Инженер из будущего. Книга шестая (СИ). Страница 26

— Понял.

Кучеренко вместе с рабочими принялся за переделку. Радиатор сдвинули, трубопроводы переложили, освободили место для турбины. Пришлось несколько раз примерять детали, прежде чем они встали как надо. Только после повторной проверки Кучеренко дал команду снова поднимать двигатель.

На этот раз всё прошло без задержек. Агрегат опустили на опоры, совместили крепления и закрепили.

Кучеренко ещё раз осмотрел установку, затем выпрямился.

— Есть.

Максим подошёл к моторному отсеку и посмотрел внутрь.

— Теперь ничего не мешает?

— По размерам всё нормально. Но окончательно станет ясно после запуска. Под нагрузкой могут обнаружиться нюансы.

— Значит, проверим.

Подключили топливные линии, систему охлаждения и выхлоп. Каждое соединение проверяли отдельно. Турбонаддув требовал особого внимания к герметичности, поэтому Кучеренко лично прошёлся по трубкам и соединениям, не доверяя эту работу даже опытным слесарям.

— Здесь ещё раз проверьте, — сказал он одному из рабочих, указав на соединение. — И прокладку посмотрите. Если пропустит воздух или масло, потом намучаемся.

Рабочий молча принялся за дело.

К вечеру основные соединения были готовы. Кучеренко ещё раз осмотрел моторный отсек и только после этого разрешил продолжать сборку.

— Пока всё в норме, — доложил он Максиму. — Но окончательно проверим при запуске.

Максим кивнул. Самое трудное было ещё впереди. Установить двигатель в корпус — одна задача. Добиться, чтобы он надёжно работал в новой машине, — совсем другая.

Пока на втором прототипе устанавливали двигатель, в соседней части цеха продолжали дорабатывать первую машину. Кучеренко распределил людей так, чтобы обе работы шли одновременно. Часть бригады занималась трансмиссией первого танка, другие готовили узлы для второго.

После испытаний на полигоне главным вопросом оставалась трансмиссия. На высокой скорости она нагревалась сильнее, чем следовало, и оставлять это без внимания было нельзя. Кучеренко предложил установить дополнительный радиатор. Воронцов изготовил его в девятом секторе, и теперь рабочие подгоняли крепления и готовили место для монтажа.

Максим зашёл в цех во время очередной проверки.

— Как идёт?

Кучеренко оторвался от работы.

— Радиатор ставим. Скоро закончим, потом проверим на стенде.

— А механизм натяжения?

— Переделали. Рукоятку вывели выше. Теперь к ней можно добраться, не складываясь пополам.

— Вентилятор?

— Привод новый. Шума меньше, производительность выше.

Максим осмотрел детали, лежавшие на верстаке. Работа продвигалась, хотя каждый день приносил новые мелочи, требовавшие внимания. Он понимал, что невозможно предусмотреть всё заранее, но хотел хотя бы избежать повторения уже известных ошибок.

— По второму образцу эти изменения тоже учли? — спросил он.

— Конечно. Я же не собираюсь ждать, пока на нём появятся те же проблемы. Механизм натяжения и вентилятор сразу ставим доработанные. Трансмиссию собираем с дополнительным радиатором.

— Хорошо. Продолжайте.

Максим задержался ещё на несколько минут, наблюдая за работой. Первый прототип постепенно приводили в порядок, второй тем временем обретал законченный вид. Люди переходили от одного участка к другому, передавали детали, сверялись с чертежами, спорили о размерах и снова принимались за дело.

Работы было много. Но теперь они хотя бы знали, на что обращать внимание.

К середине июня второй прототип был почти готов. Корпус с башней стояли на сборочном стенде, двигатель установили, подвеску собрали, гусеницы натянули. Оставалось подключить системы и проверить их в работе.

Трансмиссию второго танка сразу собрали с дополнительным радиатором. Кучеренко не стал ждать, пока проблема проявится на испытаниях. Он знал о перегреве по первому образцу и решил предусмотреть решение заранее.

Механизм натяжения гусеницы тоже сделали улучшенным. Рукоятку разместили так, чтобы механик мог регулировать натяжение, не наклоняясь слишком низко. Вентилятор поставили новый, с изменённым приводом.

Противопожарную систему и подогреватель установили сразу, учитывая замечания, полученные во время испытаний первой машины. Баллоны разместили так, чтобы они не мешали обслуживанию двигателя. Термопары установили в тех же местах, что и на первом образце, но закрепили надёжнее.

Кучеренко несколько раз обходил машину, проверяя, не мешают ли новые узлы друг другу и остаётся ли доступ к основным агрегатам. Ему не хотелось, чтобы после сборки выяснилось, что для обычного обслуживания приходится разбирать половину моторного отделения.

В один из дней Максим пришёл в цех ближе к вечеру. На сборочной площадке было непривычно тихо. Несколько рабочих убирали инструмент, остальные ждали возле танка. Кучеренко стоял у моторного отсека и просматривал записи в журнале.

— Всё? — спросил Максим.

— Основной монтаж закончен. Системы подключены, соединения проверены. Можно запускать.

Максим обошёл танк, осмотрел крепления, заглянул в моторный отсек. Внешне всё выглядело аккуратно, но он знал, сколько труда ушло на то, чтобы добиться такого результата. Каждый узел приходилось не просто установить, а проверить, подогнать, а иногда и переделать.

— Топливо залито?

— Да.

— Масло?

— Залито. Фильтры новые.

Максим ещё раз посмотрел на Кучеренко.

— Тогда запускай.

Кучеренко забрался в танк и сел за рычаги. Максим остался снаружи, возле моторного отсека. Рабочие отошли на безопасное расстояние, кто-то вытер руки ветошью, кто-то замер, не сводя глаз с машины.

Кучеренко дал команду.

Стартер провернул двигатель. Первая попытка закончилась без результата. Послышался короткий звук, затем всё стихло.

Максим посмотрел на инженера.

— Что?

— Ничего пока. Повторим.

Кучеренко снова попробовал запустить двигатель. На этот раз после нескольких оборотов тот ожил. Сначала заработал неровно, будто приспосабливаясь к новой установке, потом звук выровнялся. Из моторного отделения донёсся характерный свист турбонаддува.

Никто не заговорил. Все ждали, что будет дальше.

Кучеренко прибавил обороты и проверил показания приборов.

— Температура в норме, — доложил он. — Давление тоже. Турбина работает.

Максим подошёл ближе. Двигатель работал ровно, без заметных перебоев. Новые опоры держали его жёстко. Вокруг турбины оставалось свободное пространство, ничто не упиралось в перегородку.

Он наклонился к моторному отсеку, внимательно осматривая соединения. Масло нигде не выступало, посторонних звуков не было.

— Глуши, — сказал он.

Кучеренко заглушил двигатель.

Несколько секунд все молчали. Потом рабочие заговорили разом, обсуждая запуск. Кто-то улыбался, кто-то уже предлагал проверить крепления. Кучеренко выбрался из люка и спустился на пол.

— Ну что? — спросил Максим.

— Для первого запуска нормально. Температура держалась, давление не прыгало. Турбина работает. Но пока двигатель без нагрузки, делать окончательные выводы рано.

— Я и не собирался.

Максим ещё раз осмотрел моторный отсек, проверил соединения и крепления. Он не хотел заранее радоваться, но первый этап прошёл успешно. Двигатель встал на место, компоновка оказалась работоспособной, основные системы не подвели.

— Значит, дальше проверяем всё по порядку, — сказал он. — Сначала ходовая, потом стендовые проверки, а после этого уже полигон.

— Так и сделаем, — ответил Кучеренко.

Вечером Максим задержался в цехе. Он стоял перед вторым прототипом и рассматривал машину целиком. Теперь она уже не выглядела набором отдельных узлов, которые только предстояло соединить. Корпус, башня, двигатель, подвеска — всё было на своих местах. Танк постепенно становился тем, ради чего они столько времени работали.

Кучеренко подошёл к нему, вытирая руки ветошью.

— Думаешь, он будет лучше первого?

— Должен.

— Это понятно. Но всё-таки?