Бастард Императора. Том 28 (СИ). Страница 19

Яна поджала губы. В её глазах стало ещё больше грусти.

— Если ты сделаешь то, что задумал, — тихо произнесла она, — ты станешь для них врагом.

Я усмехнулся. Криво. Без радости.

— Если это поможет мне направить их на правильный путь, значит, стану, — я повернулся к ней.— Иногда, чтобы на месте старого засохшего дерева смогло вырасти новое, его приходится сжечь вместе с корнями. Если, чтобы сохранить мир в будущем, мне нужно сжечь собственное место в их памяти, я это сделаю.

Она смотрела на меня долго. Потом молча подлетела ближе и прижалась, обнимая.

— Я не позволю тебе пройти этот путь одному, — прошептала она. — Мы не позволим. И… Если ты зайдёшь слишком далеко, мы остановим тебя.

Я положил ладонь ей на волосы и медленно провёл вниз.

— Так и должно быть, — произнёс спокойно. — Пока я человек, я должен оставаться человеком. А если однажды во мне станет слишком много не моего, кто-то обязан будет меня осадить или показать, что я не прав.

В этот момент пространство вокруг нас резко изменилось.

Густая жёлтая аура накрыла всё поле. Пленники, которые ещё недавно орали, захрипели и начали валиться на колени, хватая воздух ртами. Кто-то вспотел в одну секунду. Кто-то пытался сопротивляться, но быстро сломался под давлением.

Саша.

Она появилась первой, телепортировавшись на площадь. За ней — четверо старейшин, по обе стороны от неё. На её лице вновь не было ничего, кроме холодной собранности. Впрочем, и лица старейшин мало чем отличались. Саша мельком посмотрела на меня. Ни грамма прежнего тепла. Только понимание. Она уже знала, что я попытаюсь вмешаться и явно готова к этому.

Впрочем, ей так только кажется… Ведь девушка не ожидает того, что я собираюсь сделать.

После этого Саша отвернулась, чуть ослабила ауру, чтобы пленники могли дышать, и начала зачитывать приговор.

Голос её звучал ровно, чётко, без дрожи. Именно так и должна говорить королева перед своим народом. Без слабости. Без сомнений. Без эмоций. Слова ложились на площадь тяжело и твёрдо. Каждый пункт вины, каждая формулировка, каждый обвинительный оборот лишь сильнее подогревали толпу Этараксийцев. Я ощущал это почти физически. Их ярость росла, а энергия в телах дрожала. Они были готовы сорваться вперёд в любой момент.

Когда закончила последние слова и вынесла приговор, Саша медленно подняла руку.

Жёлтая аура над пленниками стала плотнее. Люди начали задыхаться гораздо сильнее предыдущего раза.

Вот и всё. Дальше тянуть бессмысленно. Пора.

Яна не успела ничего понять, как Сергей уже начал действовать.

Еще миг назад стоял тяжёлый давящий хрип. А уже в следующую секунду Сергей просто исчез.

Он телепортировался вниз, прямо перед рядами Этараксийцев, но оставил между собой и толпой несколько десятков метров. Встал ровно, спокойно, сразу же ударил во все стороны своей волей.

Желтая волна рванула от него резко и мощно. Не техникой, не печатью, а именно чистой волей, силой, которая не просто сталкивалась с чужой аурой, а сминала её и рвала. Давление Саши лопнуло почти мгновенно. Над пленниками словно треснул невидимый колпак.

Люди жадно втянули воздух, закашлялись, кто-то повалился на четвереньки, кто-то, наоборот, вскинул голову с безумной надеждой, не веря, что ещё способен дышать.

Это новой королеве Этараксийцев явно не понравилось…

Саша сразу появилась перед Сергеем. Без лишних движений и предупреждения. Просто в одно мгновение стояла в стороне, а в следующее уже напротив него. Почти вплотную. Одновременно с этим вокруг Сергея телепортировались и четверо Этараксийцев из старейшин. Они встали по четырём сторонам, беря его в коробочку, готовые в любой момент действовать по приказу королевы.

Яна тоже среагировала мгновенно.

Она также телепортировалась вниз и появилась уже за спиной Сергея, спиной к парню, чуть левее, так, чтобы видеть и Сашу, и старейшин, и в случае чего успеть вмешаться.

— Я против, — раздался голос парня.

Холодный и отстранённый. Жёсткий настолько, что у Яны на миг по спине прошел неприятный холодок. Таким тоном Сергей говорит редко. Очень редко. Но он запомнился ей как что-то, не предвещающее ничего хорошего.

Обычные Этараксийцы вокруг смотрели на всё это с непониманием. В их взглядах ещё жила жажда казни, но теперь к ней добавилось замешательство. Старейшины же, наоборот, мрачнели с каждой секундой.

Саша смотрела на Сергея прямо. Лицо у неё оставалось бесстрастным, но в глазах уже собирался холод.

— Встаёшь на сторону людей? — спросила она тихо. — Хочешь защитить их?

— Защитить? — Сергей усмехнулся.

Не весело. Не тепло. В этой усмешке было что-то неприятное, режущее, почти презрительное.

— Вот уж вряд ли, — произнес он уже чуть живее, но от этого только хуже. — Мне нет дела до этих отбросов. Мне просто… — он на секунду замолчал, словно подбирая удар поточнее, — … горько осознавать, что те, кого я знал четыреста лет назад, гордый народ и сильные воины, превратились в жалких ссыкунов.

Эти слова ударили по площади сильнее любой воли.

Яна замерла. Даже она не ожидала, что Сергей начнёт именно так. Не со спора, не с убеждения и не с попытки достучаться. А сразу с удара в самое больное место.

Что уж говорить об Этараксийцах.

Их лица начали меняться прямо на глазах. Недоумение. Обидa. Злость. Шок. Кто-то сильнее сжал кулаки. Кто-то резко вскинул голову, не веря, что слышит это именно от него.

Яна мельком посмотрела на Сашу и увидела, как та посерела. Не сильно, едва заметно, но этого хватило, чтобы понять — что и они не ждала таких слов от Сергея.

А он продолжал.

— И как так вышло, — холодно спросил парень, — что те, с кем я когда-то сражался рядом и на кого мог опереться, выросли в такое ничтожество? В тех, кто плачется о том, что у них что-то отняли, и ждёт, что за них всё сделает их королева?

Он вдруг сплюнул. Прямо под ноги одному из старейшин.

Тот дернулся лицом, его глаза расширились, он нахмурился еще сильнее, но промолчал. И это было хуже любого ответа. Потому что даже он, один из старших, не мог сразу решить — ударить сейчас или слушать дальше.

Яна в этот момент поймала взгляд Сергея и едва сама не вздрогнула.

Его лицо казалось почти чужим. Холодным. Отстраненным. Пустым. Не тем спокойным лицом, которое она знала, и не той легкой насмешливой маской, которой он порой прикрывался. Нет. Сейчас в нём было что-то беспощадное. Что-то такое, отчего становилось ясно: он готов сжечь здесь всё, включая самого себя в их памяти, лишь бы добиться нужного результата.

Сергей медленно провёл взглядом по толпе Этараксийцев и продолжил:

— Всё, что вы можете — это сидеть на заднице ровно и ждать, пока за вас вашу проблему будет решать совсем молодая девчонка.

Он кивнул в сторону Саши.

— Вам самим-то не стыдно?

Площадь вздрогнула. Не буквально. Эмоционально. Словно в толпе что-то надломилось.

— Эти ублюдки, — Сергей резко указал рукой на людей в цепях, — убивали и пытали ваших родных, а не её. Да, она королева. Но кто сказал, что она имеет право забирать ваше право на месть? Разве не вы были теми, кто страдал? Разве не вас ломали? Разве не вам растерзали души? И разве не вы сейчас хотите отомстить?

Он снова усмехнулся. Уже совсем криво.

— Впрочем… Конечно. Куда как проще сделать это чужими руками. Остаться незамаранными, пока королева всё сделает за вас. Удобно.

Яна видела, как толпа меняется.

Это происходило быстро. Сначала на лицах Этараксийцев проступило ещё большее смятение. Затем оно сменилось злостью. Потом — яростью. Уже не к людям. К Сергею.

И именно этого он и добивался. Сергей хотел заставить их сделать шаг, после которого для них самих уже не будет возврата к роли жертвы.

— А сами на что вы способны? — спросил он.

Никто не ответил. Но ответ читался в воздухе.

Рога Этараксийцев начали едва заметно светиться. Энергия в их телах зашевелилась. Даже воздух над площадью начал сгущаться.