Теодор Бун расследует: Обвиняемые. Страница 14

 – А вы обратитесь? – спросил Тео.

 – Разумеется, мы рассматриваем такой вариант. Возможно, это не сработает, но мы об этом думаем.

 – Мама права, Тео, – сказал Вудс Бун. – Минимум, что ты можешь сейчас сделать, это навязать противнику бой.

Тео это понравилось. Хватит сидеть сложа руки, пришло время действовать.

Часом позже все Буны расположились за кухонным столом, бешено печатая на ноутбуках, – и пытались обогнать слухи или по крайней мере сдержать их. Это было нелегко, ведь фотография и подпись уже привлекли внимание горожан и вызвали сплетни, а Тео оказался отличной мишенью. Единственный сын преуспевающих родителей-юристов арестован за кражу со взломом, взят с поличным – в его школьном шкафчике нашли краденый товар! Как все ложные слухи, от каждого повторения сплетня будет становиться более правдоподобной, и недалеко то время, когда многие сочтут ее непреложным фактом.

Мистер Бун закрыл ноутбук и начал что-то писать в своем желтом блокноте. В доме всегда лежали на видных местах минимум пять юридических блокнотов.

 – Поработаем, что ли, детективами, – предложил он.

Марселла сняла очки для чтения и тоже закрыла ноутбук. Отпив глоток травяного чая, она сказала: – Хорошо, Шерлок Холмс, давай попробуем.

 – Во-первых, кто мог незаметно открыть твой шкаф? – спросил мистер Бун у Тео. – Я не могу представить, чтобы неизвестный взрослый человек вошел в школу, подобрался к твоему шкафу, откуда-то узнав код, и открыл его.

 – Согласна, – кивнула миссис Бун. – Тео, ты когда-нибудь видел, чтобы учителя, тренеры или уборщики открывали ваши шкафы?

 – Никогда. Около шкафов никого из них не увидишь. Учителя предпочитают учительскую, у технического персонала гардеробная в подвале, но учащихся туда не пускают. Тренеры пользуются спортивной раздевалкой.

 – Значит, взрослого бы сразу заметили? Тео с минуту подумал и сказал: – Если какая-нибудь учительница или техничка откроет чей-то шкафчик, ее, конечно, заметят, поскольку это необычно. Если в шкаф полезет неизвестный человек, мы, наверное, что-нибудь ему скажем. Я не знаю, такого никогда не случалось.

 – Но на переменах в коридорах много детей, правильно? – спросил мистер Бун.

 – Да.

 – А пока вы в классах, коридоры пусты? Тео подумал.

 – В коридорах редко пусто. Во время урока комунибудь обязательно бывает куда-нибудь нужно – ученики идут за разрешениями на выход из школы, техничке, помощнику учителя.

 – А видеокамеры в коридорах есть? – спросил мистер Бун.

 – Сняли несколько недель назад, устанавливают новую систему.

Миссис Бун сказала: – Мне кажется, взрослому открывать шкаф ученика довольно рискованно.

 – Согласен, – поддержал ее Тео. – Но преступники всегда рискуют.

 – Да, но риск резко возрастает для тех, кто не имеет отношения к шкафам.

 – Да, – согласился мистер Бун. – А еще рискованнее это делать кому-то постороннему. Я считаю, такую возможность можно исключить. Получается, это работа кого-то из учащихся.

Тео пожал плечами, но возражать не стал. Мистер Бун продолжил: – Работа того, кто знает, как открыть шкаф. Того, кто может украсть код. Того, кто запросто может подойти к велосипедам, – чтобы проткнуть покрышку, нужно две секунды. Того, кто знает, какой велосипед у Тео и где он его оставляет. Того, кто знает его расписание и передвижения. Того, кто хорошо знает Тео и может незаметно следить за ним.

 – Это ученик нашей школы? – переспросил Тео.

 – Именно.

Миссис Бун отнеслась к этому заявлению скептически: – Мне слабо верится, что тринадцатилетний мальчик может вломиться в компьютерный магазин, не попав под объективы видеокамер, и без помех скрыться.

 – И все же это вероятнее, чем уборщица или помощник учителя, – отозвался мистер Бун.

Возникла долгая пауза. Три детектива вздыхали, обдумывая услышанное. Первым заговорил Тео: – У него наверняка был сообщник. Вспомните анонимный звонок и то, сколько было украдено из магазина, – тащили явно двое.

 – Точно, – подхватил мистер Бун. – Не забудь техническую подготовку: кто-то взломал школьный файл и узнал код. У кого-то хватило хитрости сфотографировать нас на выходе из полицейского управления и воспользоваться «Гэшмейлом», чтобы распространить снимок и при этом не засветиться. По-моему, это ученик.

 – Бросить камнем в окно мог кто угодно, – заметила миссис Бун.

 – Да, но это больше напоминает выходку несовершеннолетнего.

С этим все согласились. Тео сказал: – Большинство наших, по крайней мере мальчики, знают, где и когда собираются скауты. Во время сбора несложно подойти к Дому ветеранов и найти мой велик.

Доказательств становилось все больше.

 – Сколько всего учащихся в средней школе, Тео? – спросила миссис Бун.

 – Пять отделений с пятого по восьмой классы. На потоке человек по восемьдесят, умножьте на четыре, получаем около трехсот двадцати.

 – Девочек можно не считать, – сказал мистер Бун. – Я никогда не видел, чтобы девочка резала покрышки или била стекла камнями.

 – Ну, пап, не скажи. У нас знаешь какие девицы учатся!

 – Не время для шуток, Тео. О девицах поговорим позже.

 – Ладно, тогда остается сто шестьдесят мальчиков, – сказал Тео. – С кого начнем?

И тут след стал стремительно остывать. Бунам было известно, что Тео в школе любят. Он не из тех, кто травит слабых, дерется или вечно создает кому-то проблемы.

 – Мы знаем твоих друзей, Тео, – сказал мистер Бун, – но это капля в море. Подавляющее большинство учеников для нас темные лошадки. Почему бы тебе не составить список подозреваемых? Тех, с кем ты когда-то спорил. Тех, кто мог затаить на тебя зло.

 – Например, вспомни о дискуссионной группе, – поддержала мужа миссис Бун. – Вы ни разу не проигрывали дебатов. Может, кто-нибудь из проигравших на тебя обиделся?

 – Или тебе завидует кто-то из скаутов, – добавил мистер Бун.

Тео кивнул, напряженно думая, пытаясь представить возможных врагов.

 – Есть, конечно, мальчишки, которые меня не любят, но от списка-то какая польза? Эти неизвестные гады здорово перегнули палку, желая отомстить мне непонятно за что.

 – Да уж, – вздохнула миссис Бун.

 – Подумай хорошенько, Тео. Составь список главных подозреваемых, завтра за ужином обсудим.

 – Попробую, – пообещал Тео.

Глава 11

В четверг, когда в полвосьмого зазвонил будильник, Тео уже не спал. Разболелся живот, и мальчик лежал, глядя в потолок в ожидании, когда его затошнит по-настоящему, до рвоты. Болела голова. Тео не сомневался, что это приступ мигрени, хотя прежде мигренями не страдал. Минуты шли, но хуже, к сожалению, не становилось.

Как ему идти в школу, зная, что его подозревают? Как пережить шуточки, ехидные замечания и издевки? Если и бывают дни, когда нужно пропустить уроки, прогулять, сказавшись больным, так это сегодня.

Судья зашевелился первым. Он вылез из-под кровати, готовый к прогулке. Тео ему завидовал. Пес проведет день в офисе, будет дремать у стола Эльзы, слоняться по комнатам, заходить в кухню в поисках еды и валяться в каморке Тео, ожидая прихода младшего хозяина из школы. Ни тебе волнений, ни стресса, ни страха, что за тобой следят, обдумывая следующий ход.

Ну и жизнь, подумал Тео. Собачья жизнь. У человека. Это даже нечестно.

Тео сел на край кровати и подождал в надежде, что его вырвет, но вскоре почувствовал, что становится легче. Судья выжидательно смотрел на него. За дверью послышались шаги, и в дверь тихо постучали.

 – Тео, – негромко сказала мама, – ты проснулся?

 – Да, мэм, – отозвался Тео фальшиво-хриплым голосом, будто испуская последний вздох.

Миссис Бун вошла и присела на кровать.

 – Я тебе горячего шоколада принесла.

Тео взял чашку обеими руками и вдохнул приятный аромат.

 – Как спал? – спросила мать. Она была в тяжелом махровом халате и розовых пушистых шлепанцах.

 – Не очень, – признался Тео. – Снился какой-то бесконечный кошмар.