Старые леди и убийство во время чаепития. Страница 7

— Я не против, — сказал инспектор Редли.

И они все уселись у чайного стола.

Джерелдин украдкой оглядела гостиную. Просторная комната была обставлена старомодной мебелью, явно оставшейся от прежнего владельца. Если это средняя гостиная, то какова же большая!

Старая леди, одна из гостий, поймала взгляд Джерелдин и участливо ей улыбнулась, отчего девушка смутилась — она не запомнила имëн двух сестëр. Они были похожи — невысокие, полные, большеглазые, очень милые... но как же их зовут? Вдруг придётся к ним обращаться?

— Как получилось, что Скотленд-Ярд заинтересовался этим делом, инспектор? — спросила безымянная гостья.

— Я был рядом, в Кромфилде, мисс Вордси.

Еë зовут мисс Вордси! Джерелдин приободрилась.

— Расследовали убийство? — вступила вторая сестра.

— Нет, миссис Грэм, мошенничество со страховками.

Ага, это миссис Грэм. Теперь-то Джерелдин запомнит, как их зовут.

— Успешно?

— Да, мисс Вордси, весьма. Все преступники арестованы, — улыбнулся инспектор. — И так как я освободился, меня направили сюда, помочь местной полиции.

Леди Вудвилл не дала говорить о деле, пока Джерелдин не выпила чашку чая и не съела тост с апельсиновым джемом. Это действительно придало ей сил, она перестала тушеваться и была готова к серьёзному разговору.

— Инспектор, пожалуйста, расскажите, что случилось. Я ведь до сих пор так и не знаю в точности, как Китти... что произошло с Китти.

— Вы готовы это услышать?

— Да, — дрогнувшим голосом ответила Джерелдин.

— Гости пришли к назначенному времени — к пяти часам. Кто-то чуть раньше, кто-то чуть позже. Чаепитие уже началось, когда мисс Нэш, ваша тëтя Кэтрин, внезапно объявила, что хочет показать всем новое оформление альпийской горки.

— Да, Китти недавно украсила еë камнями, которые мы принесли с реки. Там были чёрные, белые и один рыжий. Вышло очень симпатично.

— Несмотря на то, что все уже сидели за столом, мисс Нэш предложила выйти в сад и осмотреть горку.

— Миссис Маклин наверняка была недовольна таким нарушением порядка, — пробормотала Джерелдин.

— Возможно, но она вышла вместе со всеми. Гости ходили по саду — полюбовались на альпийскую горку, а потом разбрелись. Кто-то вернулся в дом, чтобы посетить ванную комнату, кто-то любовался цветами. Люди не следили друг за другом. В какой-то момент мисс Нэш прошла в дом. Через несколько минут доктор Престон проследовал за ней... и нашëл еë в гостиной у чайного стола — умирающей.

Джерелдин содрогнулась.

— Но что именно случилось? Леди Вудвилл сказала, там был цианид. В чëм?

— Когда лаборатория даст ответ, мы будем знать точно, а пока предполагаем, что яд был в чае или в джеме. Там была маленькая баночка с домашним джемом, и судя по тому, что из руки мисс Нэш выпала ложка с остатками этого джема...

— Баночка с оранжевой крышкой? — вскричала Джерелдин.

— Да, но...

— Вот! Я же сказала, что Китти убили! Я же сказала, леди Вудвилл, помните, я же сразу сказала! В эти маленькие баночки Китти раскладывала джем из плодов шиповника. Она сама его варила. Такой оригинальный вкус, не каждому по душе... собственно, только она его любила и ела. Кто-то положил в этот джем цианид!

Джерелдин вся дрожала.

— А что, гости знали, что там джем из шиповника, который ест только мисс Нэш? — нахмурился инспектор Редли.

— Все, кто бывал у нас, знали. Ещё смеялись над тем, что Китти варит джем только для себя. Она всегда всем его предлагала, но никто не хотел. И я в том числе. Этот джем — он слишком... неординарный. Все обычно едят апельсиновый или клубничный, а Китти любила из шиповника. Теперь вы видите, что еë убили, инспектор? Видите?

— Почему вы думаете, что ваша тëтя не могла сделать это сама, мисс Хорнби?

— Она ни за что в жизни не оставила бы меня одну, — твëрдо ответила Джерелдин.

— Но если предположить несчастный случай...

— Каким образом он мог бы произойти? Да, у нас хранится цианид, но мы держим его в сарае, на самой дальней полке. Ваши люди, должно быть, нашли его при обыске?

Инспектор задумчиво кивнул.

— Китти не страдала лунатизмом и была в здравом уме. Как можно случайно взять яд из сарая и случайно положить его в джем?

Три старые леди, внимательно следившие за разговором, синхронно покачали головами — никак, мол. Но лорд Вудвилл, до этого молчавший и, казалось, думавший о чëм-то своëм, неожиданно вмешался:

— А слуги? Слуги могли?

— У нас одна служанка, лорд Вудвилл, — Энни, и она три дня назад уехала к заболевшей сестре. Там некому сидеть с ребёнком, и Энни бросилась на помощь. Мы с Китти были вдвоём в доме.

Лорд Вудвилл вытянул губы трубочкой, словно удивляясь тому, что у людей может быть только одна служанка, но промолчал.

— А кто был на этом чаепитии, инспектор? — спросила Джерелдин. — Я ведь приняла лекарство и уснула до того, как гости начали собираться. Потом я их видела... но не всех. Леди Вудвилл сказала, что не было мистера Рокниша, это так?

— Да, его срочно вызвали на какую-то дальнюю ферму помочь корове, которая не могла отелиться. Он позвонил мисс Нэш и предупредил еë, что не сможет прийти.

— Откуда это известно? — с подозрением спросила Джерелдин.

— Сам мистер Рокниш сказал, я с ним уже разговаривал, и все остальные гости подтвердили. Мисс Нэш успела им рассказать.

— Так значит, у мистера Рокниша есть алиби? — неожиданно вступила мисс Вордси.

— Нет, — медленно проговорила Джерелдин. — На самом деле, мне кажется, ни у кого нет алиби. Неважно, что во время чаепития все вышли в сад. Думаю, дело не в этом. Вчера... нет, уже позавчера... всё перепуталось в голове из-за этого лекарства... в общем, накануне чаепития я днëм несколько часов провела на реке. Рисовала. Я люблю рисовать. Китти оставалась дома одна. Точно знаю, что она как минимум выходила за хлебом, — когда я вернулась, в доме был свежий хлеб. Но, возможно, она ещё куда-нибудь ходила. Любой мог бы прийти к нам в коттедж и быстренько положить яд в джем.

— У кого-то есть ключи от вашего дома, да?

— Мы не запираем двери, — вздохнула Джерелдин. — На ночь — да, но днëм незачем. Не хочется возиться с ключами. И потом — мы же ничего не опасались. Ничего и никого. С какой стати?

Оба мужчины — и инспектор Редли, и лорд Вудвилл — смотрели на неë сердито, явно порицая за такое легкомыслие.

— Мы в нашей деревне тоже запираем двери только ночью, — негромко проговорила мисс Вордси.

— И мы в нашей тоже, — виновато прошептала миссис Грэм.

— Но, знаете, — продолжала Джерелдин, — могло ведь быть и по-другому. Китти находилась дома, а кто-нибудь пришёл. И... не знаю... отвлëк еë внимание... подсыпал цианид...

— Вы тоже любите детективы, мисс Хорнби? — мягко спросил инспектор Редли, почему-то переглянувшись с миссис Грэм.

— Не очень, — простодушно призналась Джерелдин. — Там всё... не знаю, как лучше объяснить... слишком придумано. Я их почти и не читаю. А вы намекаете на то, что моя версия несостоятельна?

— Вообще-то я бы так не сказал. В то, что человек способен подсыпать яд в банку с джемом прямо при хозяйке, я плохо верю, но если мисс Нэш выходила в магазин... вот тут у убийцы — гипотетического убийцы — и впрямь могла появиться возможность действовать, не так ли? При условии, что он знал о баночке с оранжевой крышкой. И о том, что дверь не заперта.

— О дверях у нас все знают, — пожала плечами Джерелдин. — Их никто не запирает днëм, не только мы.

— Разве в вашей родной деревне не так, инспектор?

Интересно, откуда мисс Вордси знает, что инспектор из деревни?

Он только рукой махнул:

— Да, там то же самое. Хотя вообще-то это небезопасно. Но скажите, мисс Хорнби, если кто-то заходил к вашей тëте, пока вас не было, почему она не рассказала вам об этом?

— Не знаю... Забыла? Не придала визиту значения? Если человек просто заглянул ненадолго... Обычно мы делились друг с другом всеми событиями дня, но она же могла просто забыть.