Инженер из будущего. Книга шестая (СИ). Страница 25

Вскореколонна вернулась на завод.

Танк загнали в цех. Кучеренко почти сразу принялся разбирать результаты и решать, за что браться в первую очередь.

— Трансмиссия — это главное, — сказал он. — Нужно поставить дополнительный радиатор или изменить систему смазки. Остальное подождёт.

— Согласен, — ответил Максим. — Начинай с трансмиссии.

Он уже собирался уходить, когда его остановил подошедший Козырев.

— Максим Сергеевич, у нас новости.

— Какие?

— Двигатель прибыл. Форсированный В-2–54. Тот самый, который обещали из Харькова.

Максим остановился.

— Где он?

— В моторном цехе. Только что разгрузили.

Максим сразу направился туда. В моторном цехе на специальной тележке стоял двигатель, укрытый промасленной бумагой. Вокруг хлопотали рабочие, готовясь к осмотру.

Максим подошёл ближе. Он знал, что этот двигатель — это результат работы харьковских конструкторов. Форсированный В-2–54, мощностью пятьсот двадцать лошадиных сил. С турбонаддувом, с новыми фильтрами.

Следом подошёл Кучеренко.

— Исправляй недостатки первого образца, — сказал Максим. — Трансмиссия, механизм натяжения, вентилятор — это всё нужно довести до ума. А параллельно начинай собирать второй прототип.

Кучеренко посмотрел на двигатель, потом на Максима.

— С новым двигателем?

— С новым. И сразу учитывай все замечания, которые получили по первому образцу. Второй прототип должен быть лучше. Не хочу, чтобы в нём повторились те же недостатки.

— Понял, — ответил Кучеренко. — Сделаем.

Максим ещё раз посмотрел на двигатель. Пятьсот двадцать лошадиных сил. Именно такая мощность и была нужна Т-54. Теперь у них имелось всё необходимое: корпус, башня, пушка, подвеска, двигатель. Оставалось собрать второй прототип и довести его до ума.

Он понимал, что впереди ещё немало работы. Предстояло решить проблему с трансмиссией, внести последние изменения в первый образец и параллельно собирать вторую машину. Но теперь у них было то, чего не хватало раньше: результаты испытаний, конкретные замечания и двигатель, который позволял сделать следующий шаг.

Максим вышел из моторного цеха и направился к себе.

Он вернулся домой к утру. Все спали.

Максим поел, выпил чаю и лёг спать. Однако сон не шёл. Он лежал, глядя в потолок, и прокручивал в голове последние дни. Испытания прошли успешно. Основные доработки сработали. Двигатель прибыл. Уже завтра можно будет начинать сборку второго прототипа.

Но оставалась трансмиссия. И другие мелочи, которые сейчас могли показаться незначительными, а на деле однажды обернуться серьёзной проблемой. Максим знал, что танк нельзя довести до ума одними обещаниями и удачными испытаниями. Придётся снова проверять, разбирать, переделывать и начинать заново, если потребуется.

Он закрыл глаза, пытаясь уснуть.

Завтра начнётся новый день. Появятся новые задачи и новые проблемы. Но он справится. За его спиной была страна, и отступать он не имел права.

Днем Максим снова отправился на завод. Впереди ждал ещё один день, ещё одна битва, ещё один шаг к победе.

А далеко на западе, за линией фронта, по-прежнему грохотали пушки. Война не ждала. Не ждал и Максим. Он работал до изнеможения, потому что иначе просто не умел. Он понимал простую вещь: без тыла не будет фронта, а без фронта не будет победы.

И эту победу он должен был обеспечить. Любой ценой.

Глава 11

Второй прототип

Начало июня 1942 года

Двигатель В-2–54 прибыл на завод в конце мая. Уже первого июня Кучеренко приступил к сборке второго опытного образца. Первый танк всё ещё стоял в цехе: после полигонных испытаний его продолжали дорабатывать. Однако Максим настоял, чтобы работы шли параллельно. Ждать, пока доведут первую машину, и только потом браться за вторую означало потерять несколько месяцев. А таких месяцев у них не было.

Кучеренко собрал бригаду рано утром. На верстаке лежали чертежи, поверх которых он разложил отдельные листы с изменениями. Узлы, вызвавшие нарекания на испытаниях, были отмечены красным карандашом. Инженер провёл пальцем по чертежу подвески, затем поднял голову.

— Второй прототип должен быть лучше первого. Кронштейны торсионов оставляем усиленными. Механизм натяжения гусеницы переделываем, чтобы к нему было проще добраться. Двигатель ставим В-2–54. Все недостатки, которые нашли на полигоне, здесь должны быть учтены. Понятно?

Рабочие кивнули. Они уже знали, что Кучеренко не любит длинных объяснений. Если сказал исправить, значит, исправлять придётся до тех пор, пока не получится как надо.

Максим пришёл в цех примерно через час. Обошёл площадку, осмотрел подготовленные узлы, сверился с чертежами. Рабочие уже разбирали детали, готовили крепления и освобождали место для установки двигателя.

— Двигатель где? — спросил он.

— В моторном цехе. Сейчас привезём.

— Начинайте с него. Пока не установим двигатель, остальное собирать бессмысленно.

Кучеренко согласился. Он отправил нескольких рабочих за двигателем, а сам занялся подготовкой моторного отсека. Требовалось проверить посадочные места, сверить размеры и убедиться, что новая силовая установка не потребует серьёзной переделки корпуса.

В-2–54 доставили на специальной тележке. Внешне он мало отличался от В-2–34, который использовали на первом образце, но различия скрывались внутри и в компоновке отдельных узлов. Другие распределительные валы, изменённая система питания, турбонаддув. Всё это обещало прибавку мощности, но одновременно добавляло хлопот конструкторам и сборщикам.

Кучеренко не стал торопиться с установкой. Сначала осмотрел двигатель, затем сверил его габариты с чертежом и замерил посадочные места.

— Почти совпадает, — сказал он. — Но опоры придётся менять. Турбина добавляет вес и смещает центр тяжести.

— Насколько? — спросил Максим.

— Пока точно не скажу. Надо всё промерить. Разница небольшая, но лучше сразу сделать как положено, чем потом ловить вибрацию и разбираться, откуда она взялась.

Максим посмотрел на двигатель.

— Делайте новые опоры.

На изготовление ушло два дня. Время терять не хотелось, но торопиться в ущерб качеству было ещё опаснее. Пока одни рабочие занимались опорами, другие готовили необходимые крепления и проверяли моторный отсек. Кучеренко несколько раз сверял размеры, прежде чем разрешить поднимать двигатель.

Кран медленно опустил тяжёлый агрегат в корпус. Сначала всё шло нормально, но, когда двигатель приблизился к посадочным местам, Кучеренко поднял руку.

— Стоп! Не опускать.

Рабочие замерли. Двигатель повис над опорами.

Кучеренко забрался на площадку и заглянул в моторный отсек. Он проверил положение агрегата, посмотрел на зазоры, затем попросил немного приподнять двигатель и сместить его в сторону. Несколько минут ушло на измерения.

— Не проходит, — сказал он наконец. — Турбина упирается в перегородку. Если оставить как есть, нормального охлаждения не будет.

Максим подошёл ближе.

— Насколько всё плохо?

— Ничего страшного. Но просто поставить двигатель не получится. Нужно освобождать место. Иначе турбина будет перегреваться.

— Что переносить?

Кучеренко развернул чертёж и указал на компоновку моторного отделения.

— Радиатор можно сместить влево. Заодно переложим часть трубопроводов. Тогда вокруг турбины останется достаточно места для нормального обдува.

Максим прикинул, сколько времени займёт переделка. Второй прототип и без того собирали в сжатые сроки, а теперь приходилось менять уже подготовленные узлы.

— Сколько?

— Два дня. Может, три, если придётся переделывать крепления.

— Делайте. Но каждый раз, когда меняете компоновку, проверяйте всё целиком. Не хочу, чтобы мы устранили одну проблему и получили две новые.