнес он.

Он помог мне снять мокрый, тяжелый плащ, который больше напоминал холодную кожу рептилии. Затем взял с кресла свой сюртук и накинул мне на плечи. Тяжелая ткань мгновенно окутала меня, пахну недавним теплом его тела, кедровым парфюмом, металлом и чем-то совершенно особенным, присущим только ему. Я закрыла глаза на секунду, вдыхая этот запах, позволяя себе окончательно сдаться. А потом я услышала его голос. Тон изменился. Теперь он был низким. Холодным. Опасным. Тем самым голосом, который заставлял конкурентов бледнеть, а подчиненных — замирать по стойке смирно.

— Кто это сделал?

Я открыла глаза. Рейнар смотрел на меня, и я впервые увидела, как выглядит его настоящая ярость. Это не была вспышка гнева. Ни криков, ни резких жестов, никакой потери контроля. Наоборот. Это был абсолютный, почти пугающий контроль. Его взгляд стал острым, как скальпель, а черты лица — жесткими, словно высеченными из камня.

— Я не знаю, кто они, — тихо ответила я, всё еще кутаясь в его сюртук.

— Они что-нибудь сказали?

Глава 29.3

Я рассказала всё. Про темный переулок и шаги за спиной. Про троих мужчин в серых плащах. Про вопросы о чертежах и то, что они знали мое имя. Рейнар слушал молча. Он не перебивал, не задавал уточняющих вопросов, просто впитывал каждое мое слово. Только один раз его пальцы сжались в плотный кулак, так что побелели костяшки. Когда я закончила, он коротко кивнул.

— Оставайся здесь.

— Рейнар... — я попыталась что-то добавить, возможно, возразить, но он мягко, но решительно перебил меня.

— Здесь ты в безопасности.

Он посмотрел мне прямо в глаза, и в этом взгляде было столько непоколебимой уверенности, что у меня внутри что-то окончательно обмякло.

— Я разберусь.

Он вернулся через несколько часов. Снова в привычном безупречном черном костюме, с идеально завязанным галстуком. Никаких следов того человека, чья кожа была испачкана в машинном масле. Передо мной снова стоял идеальный Рейнар Ван-Голд. Глава «Серебряных цехов», человек-скала, чья выправка не допускала ни единой трещины. Он молча положил на стол тонкую кожаную папку.

— Нашли след, — коротко бросил он.

Я открыла её. Внутри были несколько фотографий, выписки по счетам, зашифрованные маршруты и списки имен.

— Нападавшие связаны с наемниками из восточного сектора, — голос Рейнара снова стал деловым, лишенным тех мягких ноток, что были в нем недавно. — Несколько месяцев назад они работали на людей, завязанных на логистике Скотта.

Я подняла на него взгляд, чувствуя, как внутри снова закипает тревога.

— Значит, это Дэмиан?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро. Слишком уверенно. Я замерла, вглядываясь в его лицо. Рейнар посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то, что он не пожелал облечь в слова.

— То есть мы пока не можем этого утверждать, — добавил он, смягчая тон.

Он сделал паузу, и эта тишина в кабинете вдруг стала тяжелой, почти осязаемой.

— Но есть кое-что ещё.

Я затаила дыхание, ожидая удара.

— Они спрашивали не о тебе, — он медленно постучал пальцем по папке. — Они спрашивали о чертежах.

По спине пробежал ледяной холод, который не мог согреть даже его сюртук.

— Значит... кто-то знает о станции?

— Или серьезно подозревает.

Рейнар медленно сел напротив меня, сложив руки в замок. Его взгляд стал жестким, почти хищным.

— И вот это, Элис, мне нравится еще меньше.

Я молчала. Он тоже. В комнате повисла густая, вязкая тишина, в которой слышалось только моё прерывистое дыхание. И впервые за весь этот бесконечный, кошмарный вечер я позволила себе задать вопрос, который боялась услышать даже от самой себя.

— Если это не Дэмиан... кто тогда?

Рейнар посмотрел на меня. В его взгляде не было ответов, но была решимость, которая почти физически ощущалась в воздухе.

— Вот это, Элис, мы и выясним.

Он с сухим хлопком закрыл папку.

— А до тех пор ты больше не ходишь одна.

Я хотела возразить. Хотела сказать, что справлюсь сама, что привыкла полагаться только на свои расчеты. Но слова застряли в горле. Я не стала спорить. Потому что где-то глубоко внутри, под слоями шока и боли, уже поселилось холодное, ясное понимание. Нападение в переулке не было случайностью или чьей-то ошибкой. Кто-то начал настоящую охоту. И самое страшное было даже не в том, что меня нашли. Самое страшное — они уже точно знали, что именно искать.

Глава 30.1

Я вручила подарок Камилле в один из тех дней, когда она была особенно благосклонна ко мне. Она сидела у окна, лениво перебирая какие-то образцы тканей, и выглядела совершенно беззаботно. Настолько, что на мгновение я почти забыла, кем она станет в будущем. Почти.

— Это тебе, — сказала я, протягивая ей небольшую, обтянутую кожей коробочку.

Камилла удивлённо подняла брови, переводя взгляд с тканей на меня.

— Мне?

— Тебе.

Она открыла крышку. Заколка из райтания лежала на тёмном бархате, похожая на маленькое, застывшее произведение искусства. Тонкие металлические стебли переплетались между собой, образуя причудливые экзотические цветы. Лепестки едва заметно мерцали, переливаясь глубокими оттенками индиго и холодного серебра. Я специально сделала её похожей на те самые цветы, чей аромат всегда окружал Камиллу. Роскошь. Пряности. И что-то едва уловимо ядовитое, что всегда чувствовалось в её присутствии.