Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле (СИ). Страница 30

Первый раунд за сближение с троном окончился аппаратным щелчком по носу, но отступать от плана спасения великого князя она не собиралась.

Только стоило Рите выйти за двери и двинуться в сторону фрейлинского крыла, как твёрдая мужская рука схватила её за локоть и затащила в ближайшую комнату.

Перед ней стоял Рейнгольд Лёвенвольде. Он сверлил её яростным взглядом, а руки в белых перчатках стискивали плечи Риты, прижимая к стене.

— Признавайтесь, что вы задумали, княжна, — холодно спросил граф. — Что за яд вы умудрились протащить в покои государыни?

Рита смотрела на этого прекрасного мужчину и сердце билось неровной дробью. Он же зло прищурился и встряхнул её.

— Говорите! — громко на грани воскликнул Рейнгольд, испытующе глядя в глаза. — Иначе я сдам вас тайному совету и тогда никто и никогда больше вас не увидит. Вы покушались на императрицу.

— Да я помочь ей хотела, дурак вы эдакий! — горячо выкрикнула Рита, и её голос сорвался от бушующих эмоций. — Мне нет никакого резона травить её! Лекари убивают её рвотным камнем, а мои травы могли бы унять одышку! Но ваше параноидальное высокомерие видит шпионов в каждом углу!

Они тяжело, прерывисто дышали, застыв в этом раскалённом противостоянии. И именно в эту секунду вся её злость и весь хладнокровный расчёт окончательно растворились в душном мареве. Разум заволокло плотным чувственным туманом. Рита смотрела на его перекошенные гневом, порочные губы, которые были так мучительно близко от её собственных. Внутри вспыхнуло настоящее безумие страсти. Но самым страшным было то, что под этой маской бешеной ярости, в самой глубине его расширившихся, потемневших серо-голубых глаз Рита внезапно увидела точно такую же дикую, зеркальную страсть. Это открытие заставило её крупно, неуправляемо задрожать всем телом. Он хотел её точно так же, до безумия, до потери пульса.

Ей до темноты в глазах, до дрожи в коленях хотелось прекратить этот спор, вцепиться пальцами в его накрахмаленное жабо и просто поцеловать.

Лёвенвольде, словно испугавшись этой обнажившейся ломающей его волю взаимной тяги, резко с силой толкнул её обратно к стене. Он отпрянул, тяжело дыша, и стремительным движением распахнул дубовую дверь. Не проронив больше ни одного слова, граф вихрем вышел из судейской комнаты, оставив створку хлопать от сквозняка.

Рита, лишившись его поддержки мгновенно потеряла опору в ногах. Шёлковые складки её тёмно-красного платья зашуршали по штукатурке, и она без сил сползла по стенке прямо на навощённый паркет. Ладони под перчатками были абсолютно мокрыми. Рита уткнулась лбом в колени, унимая крупную дрожь во всём теле, и с панической отчётливостью подумала.

«Чёрт... Так ведь и свихнуться недолго, Ланская. Если этот прибалтийский хищник продолжит так взламывать мою оборону, от моего разума не останется вообще ничего».

Рита шла в сторону своих покоев, совершенно не разбирая дороги. Она пребывала в таком растрёпанном состоянии духа, что напрочь позабыла о всякой осторожности и сословном этикете. В ушах всё ещё звенел сумасшедший стук собственного сердца, а перед глазами стояло потемневшее лицо Рейнгольда.

На крутом повороте у очередного перехода Рита едва не сбила маленькую девочку, внезапно выскочившую из-за угла.

Она едва успела затормозить. Перед ней, вжавшись в позолоченный плинтус, стоял ребёнок лет пяти. На девочке было совсем лёгкое домашнее платьице, хотя в бесконечных каменных коридорах гулял жуткий балтийский сквозняк и стоял ледяной холод. Малышка прерывисто дышала, а её круглые глазки были красными от слёз.

Рита сделала глубокий вдох, силой загоняя эмоции поглубже, и опустилась перед ней на корточки. Ей стоило огромных усилий сделать свой голос мягким.

— Привет. Ты почему здесь одна? И почему без шали, в переходах холодно.

Стоило Рите протянуть руку, как девочка испуганно вскрикнула, отшатнулась и снова безутешно разрыдалась, закрывая лицо крошечными ладошками.

— Уйдите! Не трогайте меня! Вы меня съедите!

Рита от такой запредельной дикости растерялась. Её брови удивлённо поползли вверх.

— Что? — переспросила она, искренне недоумевая. — С чего ты взяла, малышка? Я не ем девочек. С какой стати мне тебя есть?

— Едите! — всхлипывая и дрожа от холода, выдавила из себя девочка, выглядывая из-за пальцев. — Мне сказали... мне точно сказали, что здесь по переходам ходит злая ведьма с чёрными-пречёрными волосами и ест маленьких детей!

Рита замерла, и в её голове мгновенно выстроилась чёткая логическая цепочка. Чёрные волосы во фрейлинском крыле сейчас были только у неё.

— Вот как? — Рита едва заметно усмехнулась. — И кто же тебе такое наговорил, скажи на милость? Кто этот сказочник?

— Мой брат Ваня, — шмыгнув носом, тихо прошептала девочка.

— Ха! Ваня, значит, — внутри у Риты всё заклокотало от новой волны звенящего возмущения, но она упрямо удержала маску спокойствия. — Ну, послушай меня внимательно. Твой брат Ваня тебе соврал. На самом деле я совершенно не ем маленьких девочек. Они слишком пресные.

Малышка испуганно округлила глаза, но плакать перестала, заворожённо слушая её.

— А вот противных мальчишек, — вкрадчиво продолжила Рита, — особенно таких рослых, гвардейских мальчишек, которые любят кататься на конях, я с огромным удовольствием поедаю. И за завтраком, и за обедом. Целиком заглатываю, вместе с кафтанами и позументами. Так Ване и передай.

Девочка от такой тирады окончательно опешила. Страх на её лице сменился детским любопытством. Она поняла, что перед ней никакая не ведьма, а благородная дама, которая просто шутит. Малышка торопливо отняла ладошки от лица, сделала короткий, на удивление выверенный реверанс и послушно представилась:

— Я княжна Марфа Долгорукова.

Рита поднялась на ноги и внимательно посмотрела на маленькую сестру своего нынешнего врага. Отыгрываться на невинном ребёнке было не в её правилах. Она мягко подтолкнула Марфу в спину направляя её обратно к тёплым покоям.

— Ну вот и познакомились, Марфа. А теперь марш к своим нянькам, пока тебя балтийская лихорадка не прихватила. В коридорах простудиться пара пустяков. Беги.

Девочка послушно кивнула, бросила на неё последний взгляд и весело побежала обратно по галерее.

«Ведьма, значит? Детей я ем? — думала Рита, сжимая кулаки. — Ну держись, гвардейский ты недоумок. Ты ещё не знаешь, на что способна эта ведьма. Я заставлю тебя пройти через такое выжигание лихорадкой в бане, что ты у меня на коленях ползать будешь, умоляя о пощаде».

С этими мыслями она толкнула тяжёлую дубовую створку своих покоев.

Глава 13. Докрасна

Разгар урока в кабинете великого князя Петра Алексеевича шёл своим чередом, когда Рита впервые за всё время позволила себе непростительную оплошность.