Джули Чан мертва. Страница 7

Я застываю. Ничего не чувствую. Ни биения сердца. Ни воздуха. Время полностью остановилось. Я даже не уверена, дышу ли. Хочу отвести взгляд, но не могу.

Мимо с жужжанием пролетает муха. И садится ей на кончик носа.

Меня словно выдергивают из оцепенения. Я сгибаюсь пополам, из меня будто выбивают дух. Из кишечника, из желудка к горлу подступает тошнота – едкая, обжигающая, влажная. Я бросаюсь в ванную, склоняюсь над унитазом, меня рвет, выворачивает наизнанку, пока из меня не начинают выходить одна только пена и желудочный сок. У меня нет сил даже смыть за собой. Я падаю навзничь, затылком укладываясь на мягкий коврик под ванной. Пот покрывает каждую клеточку кожи, каждую конечность. Меня трясет – мне одновременно и жарко, и холодно. Кончики пальцев на руках и ногах колет сотнями маленьких игл. Я не могу совладать с дыханием. Комната мигает, расплывается. Зрение то пропадает, то возвращается, по краям собираются темные пятна. Подо мной твердый пол, но кажется, будто земля ходит ходуном, швыряя меня из стороны в сторону. В какой-то момент я прижимаюсь к жесткой керамической стенке ванны, свернувшись, как младенец в утробе.

Я молюсь, чтобы дверь приоткрылась, чтобы Хлоя – каким-то чудом живая – вошла с тарелкой сочных кусочков манго в руке. Чтобы скользнула ко мне, убрала с лица мокрые от пота волосы, обняла, накормила, уверила, что все это просто дурацкая шутка. Что все в порядке.

Но дверь остается закрытой, и на меня обрушивается жестокая реальность.

Хлоя мертва.

Я несколько раз втягиваю кислый воздух, подтягиваю ноги, сажусь и пытаюсь собраться с мыслями.

Полиция. Да. На этот раз я должна вызвать полицию. Больше нет никаких оправданий.

Бояться нельзя. Это нужно Хлое.

Скользкими пальцами я хватаю телефон, включаю его. Батарея села. Черт.

Где-то у Хлои должна быть зарядка. Я подползаю к туалетному столику, начинаю искать. Ничего. Ну конечно. Кто будет держать зарядку в ванной?

Остается спальня. Но для этого нужно пройти через кухню. Снова увидеть… ее.

Мысли кружатся, образы мертвого тела Хлои жгут глаза.

Так. Перестань думать. Дыши. Дыши. Дыши!

Когда меня немного отпускает, я хватаюсь за раковину, чтобы подняться. Мокрые ладони скользят по гладкой поверхности. Медленно, опираясь о стену, я оставляю влажные отпечатки пальцев на узорчатых обоях. Плещу себе в лицо холодной водой. Поднимаю взгляд – на меня смотрят налитые кровью глаза Хлои, ее сухие, растрескавшиеся губы застыли в безмолвном крике, будто предупреждая меня о чем-то.

Я вскрикиваю и шарахаюсь от раковины.

Это всего лишь мое отражение. Я не включила свет, и кожа в полумраке казалась темной, синеватой. Какая нелепость – испугаться собственного лица. Напряжение чуть отпускает, вот и крошечная передышка.

Ладно. Соберись.

Я открываю дверь ванной и проскальзываю в спальню, не отрывая взгляда от стены и держась спиной к кухне. Нахожу провод на тумбочке, включаю телефон и ставлю заряжаться.

Установка автоматических обновлений: 0 %. Примерное время: 1 час 15 минут.

Я моргаю. Еще раз моргаю.

– Да вы издеваетесь! – Я вцепляюсь в волосы. – Вы, к чертям собачьим, серьезно?

Я утыкаюсь лицом в ее мягкую хлопковую подушку и кричу. Кричу, кричу и кричу, пока не кончаются силы.

Хочется плакать, но я не могу оставить Хлою там гнить. Надо немедленно связаться с властями. Если я найду ее телефон, смогу вызвать помощь с него.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – бормочу я себе под нос, обыскивая спальню, гостиную, надеясь, что телефон где угодно, только не с ней.

Безрезультатно.

Я отыскиваю взглядом кухню, и на глаза наворачиваются слезы.

Собрав всю волю в кулак, я делаю шаг к ней. Дышу ртом, не желая чувствовать запах разложения, зная, что меня опять вывернет. Смотрю только на гладкий белый потолок, на дорогие золотые бра, пока не подхожу туда, где лежит Хлоя, скрытая за кухонным островом.

Я приседаю рядом.

– Прости.

Ощупываю ее тело, ноги, карманы, поднимаюсь ладонью по подтянутому животу. Вот. Твердый пластик чехла. Телефон под ней. Я пытаюсь вытолкнуть его, но тело слишком тяжелое, телефон не достать.

Нужно ее перевернуть.

– Господи, пожалуйста. Пусть это закончится.

Я убежденная атеистка, но сейчас я готова молиться кому угодно.

– Прости, Хлоя. Помощь уже в пути.

Не знаю, зачем я говорю с ней так, будто она может меня услышать.

Собрав все силы, я толкаю ее в сторону. Она переворачивается, глухо падая на живот. Я хватаю устройство и бегу в ванную.

Сорок процентов заряда. Экран блокировки заливает поток уведомлений. Я со стоном смахиваю их, пытаясь вспомнить, как сделать экстренный вызов, и вдруг замечаю, что маленький замок вверху экрана уже открыт.

Мое лицо разблокировало телефон Хлои.

Может, Бог все-таки меня слышит.

Я провожу по экрану пальцем вверх, оставляя влажный след, и набираю «911».

Мне отвечают сразу:

– Служба 911, что у вас случилось?

– Моя сестра… она… кажется, она мертва.

– Мертва?

– Да. Нет. Мне не кажется. Она точно мертва. Уже день или два. Может, больше. Черт. Я не знаю. – Сердце колотится где-то в горле. – Просто, пожалуйста, пришлите кого-нибудь.

Она спрашивает адрес, и я называю его.

– Вы знаете причину смерти, мэм?

– Я-я не знаю. Я вошла в квартиру и нашла ее на полу.

Голос срывается. Из груди поднимаются рыдания.

– Я вас слышу. Я уже отправляю к вам бригаду. Вы можете отойти от тела? Выйти на свежий воздух?

– Д-да. Хорошо.

Я закрываю глаза и, пошатываясь, выхожу из ванной, опираясь на стены. Оказавшись за пределами квартиры, я сажусь на мягкий ковер в коридоре, у самой двери.

– Я снаружи.

– Спасательные службы скоро будут у вас. Держитесь. С вами все будет в порядке, если я прерву звонок, пока вы ждете? Или хотите остаться со мной на линии?

А что она будет делать? Ворковать надо мной, пока не приедет полиция? У нее, наверное, и без меня хватает работы.

Я качаю головой, хотя она этого не видит.

– Все нормально. Можете отключаться.

– Хорошо. Если у нас возникнут вопросы, мы перезвоним вам на этот номер. Пожалуйста, будьте осторожны.

Связь обрывается.

9

Я не собиралась копаться в ее телефоне. Честно.

Просто так получилось. Как естественный рефлекс. Мне даже неловко признавать, какая ужасная у меня зависимость от соцсетей. Мне тяжело существовать без экрана и мелькающих в ленте постов. Я не могу просто сидеть в тишине – мне нужен поток видео, чтобы заглушить лишние мысли. Социальные сети – величайший пожиратель времени, но в то же время это невыносимо притягательный способ сбежать от реальности.

Стоит только оторвать телефон от уха – яркое белое приложение звонков еще режет глаза, – как я перехожу на главный экран Хлои. Поток уведомлений не прекращается. Каждую секунду всплывает новый баннер. «Такой-то поставил лайк под твоим постом в Инстаграм». «Новые комментарии в ТикТок». «Кто-то отметил тебя на фото». Как Хлоя вообще выдерживает этот поток информации? У меня начинает болеть голова от переизбытка разного рода стимулов. Хотя, возможно, это потому, что я слишком привыкла к тишине. Когда я просыпаюсь, единственное, что меня беспокоит, – это будильник.

Я машинально открываю «ТикТок». Просто чтобы собраться с мыслями, отвлечься от образа Хлои. После пережитого, наверное, я могу рассчитывать на заслуженный отдых.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.