Фальшивая помощница королевского детектива (СИ). Страница 3

- И, правда, вы какая-то странная после взрыва вашего амулета, - Статанори почесал задумчиво затылок. – Пожалуй, да, вам лучше сегодня отлежаться, - вытащил из кармана жилетки деревянную палочку и стал рисовать на брусчатке светящиеся символы.

В этот момент где-то внутри дома вдовы Курбацой раздался душераздирающий крик, страшный, пронзающий своей звериной мощью, будто выла от безысходности волчья стая, загнанная охотниками за флажки.

Статанори вздрогнул, бросил свои каракули, которые тотчас погасли, и повернул голову в сторону особняка. Милочка вгляделась в выражение крайней озабоченности его лица и тихо спросила:

- Это что было?

- Стойте здесь, - приказал Статанори, решительно шагнул обратно, распахнул дверь и скрылся за нею.

- Ну уж дудки, - прошептала Милочка, не собираясь оставаться на пустынной улице одна, и не менее решительно побежала за сыщиком.

В доме продолжали завывать, причитать, всхлипывать, хрипеть, причем довольно громко, так что было понятно, где это. Но и спину Статанори терять не стоило, потому что после прямого коридора, ведущего в зал, где они уже что-то расследовали, мужчина свернул в боковой коридор, пронесся мимо нескольких деревянных дверей, выкрашенных белой краской, и остановился на пороге комнаты, являющейся спальней. Милочка увидела край кровати со свесившимся одеялом.

Стараясь не приближаться близко к замершему в проеме Статанори, чтобы он не протер ей нос как на крыльце, Милочка на цыпочках подобралась к открытой двери и издалека заглянула внутрь. «Чтоб тебя», - чертыхнулась на сыщика, из-за которого ничего разглядеть было невозможно. Лишь то, что заприметила ранее – часть кровати. Ах да. Еще около нее на полу вытянулись ноги в серых башмаках, теплых чулках и в юбке серой, очень похожей на платье Маргариты.

- Что с ней? – не удержалась Милочка.

- Я же приказал вам не двигаться, - резко обернулся Статанори, недовольно сверкнул зрачками и прошипел. – Раньше вы моих приказов не нарушали. И теперь я почему-то опасаюсь вас, Амалия, больше чем вот этого, - посторонился, давая заглянуть в комнату.

Самое странное, что ничего странного там не оказалось. И не понятно, почему Маргарита, а это действительно была она, сидела на полу, раскачиваясь из стороны в сторону, закрыв ладонями лицо, и причитала, как будто кто-то умер. Жуткий вой, издаваемый ею, несколько стих, но все равно вызывал у Милочки холодные мурашки. В остальном – спальня как спальня, в которой стояли два невысоких комода, один с зеркалом, а другой возможно секретер, шкаф для белья и собственно кровать. Пустая, заправленная белоснежным постельным комплектом, и с куклой в темно-синем платье на подушке. Ну, и зачем орать?

Статанори некоторое время осматривал комнату, вертя головой то вверх, то вниз, затем шагнул за порог, плюхнул свой саквояж на пол рядом со служанкой, вытащил из кармашка пиджака зеленый бутылек с ядовитой смесью неизвестно чего, открутил крышку и сунул под нос Маргарите, постаравшись оказаться от зловония как можно дальше.

- Голубушка, попробуйте объяснить, что с вами случилось и где госпожа Курбацкая, - произнес Статанори, когда служанка замахала руками, открыв искаженное ужасом лицо. – Если вы будете молчать, мы далеко не продвинемся, - убрал пузырек. Затем подумал и еще поводил им. Видимо для усиления эффекта. – Лучше? – поинтересовался заботливо.

- Ууу, - вместо ответа вновь завыла Маргарита, за что получила пузырек в самые ноздри, вдохнула, закашлялась и вытаращила на сыщика непонимающие глаза. – Она… она… тут… она… - забормотала как сумасшедшая.

«Вот и сглазила, - ухмыльнувшись, подумала Милочка, не решаясь зайти в комнату и наблюдая за происходящим с безопасного расстояния за дверью. – Накаркала. Себе. Голубушка. Кто недавно пальцем у виска крутил, намекая на меня? А? Вон как оно повернулось».

- Я вызову вам лекаря, - Статанори убрал пузырек в карман и, наклонившись, собрался поднять саквояж, но Маргарита вцепилась ему в руку.

- Нет, нет, не уходите, я боюсь здесь оставаться, - вымолвила чуть слышно и покосилась на кровать, где лежала кукла. Красивая, в полметра ростом, с длинными распущенными абсолютно белыми локонами. – Мне страшно.

- Рассказывайте, - произнес Статанори тоном, не терпящим возражений.

Из сбивчивого набора коротких предложений, прерываемых всхлипами Маргариты, удалось понять следующее.

Не успев проводить господина детектива и его помощницу, служанка услышала непривычный шум, словно что-то трещало как фейерверк и хлопало мелкими взрывами в спальне хозяйки, куда та ушла, перенервничав, еще до прихода гостей. Взвалив все объяснения о пропаже на плечи Маргариты, которая по собственной инициативе обратилась в Департамент магии, узнав, ЧТО пропало из секретера. Вдова Курбацкая так и сказала: «Сама затеяла, сама и расхлебывай».

А после случившегося (ни с того ни с сего) взрыва амулета Амалии, треск в спальне стал более подозрителен. Поэтому служанка не побежала запирать входную дверь, а понеслась на звук, где увидела вот это.

- Да что ЭТО? – почти рыкнул Статанори, не выдержав, и вместе с Милочкой оглядел комнату, ничего нового не обнаружив.

- Она… вон там… она… - Маргарита дрожащим пальцем указала на куклу.

- И… - поторопил ее сыщик. – Дальше…

- Это она, вдова, приглядитесь, - прошептала служанка, продолжая тыкать в сторону кровати. – С ней что-то сталось. И это точно магия. И думаю из-за амулета, который украли. Я же не зря к вам обратилась. А вы мне не поверили.

«Значит, Амалия молодец, вовремя этого красавца сюда притащила. Вот и думай теперь, господин зазнайка, кто из вас прав, - одобрительно подумала Милочка про обладательницу тела, в которое попала. – Ой, а как же я?»

Глава 2. «Прекрасное» начало новой жизни

Статанори осторожно подошел к кровати, ступая будто по трясине и выбирая кочки потверже, чтобы не провалиться в коричневую бездну пола, и склонился над куклой. Долго её в тишине разглядывал, не прикасаясь, затем выпрямился и повернул к служанке изумленное лицо:

- На вид обычная кукла пожилой женщины. Няньки, например, для пупсов. Хотя есть небольшое сходство с вдовой, но я бы не сказал, что это она. Почему вы так решили, Маргарита?

- У нас никогда не было кукол. Это, во-первых, - ответила пришедшая немного в себя служанка. – Хозяйка почему-то их боялась. У неё и детей не было. Возможно по той же причине. Хотя… мужа её, умершего в молодости, как поговаривали, вообще мало кто помнит, - зачем-то добавила подробности семейной жизни Курбацкой.

- А во-вторых? – прервал Статанори разглагольствования Маргариты.

- А во-вторых, присмотритесь, - та снова протянула указующий перст к кровати, - вон там на левом виске есть родимое пятно в форме сердечка, которое было у хозяйки. Зачем, спрашивается, оно кукле? А глаза? Прям точь-в-точь. И морщинка, которая к пятну ведет, такая же длинная.

- Хм-м… - промычал Статанори и снова стал осматривать куклу. – А волосы ведь не такие? У вдовы были черные без малейшего проблеска седых, – вытащил из кармана пиджака темно-серую перчатку из тонкой кожи и надел на правую руку. Дотронулся до шеи куклы, словно решил проверить, бьется сердце или нет, и приподнял локон, показывая Маргарите. – Они же совсем белые.

- Вот тут не знаю, как объяснить, - пожала та плечами. – А лицо и платье, всё ейное. Мы это платье у модистки Тюссорины вместе покупали. Оно немного теснило в талии, но хозяйка не захотела отступиться, так оно ей понравилось, что попросила расширить и кусок на жопе вставить. Ой, - скорчила добропорядочное выражение лица и замолчала.

- А может вдова поседела, когда что-то страшное увидела. Так бывает, - предположила Милочка.

В кругу ее знакомых парикмахерш ходили разные слухи про ставших в одно мгновение такими дам. Может, сказки. Может, пугалки мистические. Но молодую, годков двадцати, девушку полностью седую она видела сама. Та пришла однажды на маникюр и попросила сделать перламутровые белые ногти. Еще пошутила, мол, под цвет волос, теперь хоть красить их не надо, вечная блондинка. Спрашивать, что случилось, Милочка сочла неприличным, а клиентка ничего больше рассказывать не стала.