Мятежный Инопланетянин (ЛП). Страница 29

— Да, — ответил Сэйдж. — Они лучшие после недели практики.

С небольшим ударом корабль приземлился, и начались процедуры остановки.

— Капитан, — позвал Хасс, — выведите своих людей туда и покончите с этим.

На экране появился человек, сидевший за одним из пультов.

— Да, сэр.

Он выкрикнул приказы, и остальные мужчины на мосту вышли. Сэйдж не слышал всего этого. Он сошел с моста и пошел по коридору. Если Хасс решит посетить Циррус, Сэйдж не хотел, чтобы она там была.

Его план был твердым. Единственная возможная проблема заключалась в том, чтобы обойти солдат без выстрела. Когда любимая женщина будет в безопасности, Сэйдж вернется на командный корабль и убьет Хасса. Битва все еще будет бушевать, но, по крайней мере, общий лидер будет мертв.

Сэйдж оторвал панель доступа на стене и подключил магнитный замок. Когда он вошел внутрь, обнаружил, что отсек опустел.

26

— О, мамочка. Ты наступила на мои пальцы.

— Извини, дорогая, — сказала Циррус. — Я мало что вижу.

— Я знаю, — ответила ее дочь. — Когда мы выходим? Пахнет смешно.

— Скоро. Я обещаю.

— Хорошо.

— Альбедо, — сказала Циррус, — что происходит после приземления?

Циррус не была уверена, где мальчик стоял в подсобном помещении, но он не мог быть далеко.

— Как только мы приземляемся, отец приказывает всем сражаться, пока сам смотрит со своего места, — ответил он.

— Как смело с его стороны, — усмехнулась Циррус. — Как вы думаете, что произойдет, когда он узнает, что нас нет в комнате? Он все равно пошлет всех или кого-нибудь из своих людей искать нас?

— Хм. Я не уверен. Я всегда ждал, когда кто-нибудь придет за мной, чтобы посмотреть убийство. Я думаю, что он попросит кого-нибудь найти нас. Я мог бы.

То, на что надеялась Циррус, не произойдет. После того, как они убежали из своей комнаты, они искали место, чтобы спрятаться. Грузовой отсек был слишком очевиден, плюс он был заполнен оружием и прочим, и Циррус не хотела, чтобы дети были рядом к такому.

Когда они наткнулись на подсобное помещение рядом с выходом, Циррус решила, что это будет прекрасно. После того, как все покинут корабль, они могли выбраться и бежать.

Циррус почувствовала небольшую дрожь.

— Мы приземлились, — объяснил Альбедо.

Несколько минут спустя стадо коров ворвалось в коридор, направляясь к трапу.

— Хорошо, ребята, вы готовы?

— Пока нет, — сказал Альбедо. — Мужчины будут слишком близко к кораблю, чтобы разгрузить багаж и собрать оружие. Надо подождать, иначе они нас увидят.

«Прекрасно», — подумала она.

— Скажи мне, когда, Альбедо.

— Да, мэм.

Ее пульс бился в ушах. Их либо поймают, либо убьют, либо они убегут на странную планету с людьми, которые, вероятно, не говорят на универсальном языке и едят насекомых во время еды. Циррус могла бы выжить в таком месте, но ей не хотелось подвергать дочь опасности. Они не были лучшими, особенно, когда их лапы застревали между зубами.

Циррус услышала глухой удар, вибрирующий сквозь стены, он был едва слышен, но достаточно, чтобы услышать. Вскоре появился другой, чуть громче, потом другой. Двери. Шум от открывающихся и закрывающихся дверей по коридору. Они искали ее и детей.

— У всех есть оружие? Помните, что делать, когда дверь открывается? — взяв себя в руки, она прошептала.

— Да, мамочка, — пробормотали во тьме.

Страх упаковал эти два слова. Ее сердце разбилось. Ее маленькая девочка была такой сильной, такой смелой. Циррус ненавидела себя за то, что тащила кого-то настолько невинного через все, через что они прошли.

Но после этого Циррус пообещала себе, что их жизнь будет простой и спокойной. И, надеюсь, Сэйдж тоже сыграет свою роль. Циррус не хотела никуда идти без него. Странно, что после многих лет, даже не думая о мужчинах, она влюбилась в незнакомца, которого только что встретила.

Сэйдж был так отличен от других. Нежный, но способен убивать, чтобы защитить тех, кого любил. Взрослый, но умеющий быть глупым и веселым. Заботливый, но достаточно сильный, чтобы не позволить другим воспользоваться им. И Поппи любила его. И как ни странно, Альбедо тоже.

Когда мальчик говорил о мужчине, его глаза сияли от счастья, но глубокая грусть просачивалась сквозь него. Как ребенок, взволнованный игрой снаружи, только чтобы увидеть, что идет дождь.

Еще один удар очень близко вырвал ее из задумчивости. Она найдет Сэйджа и попросит его остаться с ней и Поппи. И Циррус приняла другое решение — Альбедо останется с ними. Вместе они узнают об особом эфире и найдут способ его получить. Циррус зашла так далеко в поисках лекарства. Ни за что не остановится теперь.

Шаги приблизились.

— Готовьтесь, — прошептала она.

Ее пальцы сжались вокруг ручки метлы. Дверь сдвинулась в сторону, обнажив силуэт огромного мужчины. Хасс? Он наклонился вперед, и она закричала:

— Сейчас!

Циррус крутанула палку, ударив мужчину по животу. Когда он согнулся пополам, Поппи брызнула ему в глаза чистящего средства.

— Альбедо!

Мальчик толкнул мужчину, надеясь ударить его головой о полку. Мужчина врезался в стену, опрокинув на себя полку и ее содержимое.

— Беги!

Едва переступив порог, Циррус услышала, как ее имя застонало в знакомом стоне. Она остановилась.

— Подождите, дети.

Циррус щелкнула выключателем и увидела, что Сэйдж лежит на полу, вытирая пену с лица.

— Сэйдж, — закричал Альбедо, — мы думали, что ты мой отец!

Мальчик схватил тряпку и потер его глаза и нос. Циррус толкнула их всех в крошечное пространство и закрыла дверь.

— Мне очень жаль, Сэйдж, — начала Циррус.

— Да, — добавил Поппи, — мы думали, что ты большой уродливый парень.

— Поппи, — проворчала Циррус, — это отец Альбедо, о котором ты говоришь.

— Не волнуйся, мама Поппи, — сказал тихий голос. — Я решил, что не вернусь домой.

Циррус действительно нужно было, чтобы ребенок называл ее как-то иначе. Может просто «мама». Подожди, что он сказал?

— Ты не вернешься домой? — повторила Циррус, не уверенная, правильно ли услышала или что-то воображала.

— Нет. Я убегаю.

Поппи взяла его за руку.

— Ты можешь остаться с нами.

Сэйдж лежавший с одним налитым кровью глазом, взял руку Циррус.

— Могу ли я тоже остаться с тобой?

Циррус ахнула, прижимая ладонь ко рту. Сэйдж действительно это сказал? Он действительно ее любил? Впервые за многие годы Циррус позволила себе поверить, что сможет найти счастье. Поппи значила для нее все, но любовник разделял другую часть сердца.

Ее дочь ткнула ее.

— Мама, — прошептала Поппи, — он может быть нашим папой. И тебе нравится его задница, так что скажи «да».

Циррус поняла, что все смотрят на нее, ожидая ответа.

— Да, — выпалила Циррус.

В ее разуме не было вопроса, каким будет ее ответ. Она обняла его за плечи и частично подняла, поцеловав.

Его руки обвились вокруг нее, и Циррус почувствовала себя целой. Чего-то всегда не хватало, и теперь она знала, чего именно. Его. Мало того, что искала лекарство от болезни легких своей дочери, Циррус искала лекарство от ее разбитого, одинокого сердца. Этот мужчина наполнил ее до отказа.

Ее слезы упали Сэйджу на лицо. Она отстранилась и вытерла его лицо.

— Мне очень жаль, Сэйдж

— Нет. У меня все в порядке. На самом деле, я сейчас более чем счастлив.

Его улыбка растопила ее в лужу. Сэйдж снова поцеловал ее.

— Мама Поппи, — сказал Альбедо.

Циррус взмахнула рукой в воздухе.

— Просто зови меня мама, хорошо?

Его глаза остекленели, нижняя губа задрожала.

— Я никогда никого не называл мамой.

По его щеке стекла одинокая слеза. Циррус была уверена, что Хасс вколачивает в мальчика, чтобы никогда не показывать своих эмоций, особенно слез.

Циррус притянула ребенка к себе, опустилась на колени рядом с мужчиной, которого любила всем сердцем, и обняла его. Поппи обняла их обоих, затем почувствовала, как сильные, надежные руки окружают их всех. Они все были вместе, как и положено тряпичной семье.