Фальшивая помощница королевского детектива (СИ). Страница 4

Но потом среди подруг поползли сплетни. Видимо, напарница Катя поделилась с Мариной, та с Кристиной… ну, в общем, так далее. Соответственно жизнь «белой леди», как ее прозвали, не зная имени, обросла придуманными подробностями, взятыми из еще более далеких легенд, и разрослась до походов по катакомбам (подземельям, кладбищам), в одном из которых девушку кто-то до жути напугал.

- Поседела? – переспросил Статанори и как-то странно брезгливо (или боязливо?) отбросил белый локон, резко убрав руку от куклы. И перекинулся на Милочку, выражая очередное недовольство. – Вы опять лезете, куда не просят. Выдвигать версии, это моё, а вы должны их только записывать, - покосился на блокнот, который Милочка держала в руке, вспомнил, как угодил под раздачу, и сделал вид, что ничего предосудительного не сказал. – Принесите саквояж.

- Хорошо, - Милочка не стала спорить.

Хотя очень хотелось сказать какой сыщик неотесанный чурбан и мог бы сам сделать лишних пару-тройку шагов. Но от резких слов удержало любопытство. Интересно же, что он задумал. Достанет свои магические штучки-дрючки и будет колдовать? Посмотреть уж очень хочется. Небось, посложнее, чем рисовать волшебной палочкой загогулины на брусчатке. Поэтому Милочка смело шагнула за порог комнаты, подхватила сумку, обошла тихо сидящую Маргариту и подошла к кровати.

- Берите, - ткнула саквояжем в грудь Статанори, а когда тот выпучил глаза, заметила ехидно. – Вы же не думали, что я кланяться вам буду?

- Не думал, - пробормотал сыщик, вглядываясь в глаза Милочки, будто искал в них что-то. Подозрительное и опасное. – Вы просто должны его держать. Как я, по-вашему, артефакты, определяющие эманации магии, достану? – так и не взялся за ручки, гаденыш.

- А где ваше спасибо? – Милочка решила, что намекнуть на вежливость открытым текстом не помешает. Похоже, сыщик слишком привык к неприметности Амалии, не замечая, что та не только его помощница, но и девушка. «Хотя неизвестно какая на мордаху, - подумала тотчас. – Божечки-кошечки. Я уродина?!» - Нате, можете не благодарить, - плюхнула саквояж на кровать рядом с куклой. – Теперь достанете? – потеряла интерес к сыщику и поискала глазами зеркало.

Сделала шаг в сторону, чтобы увидеть свое отражение, и зажмурилась, боясь, что заорет от испуга.

Что, что там на лице?

Шрамы?

Оспины?

Угри?

А-аа!!!

Она черная?

Поэтому перчатки?

Или азиатка узкоглазая? Хотя нет. Те очень даже красивыми бывают.

Тогда что? Что еще можно думать, отчего такой красавчик игнорирует свою стройную помощницу и не тащит ее в постель?

Черт!

«Я старая кочерыжка!» - сделала единственно «правильное» заключение Милочка и зажмурилась еще сильнее. Решиться открыть глаза никак не получалось. Сила воли, никогда не подводившая, вдруг куда-то испарилась и, исчезая в туманной дымке, помахала легким пером… не, не пером, а жуткими крыльями серой моли.

- Госпожа Ккорбан, вы тоже испугались? – Маргарита увидела, как Милочка силится открыть глаза, и решила поискать у нее сочувствия, которого от сыщика точно не дождешься. – Правда, она… бррр? – передернула плечами, стараясь не смотреть на кровать и почему-то продолжая сидеть на полу.

- Ага, - согласилась Милочка, на куклу даже не взглянувшая, и поняла, что стоять дальше, зажмурившись, нельзя.

Не хватало еще, чтобы Статанори стал над ней насмехаться. Пусть не замечает, пусть командует, пусть опасается, как недавно сказанул, но не насмехается. Это вообще неприятно. К тому же Милочка не из пугливых, и практически ничего не боится. Кроме паршивой моли, которая заводится неизвестно откуда и неизвестно как. Вот что она ела в шкафу подсобки и, судя по количеству набросившихся на девушку мотыльков, активно там размножалась? Тайна за семью печатями.

«Соберись, тряпка, и не давай никому вытирать о тебя ноги», - подбодрила себя Милочка и бесстрашно распахнула глаза. Похоже, стимул сработал. Тот, где она подумала про красавчика, сосредоточенно копающегося в саквояже. Мельком взглянув на него, всмотрелась в отражение.

Хмм…

Ну, издалека…

Да ладно!

Да ну нафиг!

Не, так не бывает!

Из зеркала на Милочку смотрела… вполне симпатичная девушка. Фух. От сердца отлегло. Хорошо, что не бабка. И на лице вроде никаких изъянов нет. Чистенькое, гладенькое, бледноватое немного, потому как ненакрашенное, но очаровательное. Вполне. Один только нюанс – Амалия младше Милочки лет на десять. А с учетом, что предыдущая владелица тела отучилась в какой-то академии, то ей и есть, наверное, годков за девятнадцать. Плюс два.

Хотя нет. Примерно двадцать. Выражение лица слишком наивное. Только в ярко голубых глазах, да-да, именно там, выглядывала твердость Милочки, привыкшей принимать решения и за себя, и за подруг, а иногда и за своих парней. По этой причине те долго в «свите» не держались, быстро раскрывали свои недостатки, в которые Милочка безжалостно тыкала носом, и сваливали в туман.

«И демон с ними, - в очередной раз подумала Милочка и развеселилась. Выглядела она отменно. – И чего этому хорьку Статанори не хватает? – задала вопрос, на который страстно захотелось получить ответ. – Высокая, с тонкой талией, подчеркнутой корсетом бордового платья и белыми кружевами. Что вообще тебе надо? Пожалуй, туфли бы я поменяла на высокий каблук. И тогда держись, хорёк». Кличка, которую Милочка придумала для сыщика, похоже, закрепилась.

В приподнятом настроении (не считая того, что попала в другой мир и в другое тело – первый вариант, а второй – в коме) девушка тихонько подошла к Статанори. Тот успел вытащить из саквояжа два амулета и, держа их на ладонях, видимо выбирал какой использовать. Отличный момент, чтобы…

В детстве девчонки частенько пугали так друг друга. Какая моль укусила сейчас Милочку, она и сама не поняла, но что-то выкинуть из ряда вон выходящее от радости захотелось.

Отличный момент, чтобы неожиданно схватить Статанори за рукав и заорать, тыча в куклу:

- Ой, она моргнула! Ааа!

И затрясти руку жертвы розыгрыша, чтобы стало страшнее.

Обычно реакцией подружек было:

- Ё… блин… твою… Дура что ли?! Так кондрашка хватит.

А потом все смеялись и просили Милочку больше так не делать.

С сыщиком вышло совершенно по-другому.

Вместо того чтобы заорать, он мгновенно схватил Милочку за талию, прижал к себе, почти сплющив ее небольшую грудь о твердую свою, и выставил вперед левую ладонь с амулетом. Тот, засверкав желтым огнем, мгновенно создал упругую стену из силового поля, распространившуюся между людьми и кроватью. А затем огонь потянулся всполохами к кукле и его цвет внезапно изменился на черный, затрещавший синими искрами. Как трещат поленья в печке.

- Вот, вот, это я и слышала, - прошептала Маргарита.

Милочка в изумлении глядела на проявление магии и боялась пошевелиться. Хотя причиной вряд ли был испуг от увиденного. Больше всего ей почему-то не хотелось выпасть из крепких объятий и лишиться приятного терпкого запаха мужского тела, который с близкого расстояния ощущался как манящий афродизиак.

Прикинув, сколько в этом пропорционально сложенном самце сексуальной энергии, Милочка представила… Вот да. Надо бы думать о странном преступлении, а она уперлась глазами в лощеное лицо Статанори и мысленно рисует, как он может выглядеть без одежды. Совсем голенький. Наверное, как на картинках в эротических книжках – гора мышц, бицепсов, трицепсов, четко очерченные кубики пресса, складочка, ведущая к основанию того самого…

- Амалия, быстро рассказывайте, что вы заложили в свой амулет. Что-то возбуждающее? – очнулась от легкого встряхивания и шипящего шепота сыщика в самое ухо. – Вы гладите своей коленкой у меня между ног. Прекратите сейчас же. Что о вас подумает Маргарита, если увидит?

- Подумает, что я вас глажу, - меланхолично начала повторять Милочка вслед за Статанори и резко отдернула ногу, вдруг поняв, что тот не врет. – Что?! Ой! Простите, само получилось… потому что… от испуга, - попробовала выкрутиться.