Портал к тебе (СИ). Страница 43

— Ты всегда так говоришь?

Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит.

— Как?

— «Я сама выбрала». — Он отвел взгляд, сосредоточившись на ровно гудящем стабилизаторе, но я всё еще чувствовала его присутствие каждой клеточкой кожи. — Будто тебе очень важно убедить в этом даже не меня, а саму себя, — тихо добавил он.

Я ничего не ответила. Потому что он попал слишком точно. Я действительно всё это время убеждала себя. Убеждала, что теперь я свободна. Что всё происходящее — мой осознанный выбор. Что никто больше не сможет распоряжаться моей жизнью, как вещью. Но где-то глубоко внутри всё еще жила та Элис, которая десять лет подряд слышала: «Мы команда. Ты просто должна мне доверять». И теперь я впервые в жизни училась отличать истинное доверие от привычного подчинения. Это оказалось сложнее, чем любой из моих расчетов.

Рейнар не стал давить. Не потребовал признаний или объяснений. Он просто взял со стола второй стакан остывшего кофе и молча протянул его мне.

— Тогда выбирай сама, — коротко сказал он.

Я посмотрела на него. На человека, который обладал всей властью, чтобы приказать мне остаться, подчиниться, признаться. Но он этого не сделал. И вдруг я почувствовала, как там, за старыми, глубокими шрамами от предательства, начинает прорастать что-то новое. Доверие. Опасное. Хрупкое. И оттого еще более ценное.

Я взяла стакан.

— Спасибо.

Рейнар едва заметно улыбнулся.

— Не привыкай.

— Почему? — я чуть приподняла бровь.

— Вдруг ты однажды решишь, что я просто потакаю тебе.

Я тихо рассмеялась, и этот звук показался мне самым странным в тишине лаборатории.

— Не беспокойся. До этого тебе еще очень далеко.

— Вот и отлично.

Он вернулся к чертежам, снова погружаясь в мир формул и линий. А я осталась сидеть рядом, впервые за очень долгое время не чувствуя необходимости защищать каждый свой вдох.

И, наверное, именно это пугало меня больше всего. Потому что месть я понимала. Амбиции — тоже. Власть, расчеты, патенты, интриги — всё это было мне знакомо, всё это было моей броней. А вот доверять человеку, который ничего не требует взамен, — этому мне еще только предстояло научиться.

Глава 29.1

Это произошло в четверг, когда я возвращалась из архивов. День выдался слишком обычным. Настолько обычным, что мне следовало насторожиться уже с самого утра. Мелкий, противный дождь превратил город в одно сплошное серое марево. Я шла, накинув капюшон плаща на голову, чтобы хоть как-то защититься от сырости, и плотно прижимала к боку папку с копиями старых карт эфирных линий. Вечерний Астерион уже зажигал фонари, и влажный камень мостовой маслянисто блестел под их тусклым, желтоватым светом. Я выбрала короткий путь через узкий переулок между двумя кварталами. Почти дошла до выхода на главную улицу, когда за спиной раздался звук. Сначала едва уловимый шорох ткани о камень, а затем — четкий, ритмичный стук подошв. Кто-то шел следом. И этот кто-то не пытался скрыть своего присутствия.

Я обернулась. Трое. Они стояли в нескольких метрах от меня, будто случайно оказались в одном переулке. Серые плащи, скрывающие фигуры, плотные кожаные перчатки. Лица спрятаны в глубоких капюшонах, но даже так я чувствовала их взгляды — холодные и оценивающие. Однако не одежда выдала их. Манера двигаться. Слишком слаженная. Слишком экономная. Те, кто привык убивать или ломать людей, никогда не делают лишних движений. Они экономят каждый жест, превращая атаку в отточенный механизм.

Я остановилась, чувствуя, как сердце начинает частить, ударяя в ребра.

— Я могу вам чем-то помочь? — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но он вышел хриплым и предательски надломленным.

Мне никто не ответил. Тишина в переулке стала почти физической, давящей. Первый двинулся ко мне — плавно, как хищник, который точно знает, что добыча никуда не денется. Я инстинктивно отступила назад, ощущая спиной холодную, шершавую стену дома.

— Ты — Райт? — голос из-под капюшона был лишен всяких эмоций.

Мой желудок сжался в тугой, ледяной узел. Он знает, кто я. Следующий момент произошел слишком быстро, сливаясь в один рваный кадр. Он резко бросился вперед. Я успела отшатнуться, но удар всё равно пришелся в плечо — тяжелый, сокрушительный. Мир на мгновение вспыхнул ослепительно белым. Боль была такой острой, что у меня перехватило дыхание, а в ушах возник странный, высокий звон. Я пошатнулась, пытаясь обрести равновесие, но второй нападавший тут же ударил меня под ребра. Воздух вышибло из легких одним резким толчком. Я согнулась, отчаянно пытаясь сделать хотя бы один вдох, но не успела. Меня грубо схватили за руку и с силой швырнули к стене. Холодный камень ударил по лопаткам, выбивая остатки кислорода.

Папка выскользнула из пальцев. Листы разлетелись по мокрой мостовой, мгновенно впитывая серую грязь и воду. Я увидела один из документов. А затем — тяжелый черный сапог, наступивший прямо на него, погрузив записи в грязную кашицу. И только в этот момент до меня дошло. Они пришли не убивать меня. Пока нет. Они искали что-то. Или хотели что-то получить.

— Где данные? — голос из-под капюшона прозвучал сухо и требовательно.

Я молчала, чувствуя, как по щеке стекает холодная капля дождя.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я.

Он рывком схватил меня за воротник, приподнимая над землей.

— Где чертежи?

Сердце забилось так сильно, что я слышала его собственный, оглушительный грохот в висках. Чертежи портальной станции. Райтаний. Лаборатории Ван-Голда. Слишком много людей теперь знали, что я работаю над чем-то важным. Слишком много трещин появилось в моей защите.

— Я не понимаю... о чем вы... — выдохнула я.

Удар. На этот раз в лицо. Голова откинулась назад, и во рту мгновенно появился резкий, металлический привкус крови.

Я пошатнулась, прислонившись спиной к ледяному камню. И вдруг... я увидела их другими глазами. Я смотрела на них и видела не просто нападающих. Я видела тех, кто когда-то стоял рядом со мной в той, другой жизни. Людей, которые улыбались мне в лицо, пока охраняли мой покой по приказу Дэмиана. Те, кто был моей тенью, моей стеной, а потом просто перешли на другую сторону баррикад и с холодным любопытством смотрели, как я медленно падаю в бездну. Паника, которую я так долго подавляла, поднялась из самых глубин тела. Холодная. Животная. Абсолютно неразумная.

Я попыталась вызвать эфир. Я почти забыла, как это делается — слишком долго полагалась на чертежи, формулы и механизмы, вытесняя из памяти собственный дар портальщицы. Ничего. Пустота. Еще раз. Пальцы задрожали, дыхание сбилось. Поток сорвался, едва успев коснуться поверхности кожи.

— Брать живьём! — рявкнул кто-то сверху.

Меня снова грубо схватили, вжимая в стену. И в этот момент страх окончательно перевесил боль. Я перестала быть инженером. Я больше не считала координаты и не пыталась рассчитать точку выхода. Я просто хотела в безопасное место. Туда, где меня не тронут. Где я смогу дышать. Эфир рванулся наружу сам, повинуясь единственному инстинкту — выжить. Без разрешения. Без расчёта. Пространство передо мной с оглушительным треском лопнуло, как перенапряженное стекло. Я услышала чей-то яростный крик, который мгновенно утонул в реве разрываемого пространства. А затем мир исчез.

Глава 29.2

Я вывалилась из пространства с глухим, тяжелым ударом. Прямо на мягкий ворс ковра. Несколько секунд я просто лежала, не понимая, где нахожусь и в какой реальности. Воздух здесь был теплым, сухим и совершенно иным. Он пах дорогим табаком, разогретым металлом и машинным маслом. Я судорожно, с хрипом вдохнула. Плечо горело огнем, ребра отзывались резкой болью при каждом движении, а разбитая губа продолжала кровоточить, оставляя на светлом ворсе темные, рваные пятна. В ушах всё еще стоял тот самый высокий, изматывающий звон.

— Что за...

Надо мной раздался знакомый голос. Я медленно подняла голову и замерла, забыв, как дышать. Рейнар. Он стоял в нескольких шагах от меня. Без рубашки, в одних только брюках. На его коже темнели пятна машинного масла, а в руке он всё еще сжимал какой-то инструмент. Он выглядел так, будто я только что материализовалась посреди его личной территории из другого измерения, и это было самым нелепым, раздражающим и совершенно необъяснимым событием его вечера.