Архивариус его величества (СИ). Страница 13

Я торопливо огляделась. Как оказалось, остальные тоже уже закончили свои дела и сейчас находились неподалеку. У каждого на лице можно было увидеть различные эмоции. Хэзель смотрела одобрительно. Она явно считала, что мой поступок был правильным. А вот на лице рыцаря читалось смятение. Он словно не знал, как ему стоило реагировать.

– Нехорошо чужие письма читать, – пробубнил он.

Хэзель моментально вспыхнула. Ее лицо покраснело, а в глазах загорелась злость.

– А правильно госпожу нашу из дома выгонять? – крикнула она, уперев руки в бока.

– Так барон проиграл, – попытался оправдать поступок герцогской семьи рыцарь.

– Ну проиграл! А людьми-то остаться можно? – продолжила настаивать служанка, совершенно не беспокоясь о том, что перечила человеку со статусом выше. – Они ведь ее из собственного дома выгнали! Ни денег не дали, ни еды! А одежда? Где это видано, чтобы высокородная леди ходила в столь убогих платьях?

– Но письмо-то читать зачем было? – настаивал рыцарь.

– А как не читать? – фыркнула служанка. – А коли там что-то ужасное написано?

Рыцарь на это сложил руки на груди, но, к его чести, осаживать или указывать Хэзель на ее место он не стал.

– Споры бессмысленны, – произнес Брон, присаживаясь около костра. – Древний язык знают только высшие аристократы. Баронам такие тайны не подвластны.

Я бросила еще один взгляд на бумагу.

Буквы никак не изменились, там по-прежнему можно было увидеть вполне понятные слова, в которых гармонично вписывались мягкие и твердые знаки. Прочесть написанное для меня не составило никакого труда.

Не желая нервировать рыцаря, я сложила письмо, а после убрала вместе с конвертом и печатью за пазуху. Запечатывать его сейчас не стала, решив по пути еще раз перечитать. Что-то в тексте меня сильно смущало, но понять от волнения, что именно, я никак не могла.

Постепенно все успокоились.

Когда вода нагрелась, Хэзель отвела меня на некотором расстоянии от лагеря, а затем принялась сторожить. Она держала чистую одежду и поглядывала по сторонам.

Завершив омовение, я вздохнула свободней и надела чистое платье. Как оказалось, то, что Хэзель принесла мне перед тем, как мы покинули замок, было не единственным, что ей выдали.

Правда, вся одежда не имела особых изысков, да и ткани выглядели грубоватыми. Любой, взглянув на такие платья, мог сказать, что они предназначались для слуг.

Хэзель это невыносимо возмущало, но поделать она ничего не могла, поэтому лишь бурчала себе под нос, насылая кары небесные на голову герцога и всех его родственников.

Пока я приводила себя в порядок, на костре уже приготовилась каша. Во время обеда я то и дело посматривала на людей, которые волей судьбы оказались рядом со мной. Мне было интересно, как каждый из них справится с моим поступком.

После горячего обеда мы собрались двигаться дальше. К этому моменту лошади успели отдохнуть, да и нам следовало продолжить путь.

Быстро собравшись и тщательно затушив костер, мы отправились обратно к поляне, на которой осталась наша телега. Но добраться до нее мы не смогли, потому как в какой-то момент услышали тихие голоса.

Мое сердце забилось быстрее. Я с тревогой посмотрела на Брона. Тот в этот момент завязывал лошади морду, явно для того, чтобы она не издала какой-нибудь звук и тем самым не выдала нас. Сэр Эрмонд, как оказалось, делал то же самое.

– Возвращаемся, – тихо сказал Брон и указал рукой назад, туда, откуда мы только что пришли.

Я не стала спорить. Это было бессмысленно, потому как становилось ясно, что поляна более не являлась безопасной.

Через некоторое время мы вернулись на то место, где еще недавно обедали.

– Что будем делать? – спросила я у Брона, надеясь, что тот знал, как нам обойти поляну так, чтобы нас не заметили.

– Сначала, – произнес он, – вы должны решить, госпожа, куда мы пойдем дальше.

Я задумалась над его словами.

По всей видимости, герцогиня сдержала слово, но в ее письме был какой-то странный подтекст, который я пока не уловила. Кроме этого, если мы отправимся дальше в Обитель, то всю дорогу нам придется отбиваться от людей герцога. Не было сомнений, что тот не оставит меня в покое, явно желая добиться своего.

Тогда не лучше ли было ехать сразу в столицу?

Но что я могла сказать королю? Разговор я не помнила, а жалоба на герцога за то, что он отправил меня в монастырь, вряд ли могла чем-то помочь. В конце концов, тот был моим опекуном, а значит, вполне имел право на такое решение.

В любом случае, решать нужно было уже сейчас.

Вслух свой выбор я озвучивать не стала, лишь посмотрела на Брона говорящим взглядом.

– Я знаю, как нам обойти их, – понял он меня без слов и повел лошадь вниз по течению.

Хэзель с готовностью потопала следом. Сэр Эрмонд взглянул туда, где находилась поляна с оставшейся телегой, и двинулся за Броном.

Я в последний раз прикоснулась к месту, где было спрятано письмо, и поспешила за ними, продолжая при этом прокручивать в голове то, что не так давно мне довелось прочитать.

Глава 16

Содержимое письма не давало мне покоя. Было в нем что-то зловещее, несмотря на кажущуюся простоту и вежливость. Герцогиня изъяснялась изящно, и со стороны ее слова действительно могли выглядеть как забота. Но по какой-то причине то, как она выразила свои мысли, заставляло меня ощущать внутреннюю дрожь.

Через пару часов ходьбы я ощутила усталость. Тело Арианы не было приспособлено к длительным переходам. Несмотря на это, я не намеревалась останавливаться, продолжая шагать дальше.

Время от времени мне хотелось снять платье и надеть штаны, потому как юбки постоянно цеплялись за ветки, но сделать это было невозможно. В этом мире женщины явно носили исключительно платья. Мое желание надеть брюки могло сослужить плохую службу, поэтому приходилось терпеть.

Часам к пяти мы остановились. Лошадям требовался отдых, да и нам тоже. Хэзель раздала по кусочку сыра, который мы после запили отваром. Отдыхали примерно час и двинулись дальше.

На привал встали часам к девяти. Пока Брон и рыцарь занимались животными, Хэзель принялась за ужин. С собой у нее было немного крупы, которую она и намеревалась сварить вместе с вяленым мясом и несколькими кусочками съедобных корней. Их она подобрала по пути.

Я хотела ей помочь, но та и близко не подпустила меня к готовке, лишь разрешила почистить корешки.

– Вы – госпожа, – произнесла служанка. – Вам не к лицу заниматься такой работой.

– В готовке нет ничего плохого, – заверила я ее. – Каждый человек должен уметь заботиться о себе.

Служанка согласна кивнула, но мнения не поменяла.

Так как телеги у нас больше не было, спать пришлось на земле. Мужчин, казалось, это особо не беспокоило. Они не озаботились даже тем, чтобы постелить на землю плащ, не говоря уже о чем-то более сложном.

В отличие от них, Хэзель не могла позволить мне спать на земле, поэтому попросила Брона и рыцаря накосить травы. Так как никаких сельскохозяйственных инструментов у мужчин не было, им пришлось орудовать мечом и топором. Как только они закончили с этим делом, Хэзель разложила между корнями одного из деревьев добытую траву, положила в качестве подушки тюк с платьями и гордо посмотрела на меня:

– Ваше спальное место готово, госпожа.

Я поблагодарила ее и опробовала «кровать». Было жестко, но что-либо говорить или капризничать я, конечно, не собиралась.

Нечто подобное Хэзель соорудила и себе.

Когда совсем стемнело, мужчины договорились между собой, кто будет охранять первым, а кто – вторым. Первая смена выпала Эрмонду.

Когда я уже задремала, то услышала тихие шаги. Сон моментально слетел, я распахнула глаза и уставилась на приближающийся силуэт рыцаря. Мужчина остановился.

– Миледи, – произнес он тихо, явно так, чтобы никого не разбудить.

Я приподнялась на локте.

– Да, – откликнулась, начиная сильно нервничать. Я помнила, что сэр Эрмонд служил герцогу.