Желаемое за действительное (ЛП). Страница 13

— Ты, — сказал он, грозя пальцем у меня перед носом, — не можешь ходить здесь с таким горячим напитком! Что произойдёт, если ты прольёшь его на кого-нибудь, и он или она получит ожоги третьей степени?

Учитывая, что вода была скорее чуть тёплой, нежели обжигающе горячей, я посчитала, что вероятность того, что кто-то обожжётся жидкостью из моей кружки с единорогом, была крайне мала.

— Этого больше не повторится, — сказала я. Конечно, я солгала.

Он подозрительно прищурился и посмотрел на меня.

— Билл, — протянул Руперт, высунув голову из-за ближайшей перегородки. — Дай девочке передохнуть. Это её первый рабочий день, и он уже был тяжёлым, — он одарил меня широкой улыбкой. — Как ты справляешься, Саффрон? Хорошо себя чувствуешь? — он закинул руки за голову, отчего его загорелые бицепсы вздулись. У меня вдруг возникло отчётливое ощущение, что это было отработанное движение, призванное максимально эффективно продемонстрировать его тело. А. Ну ладненько.

Я захлопала ресницами и подумала о том времени, когда я отправилась в Нью-Йорк на каникулы, путешествуя на самолёте, а не через магическую Метафору, и оказалась в самой длинной в мире очереди на таможню. Весь полёт у меня болел желудок, но я до конца не осознавала, насколько всё плохо, пока не оказалась в толпе людей, без туалета поблизости, и не выпустила то, что, как мне показалось, было всего лишь пердежом. Мои щёки вспыхнули при этом воспоминании, а улыбка Руперта стала шире. Ничто так не радует, как то, что новенькая краснеет перед тобой в свой первый рабочий день. Может, я и не доверяю ему, но это не значит, что я не снизойду до того, чтобы манипулировать им для получения желаемого.

— У меня всё хорошо, — пробормотала я. — Спасибо.

Билли, похоже, испытывал отвращение. Ничего страшного, я разберусь с ним позже. Я опустила голову и проделала остаток пути до своего пыльного угла. Учитывая, со сколькими клиентами мне предстояло встретиться до пятницы, мне придётся пока отложить свои опасения по поводу моих новых коллег по работе, странных исчезновений и отрезанного уха. Я поставила кружку на единственное свободное место на своём столе и сложила покрытые паутиной коробки с документами в беспорядочную кучу под столом. Я сильно подозревала, что если просто выброшу их, не проверив содержимое, то буду нести ответственность за потерю нескольких важных бумаг. Я просмотрю их позже, прежде чем отправить на свалку. Я чихнула, когда в воздухе вокруг меня закружились пылинки, и коротко извинилась перед Далилой. Она махнула мне рукой, как будто это не имело значения, но по выражению её глаз я поняла, что она не в восторге. Я больше не обращала на неё внимания и вместо этого подкатила свой сломанный стул к одному из пустых столов, заменив его на тот, что уже стоял там. Принадлежал ли он бедной Лидии, Алистеру, Борису, Эдвине или Джейн, никому из них он в ближайшее время не понадобится. У моего нового кресла были шаткие колёсики, из-за чего его было трудно подкатить к моему столу. Но всё же оно было лучше предыдущего. Я с трудом дотащила кресло до своего маленького уголка. Я проигнорировала косые взгляды, полные ненависти, которые я получала за свои действия, и устроилась поудобнее. Без разницы. Что бы ни происходило дальше, я всё равно собиралась стать самой потрясающей феей-крёстной, которую когда-либо видел мир.

Глава 7

Моих новых клиентов сложно было сравнить меж собой. Все они жили в разных частях страны, были разного возраста, разного пола и имели разные профессии. Я подумала, что начинать с такого разнообразного ассортимента будет даже хорошо. Таким образом, я смогу многому научиться.

Первым в моём списке значилось имя Люка Уэллса, девятнадцатилетнего студента, изучающего философию, политику и экономику в Оксфордском университете. Я напечатала номер дела в своём ноутбуке, не обращая внимания на непрерывный жужжащий звук, издаваемый работающим вентилятором, и просмотрела скудные детали. Там было очень мало информации — имя, дата рождения и основные факты о семье. Его родители, мистер и миссис Уэллс, жили в Лондоне в небольшом доме с террасой, хотя сам Люк родился в Оксфорде. Других подробностей об его родителях не было. Даже имён. У Люка не было ни братьев, ни сестёр, и не было никаких признаков его криминального прошлого. Любую дополнительную информацию мне придётся искать самостоятельно. Хорошо, что в своё время, когда я была феей кайфа, я работала со многими студентами университета. Многие из них посещали престижные университеты вроде Оксфорда. Я знала этот тип людей. Частное образование, куча денег и соответствующее самомнение. Этот парень, однако, происходил из рабочего класса. Судя по тому, что я смогла почерпнуть, взломав университетские архивы, его учёба шла хорошо, и он преуспевал в своих занятиях. Это могло означать только то, что его проблемы были социальными.

— Ты не чувствуешь, что вписываешься в общество, не так ли? — сказала я экрану. — Ты окружён Рупертами, Алисиями и Фигги, у каждого из которых важные фамилии, загородные поместья и умение объезжать лошадей. Ты чувствуешь себя обделённым, — я потёрла ладони. Моё первое дело оказалось таким, в которое я могла вонзить зубы. Это будет фантастично.

Я уже подметила серебристую дверь с блестящей буквой «М», расположенную рядом с лифтом. Она была идентична той, которой пользовались феи кайфа. Я осушила свою чашку и встала. Обед быстро приближался, и в животе у меня уже начинало урчать. Однако, если я смогу установить контакт с Люком до того, как куплю себе что-нибудь поесть, я докажу всем, кто наблюдает за мной, что у меня хорошая трудовая этика, даже если я на самом деле мало что знаю о тонкостях своей работы.

Я схватила свою сумку, нелепый розовый плащ и волшебную палочку, затем помахала Далиле и двинулась к выходу, по пути столкнувшись с Алисией. Я не видела, как она выходила из кабинета Директрисы. Если бы я это заметила, я бы нашла время, чтобы проверить, как она. Несмотря на прежнее недружелюбие, ухо Лидии сильно потрясло её. В любом случае, разговаривать с ней сейчас не имело смысла. Толпа других крёстных фей, включая Фигги, столпилась вокруг неё, похлопывая по плечу и выражая глубокое сочувствие. Если быть откровенной, то я больше сочувствовала безухой Лидии. Однако даже я знала, что лучше не говорить этого вслух. Я сомневалась, что Алисия одобрит моё беспокойство. Я не поднимала головы, пока не дошла до двери Метафоры, где поправила сумку, расправила плечи и нажала на дверную ручку. Восхитительное тайное волшебство разлилось по моей коже.

— Подождите! — пискнул позади меня тонкий, пронзительный голос. — Если вы собираетесь куда-нибудь пойти, вам это понадобится!

Я убрала руку с дверной ручки и обернулась. Передо мной стоял подросток, который сфотографировал меня ранее. Он протягивал мне бейджик.

— Вы должны брать это, если собираетесь куда-нибудь пойти. Если у вас его нет, Метафора не сработает.

Что ж, это явно будет раздражать. Я выругалась про себя, затем смягчить выражение своего лица. Ребёнок-практикант не виноват, что крёстные феи придерживались таких жёстких правил.

— Спасибо за это, — сказала я. — Я ценю, что вы сделали это так быстро.

Он выглядел испуганным.

— Не за что, — он попятился и чуть ли не побежал в противоположном направлении. Я задалась вопросом, это я, в частности, заставляю его нервничать, или сама комната Метафоры. Затем я взглянула на фотографию в своём новом удостоверении личности и поняла, в чём проблема. Мои глаза были полузакрыты, что придавало мне вид наркоманки, а волосы, казалось, выбились из тугого пучка, который я собрала сегодня утром. Кудряшки торчали во все стороны. Это выглядело не столько так, будто меня протащили сквозь живую изгородь задом наперёд, сколько так, будто я подражала стилю Альберта Эйнштейна, после чего пережила удар молнии, пролетела сквозь ураган, а затем пролезла сквозь живую изгородь. В довершение всего, моё имя под фотографией гласило Савлон. Я поморщилась и подняла глаза, но парень благоразумно исчез. Не похоже, что в ближайшее время я получу второе удостоверение личности.