Мой куратор - Аид. Страница 10

– О, стажер, значит… Вкусно, вкусно… – Она со смаком облизалась, показав невероятно длинный черный язык, и снова хихикнула, но уже с откровенным предвкушением. – Я сожру твоё сердце, стажёр, и высосу твои мозги. Намотаю кишки на ближайшую пальму! Выдерну глаза и добавлю в свой коктейль! А когда ты сдохнешь, то сделаю из твоего черепа кубок!

– Закончила? – раздраженно перебил её Аид, пока она заново набирала в воздух лёгкие, явно желая продолжить. – Документы будешь показывать?

– Да нет у меня никаких документов! – ощерилась уже на него фальшивая девочка. – А то сам не знаешь?! Депортируй! А ты… – Мне достался алчный взгляд и торжественное обещание: – С тобой мы ещё встретимся, стажёр…

– К штрафу за неоднократное незаконное нарушение границ миров добавляется штраф за оскорбление и угрозы должностному лицу при исполнении, – скучающим тоном проинформировал нас обеих куратор и вынул из кармана свою неизменную зажигалку. – А если действительно рискнёшь напасть на моего стажера – уничтожу без суда и следствия, ты меня знаешь.

– Да шучу я, шучу, начальник! – откровенно фальшиво захихикал монстр, не сводя с меня откровенно голодных глаз. – А то ты не знаешь. Шучу!

– Не быть тебе стендапером, – Аид пренебрежительно скривил губы и чиркнул колёсиком.

В ту же секунду фигура девочки подернулась дымкой, начав стремительно истончаться, но прежде, чем пропала окончательно, я увидела на её месте нечто мелкое, худосочное, с серой кожей, огромной треугольной пастью и жутковатыми наростами вместо ушей, больше похожими на лезвие топора. Но вот и это видение пропало вместе с противным визгом, который раздавался буквально на грани слышимости, а я бросила заинтересованный взгляд сначала на Аида, а затем по сторонам.

Но люди, как отдыхали, так и продолжали отдыхать, словно нас тут не было.

– А это…

– Элементарный отвод глаз.

– А она…

– Стирха – монстр Нижних миров второго уровня, питающийся преимущественно негативными эмоциями. Не способна причинить существенный физический вред. Все без исключения монстры любят приукрасить собственные возможности. Те, кто действительно может тебя сожрать, нападают без предупреждения.

– А я…

– А мы идём на следующий вызов. Голубой – неупокоенная душа.

– Можно я уже договорю?! – вспылила, когда Аид снова прижал меня к себе без спроса и предупреждения, но вместо раскаяния увидела в глубине его глаз снисходительную насмешку. – Это невежливо, в конце концов!

– Зато существенно экономит время, – возразил наглец и у меня перед глазами в очередной раз потемнело.

Пока я боролась с приступом тошноты и думала, чем заменить пару крепких словечек, подслушанных у отца, чтобы прозвучало доходчиво и не матом, Аид ловко усадил меня на лавочку (мы появились в вечернем парке) и начал осматриваться, не отходя от меня слишком далеко – метров пять-семь, не больше. Так что, когда мужчина решил объясниться, я его прекрасно расслышала.

– Ада, моя текущая задача – показать самые классические случаи. Вечером я обязательно отвечу на все твои вопросы и даже дам изучить собственные архивные дела, чтобы ты имела точное представление обо всём, что тебя ждёт. Но поверь моему опыту, ни один фильм с 3Д-эффектом не даст настолько полного погружения, как практика и собственный опыт. Так что просто смотри и запоминай, всё равно эту неделю ты ни на что не способна.

А вот это было обидно. Да, моё кунг-фу далеко от идеала. Но я не полнейшая бездарность! Не истерю, беспрекословно слушаюсь, стараюсь запоминать всё до мелочей. На мой взгляд это уже достижение! Ну да, не маг… Но буду! Не боец… Но могу! В этом деле ведь как? Главное, стимул! А он у меня благодаря всяким там кошладрыгам, стирхам и прочим «доброжелателям» буквально зашкаливает! Тем более общее представление о самообороне я имею – целых полгода посещала секцию по тхэквондо, но бросила, так как не нашла взаимопонимания с тренером. Для него я была избалованным ребенком, заглянувшим в его клуб по недоразумению. Может в четырнадцать так оно и было, но это не сделало ему чести, как преподавателю. Зато с пятнадцати и почти без перерывов до самого последнего времени я посещала фитнес-центр с бассейном. Личный тренер, стрип-пластика, степ-микс, пилатес, стретчинг, хатха-йога, зумба, латино – что я только ни перепробовала! И только благодаря великолепному тренерскому составу и их моральной поддержке не бросила клуб полгода назад. За пять лет я сдружилась со многими, причём не только с работниками клуба, но и теми, с кем посещала занятия, так что всерьез считала себя частью большой семьи.

Я прекрасно понимала, что это своего рода самообман и попытка обрести то, чего толком никогда не имела, но меня это устраивало. Лучше уж так, чем сходить с ума от тоски и безысходности. Когда душа рвется на части, а из груди вместо всхлипов вырывается обреченный вой. Когда кажется, что потерял смысл жизни и всё, что теперь остается – это вечность, полная боли и страданий. И единственное, что тебя удерживает от окончательного безумства, это… Месть?

Стоп-стоп, погодите! Это чьи вообще мысли? Точно не мои!

И только я начала поворачивать голову направо, откуда ощутимо тянуло не только чужой болью, но и холодком, как Аид в несколько гигантских прыжков оказался рядом, рявкнул на меня: «Замри!», а сам так яростно чиркнул зажигалкой, что я уж решила – всё.

Сейчас спалит и парк, и меня до кучи.

Но нет, на грани видимости я заметила яркую вспышку, мне практически в ухо ввинтился чей-то истошный вопль, полностью дезориентировав, а ещё секунды через три, когда звон в голове стих, я услышала очередную необоснованную претензию от куратора:

– Мне вот интересно, хоть одно дело будет сегодня нормальным? М, Ада?

Скосила на мужчину глаза, на всякий случай не став поворачивать голову (приказа «Отомри» не было), но он уже присел рядом и нагло приобнял меня за плечи. Зачем-то приблизил лицо к моему пострадавшему уху, да так близко, что у меня аж мурашки по всему телу пошли от его дыхания, и тихо-тихо произнёс:

– Слышишь меня?

– Слышу, – подтвердила чуть заторможенно, но так же шепотом, всё ещё опасаясь двигаться. – Что это было и в чём моя вина?

– В том, что вошла в резонанс с духом, чем едва не привязала его к себе, – произнёс куда громче и ироничнее Аид, отстраняясь и убирая руку. – О чём ты думала сейчас?

– Да, как-то… обо всём понемногу… – Я уже и сама догадалась, что шевелиться можно, но подскакивать и бежать, куда глаза глядят, не спешила. Просто расслабилась и спокойно повернула голову к куратору, чтобы не косить, а смотреть на него прямо. – Откуда мне знать, о чём нельзя думать на задании?

Несколько секунд мы смотрели друг на друга и, если честно, я не представляла, какие мысли бродили в голове куратора. По его лицу невозможно было сказать, чувствует ли он сейчас хоть что-то или просто завис. Но вот он моргнул и едва уловимо поморщился.

– Ладно, моя вина. Прости. За ужином разберем ситуацию подробно. Идём, у нас последняя заявка на день, а потом можно будет и домой.

Легко поднявшись на ноги, мужчина удивил меня снова – на этот раз галантно поданной рукой. Приняла, даже и не думая отказываться от столь редкого проявления вежливого внимания, и лишь на мгновение задержала дыхание, когда Аид привычным движением прижал меня к себе.

– Фиолетовая заявка – самоубийство. Наша задача его не допустить.

– И такое быва… -ет? – договорила я уже в совершенно ином месте – на крыше высотки, продуваемой всеми ветрами.

– Бывает, – подтвердил куратор отрывистым кивком. – Подробности позже. Видишь кого-нибудь?

Тут же закрутила головой, но дом был длинным, со множеством лифтовых шахт и вытяжных труб, перекрывающих обзор, так что Аид снова обнаружил нашего клиента первым. При этом некромант не стал поступать так, как советуют психологи и прочие умные люди, а спокойно приблизился к парню, который стоял на самом краю, готовясь сделать последний шаг, и смачно шлёпнул его по плечу.