Женщина, создавшая короля. Книга 1. Страница 3

– Едва дышит, ваше высочество.

– Тогда скорее позовите лекаря…

– Это недопустимо! – вмешалась королева. – Лекарь для государственного изменника? Немыслимо! Даже прямо сейчас лишить его жизни будет слишком мало!

– Ваше величество! – Принц Ыйгван опустился на колени. Королева попыталась поспешно поднять его, но он упрямо склонил голову и не встал. – Я не стану вызывать лекаря, как вы велите. Однако в нашем государстве существуют строгие законы. Прошу вас не отступать от них!

На мгновение удивившись его решительному тону, королева присела и осторожно обняла сына, будто держала в руках нечто бесконечно дорогое и хрупкое.

– Хорошо. Я поняла, поднимайся. Тот, кому предстоит занять трон, не должен так легко склонять колени.

– Прошу прощения, ваше величество.

Когда принц Ыйгван поднялся, королева окинула лежащего ледяным взглядом.

– Эй вы, доставьте принца Мухона в Ведомство справедливости и законов.

– Слушаемся, ваше величество!

Стражники унесли У. Королева и принц Ыйгван покинули Кымюдан. Прежде чем исчезнуть из виду, его высочество украдкой обернулся, но Соха этого не заметила. Она безотрывно смотрела вслед опальному принцу, которого волокли прочь, словно дикого зверя. Левая рука, в которую она вонзила кинжал, мелко дрожала, кровь безостановочно стекала по пальцам.

Глава 2. Жажда сродни алчности

На обратном пути она увидела принца Мухона в темнице.

Чжаён стояла в сумраке, окутанная легким туманом, и глядела на тела, разбросанные подобно задушенным мышам. Двенадцать стражников, трое евнухов и несколько придворных дам.

Весь отряд, отправленный в Кымюдан для захвата принца Мухона, кроме евнуха Чо, пал от руки мечницы. Как бы то ни было, Кымюдан оставался запретным местом, а Ю Соха – тайной, которую нельзя было раскрывать.

Королева понимала все, но увиденное оказалось куда более ужасающим, чем она могла представить. Осознав, что кровь обильно пропитала ее туфли, Чжаён поспешно отступила на шаг.

Небо начало светлеть. Наконец трагедия отступила, подобно внезапному ливню. Рассвет постепенно вступал в свои права.

– Евнух Чо.

Услышав зов Чжаён, тот шагнул ближе.

– Да, ваше величество.

– Это дело рук принца Мухона. Убив его величество, он попытался скрыться, расправившись с королевскими стражниками и придворными. Понял?

Ее голос, тихий, но острый, словно когти тигра, заставил евнуха Чо низко склонить голову.

– Я запомню, ваше величество.

Чжаён перевела взгляд и внимательно осмотрела с ног до головы мечницу, стоявшую молча.

– Значит, ты и есть тот самый страж Кымюдана, о котором ходят слухи. Тебя зовут Ворён, верно?

Воительница не стояла на возвышении, и ее рост был впечатляющим. Шесть чхоков, если не выше… Точность не имела значения, но…

– Неожиданно. Кто бы мог подумать, что ты окажешься женщиной.

Рост крепкого мужчины и невероятная скорость, с которой она двигалась в своей простой одежде, вызывали трепет.

– Хоть ты и женщина, твои навыки весьма достойны.

Это и была причина, по которой Кымюдан и его обитательница Ю Соха до сих пор оставались в тени. Всякий, кто случайно, по ошибке или намеренно ступал на площадку близ павильона, неизбежно погибал от руки этой мечницы, если только не был одним из немногих избранных членов королевской семьи.

– Передай своей дерзкой хозяйке: я скоро ее призову, пусть готовится.

Мечница промолчала, и Чжаён лишь тихо цокнула языком. Навыки ее впечатляли, но поведение было весьма дерзким. С такими управляться непросто.

– Пора возвращаться… Постой, что это такое?

Королева, уже почти уйдя, внезапно замерла. Евнух Чо и мечница быстро обернулись в ту сторону, куда устремился ее взгляд. Вдали поднималось красное зарево и клубился густой дым.

– Ваше величество! Это пожар! – вскрикнул в панике евнух, и Чжаён тут же помрачнела.

– Пожар? Там ведь…

– Ведомство справедливости и законов!

До этого момента мечница хранила молчание, но внезапно подхватила бормотание королевы. Ее низкий и глубокий голос, совершенно не вяжущийся с утонченной внешностью, привлек внимание Чжаён. Она на мгновение задумалась, но тут евнух Чо засуетился, всполошившись не к месту.

– Ваше величество! Но ведь именно туда только что заточили принца Мухона! Если мы не поторопимся потушить пожар, то…

– Зачем спешить?

Евнух Чо, которого заставили замолчать, широко раскрыл глаза от удивления. Королева почувствовала на себе равнодушный взгляд мечницы, но, не обращая внимания, продолжила:

– Какова причина для спешки?

– Но… но если оставить как есть, принц Мухон…

– Сгорит заживо. – В ее голосе послышалась насмешка. Наблюдая, как разгорается пламя вдали, Чжаён едва заметно улыбнулась.

– Этот слабый огонек жизни вот-вот погаснет.

Двадцать пять лет минуло с той поры, как она переступила порог дворца, став одной из множества наложниц. Ей даровали титул наложницы первого старшего ранга, когда она подарила королю старшего сына. А после ранней смерти королевы-консорта Хёсон ей удалось занять и это место.

Осталась лишь одна цель: возвести на трон собственного сына, а не отпрыска покойной королевы Хёсон.

Ради этой единственной цели Чжаён выдержала все эти тяжкие годы. Даже когда король терзался безумными подозрениями, доводя ее до исступления, даже когда крайняя мнительность не позволила ему назначить наследного принца, хотя оба сына уже достигли совершеннолетия, – даже тогда эта надежда не дала ей пасть духом.

И вот теперь, когда она вот-вот должна была осуществиться, королева Чжаён не могла сдержать ликования, переполнявшего ее сердце.

Сколько же пришлось заливать все водой? Пламя, неистово пожиравшее все на своем пути, наконец утихло, но разрушения оказались чудовищными. Больше половины тюремного комплекса сгорело и обрушилось, в хаосе погибло множество людей. Не дожидаясь, пока жар окончательно уймется, чиновники и слуги вновь устремились в раскаленные руины в поисках выживших.

– Ваше высочество принц Ыйгван!

Мён рванулся на крик начальника полиции. Перед ним лежало обугленное тело ростом около шести чхоков, обезображенное огнем так сильно, что черты лица невозможно было различить.

– Ты уверен? Ты действительно уверен, что это тело принца Мухона? – спросил Мён, с трудом веря в услышанное.

Начальник полиции, не осмеливаясь поднять взгляд, пробормотал:

– На левой стороне груди есть колотая рана.

Мён рухнул на колени рядом, будто внезапно лишившись всех сил. Не обращая внимания на сажу, мгновенно налипшую на его одежду, он дрожащими пальцами прикоснулся к глубокой ране, отчетливо видневшейся на груди покойного.

– Неужели… неужели это… мой брат?

– Прошу прощения…

– Нет! Этого не может быть! Я не верю! Там, внутри… должны еще быть выжившие!

Его едва слышный шепот вскоре превратился в отчаянный крик. Глаза Мёна, полные слез, лихорадочно метались, словно пытаясь что-то отыскать.

– Да, кинжал! Где кинжал, который мы принесли? Дайте его! Кинжал, которым был ранен принц Мухон!

Один из чиновников поспешно протянул маленький кинжал, на лезвии которого запеклась кровь. Начальник полиции хотел его передать, но Мён стремительно выхватил оружие и поднес к ране: совпадут ли? Хоть он и старался действовать осторожно, все усилия оказались бессмысленны: клинок словно вернулся на свое законное место.

Мён долго и неподвижно смотрел на кинжал, полностью погрузившийся в рану.

– Вот оно что… Значит, так оно и было…

Когда клинок медленно покинул тело, не вытекло ни капли крови: то ли из-за страшных ожогов, то ли потому, что вся кровь давно свернулась и высохла.

– Вот чем все закончилось… – Поднявшись, он с трудом удержался на дрожащих ногах. – Я сам доложу королеве. А ты должен будешь разобраться с остальным.

– Слушаюсь, ваше высочество.

– Какой бы тяжкий проступок он ни совершил… позаботься о том, чтобы моего брата похоронили с честью.