Упрямая принцесса для несносного дракона. Страница 12

— Бонни Райт.

— Что ж, мадемуазель Райт, вы ищете что-то конкретное?

Я окинула беглым взглядом прилавок, затем посмотрела на недовольное лицо Мелинды.

И у меня в голове созрел план.

— Да, мадам, если позволите, у меня есть к вам предложение…

Глава шестая

Мелинда громко фыркнула, но хозяйка не обращала на нее внимания.

— Я вас слушаю.

У нее были цепкие серые глаза, замечавшие, казалось, любые мелочи. Бонни раньше не была в этой лавке, но Ренуаль ее все равно запомнила.

— Мадам, как вы сами видите, у меня проблемы с кожей, — начала я.

Женщина качнула головой.

— Нет-нет. — Я подняла раскрытую ладонь. — Я говорю это не для того, чтобы напроситься на комплимент или утешения…

— Я бы предложила вам подходящее средство, — возразила Ренуаль.

— Но, как заметила ваша помощница, — я мазнула Мелинду взглядом, — у меня нет денег даже на самую маленькую баночку с кремом. А потому я хочу предложить использовать меня в качестве модели.

Мадам склонила голову набок, напомнив любопытную птичку. Сходство усиливало торчавшее из заколки перо.

Я продолжила:

— Что лучше докажет, насколько чудодейственна ваша косметика, как не конкретный пример? Соберите людей, покажите меня как есть. Со всеми проблемами. В течение месяца я буду работать у вас в лавке и пользоваться теми средствами, какие назначите. И по итогу вы сможете показать, насколько сильно изменилась моя кожа.

— Да тебе ничего не поможет, — вполголоса пробурчала Мелинда.

Мадам потерла подбородок.

— Предложение и правда интересное. Но вы сказали — работать в лавке?

— Чтобы посетители могли увидеть меня в любое время и сами проследить за результатом. А что касается работы, то я немного разбираюсь в косметике.

Мелинда скривилась в безмолвном: «Да ну?» А вот в глазах мадам загорелся огонек.

— Допустим, я соглашусь. Какие средства вы бы сами себе порекомендовали? — Она указала рукой на прилавок, приглашая меня.

Я подошла ближе и принялась выбирать баночки и колбочки. Сама думала о маме, сидевшей перед зеркалом. В груди щемило.

Я очень по ней соскучилась.

— Вечернюю рутину я бы начала с очищающего мыла. — Я взяла его с полочки и положила на прилавок. — Его можно взбить в пенку с помощью кисточки. Затем я использовала бы вот этот тоник. После этого флюид для увлажнения, крем вокруг глаз и ночной крем.

Пока говорила, я выкладывала средства на полочку. Закончив с вечерними, я перешла к дневным со специальной сывороткой против сыпи и защитой от солнца. А в довершение выбрала еще и шампунь для волос, бальзам и исцеляющую маску для сухих кончиков.

Только когда на прилавке выстроилась шеренга из баночек и флакончиков, я осознала, что все это время говорила в полной тишине.

Даже Мелинда не перебивала.

— Вот как-то так. — Я развернулась.

Мадам Ренуаль хлопнула в ладоши.

— Потрясающе! А теперь подбери рутину для Мелинды.

— Не может она такого знать, — пробурчала девушка. — Ей кто-то подсказал…

Но я уже выкладывала новую линейку баночек. У Мелинды была сухая кожа, и ей нужно было больше увлажнения.

— Хм, — хмыкнула Ренуаль, глядя на мой выбор. — Кое-что ты все-таки не учла…

Я посмотрела на хозяйку вопросительно.

— У Мелинды чувствительная кожа, и это мыло ей не подойдет. Нужно более щадящее средство для умывания. — Она взяла с прилавка зеленую бутыль.

Мелинда довольно выгнула спину и вскинула подбородок. Словно хотела сказать: «Ну что, получила?»

— И тем не менее, — продолжила хозяйка, — твои знания не могут не удивлять. Я согласна.

— Н-но… — промычала у нас за спинами Мелинда.

— Главное, девочки, помните, что улыбка посетителя для нас важнее того, сколько он купил. Довольный покупатель всегда вернется.

На этот раз я вскинула подбородок и выразительно глянула на Мелинду. Ей эту науку еще осваивать и осваивать.

Девушка показала мне язык, и я рассмеялась. Ничего, как-нибудь сработаемся.

Глядя на нас, мадам Ренуаль одобрительно кивнула и показала мне подсобку, служившую сразу всем: и складом для ингредиентов, и своеобразной кухней, где смешивались крема и варилось мыло, и комнатой отдыха для работниц.

— Приходи завтра утром, там и начнем, — сказала хозяйка на прощание.

Мелинда ничего не сказала, но было уже неважно.

Поднявшись к себе в квартирку, я первым делом сходила в душ и переоделась. Затем нашла на рабочем столе дедушки белый лист бумаги и чернильницу.

Итак, не считая сегодня, до первого экзамена в академию тридцать три дня.

Я расчертила бумагу на клеточки, где каждый день был в одном квадрате, и повесила на стену. Буду вычеркивать прошедшие дни.

С работой и уходом за кожей с волосами я решила. С физической подготовкой будет трудно, но начну с простого: ходьбы по утрам и вечерам. Заодно получше изучу город.

Теперь надо найти библиотеку, если во Фрионии есть библиотеки, и начать заниматься.

В лайнарийских академиях, насколько я знала, кандидат сначала должен был выбрать факультет, а потом сдавать экзамены именно для него. Фрионцы же не могли не выпендриться и не сделать по-другому.

Здесь сначала сдавались экзамены, а уже потом можно было посмотреть, для какого факультета они годятся. Брошюра предупреждала, что у разных факультетов могут быть разные требования к оценкам за экзамен. Если дедушка прав, то на зельеварении и истории требовался исключительно высший балл. Но если я сдам экзамен по магии, для меня откроются и другие направления.

Правда, в моем случае пройти вступительные испытания было только половиной дела. Нужно еще попасть в команду. Чтобы из сотен кандидатов Джейдан выбрал именно меня.

Как этого добиться, я пока не представляла. Да, внешность я улучшу, но вряд ли этого будет достаточно. Я сегодня сама убедилась, сколько среди поступающих хорошеньких девушек.

Почувствовав дуновение ветра, я обернулась. Кошмар пролетел за моей спиной и заглотнул в воздухе что-то невидимое.

Похоже, это был страх неудачи. Потому что я разом почувствовала себя легче.

Ничего, сначала экзамены. А об остальном еще успею и подумать, и попереживать.

***

Через три дня после отбытия драконьей делегации от Джейдана принесли цветы. Гигантские белые розы. Я таких в жизни не видела. Кажется, они длиной были с половину меня. И пахли головокружительно сладко.

Не удержавшись, я едва не зарылась в них лицом.

— Смотрю, кто-то произвел на принца впечатление, — заметила тогда матушка.

Коснувшись губами бархатных лепестков, я позволила себе глубокий вдох. Прикрыла глаза, наслаждаясь мгновением.

Но открыв их, велела служанке:

— Унеси их.

— Куда прикажете, ваше высочество?

— Куда угодно, хоть в мусор.

Удивление не только отразилось на лице девушки, но и не миновало обычно невозмутимую матушку.

— Видимо, принц на тебя впечатление не произвел, — заключила она.

Ох, мама, если бы ты знала!

Но дело было не во впечатлениях. Вряд ли я когда-нибудь забуду тот поцелуй.

Но нельзя. Нельзя поддаваться драконьим чарам. Джейдану от меня что-то нужно. Трон, торговые соглашения или создатель знает что.

Но сама по себе я ему не нужна.

Поцелуй был спектаклем. И эти цветы — лишь его продолжение.

И если я позволю себе думать иначе, то неизбежно останусь с разбитым сердцем. Драконы коварны и легко играют с чувствами. И иная, возможно, согласилась бы на партию. Сделала бы свой ход.

Но не я. Я хочу любить по-настоящему, а не играть.

Не знаю, что мама прочитала у меня на лице, но больше ничего тогда не спросила.

А Джейдан снова прислал розы.

Красные.

Их постигла та же участь, что и первый букет.

Нахальный принц, конечно, не отступился. Он присылал все новые и новые букеты. Сначала это были розы всевозможных оттенков, потом лилии, хризантемы, пионы, гладиолусы…