Взаперти (ЛП). Страница 2

Спасибо за бесценный визит в тюрьму Вестре Леа Брюльд и Фредерикке Сирт, Пребену Шунку, Хенрику Якобсену, Бритт Раймер и Хелле Эстергор.

Спасибо врачам и медсёстрам тюрьмы Вестре.

Большое спасибо бывшему ассистенту полиции Миккелю Бредгору, бывшему сотруднику тюрьмы Перу Лаустсену и полицейскому, кинологу Томасу Мидому за интервью и за их огромную открытость в рассказах о личном опыте, когда дела идут не по плану.

Спасибо Юсту Кампу и Оле Дросту за визит в дежурный суд [17] .

И наконец, особая благодарность Элли и Луи за то, что не дают Ханне и вашему покорному слуге [18] останавливаться на достигнутом.

ПРОЛОГ I

2005 год

— Опять они эту хрень на лобовое стекло налепили? — Анкер распахнул переднюю дверцу и потянулся снаружи к стеклу. — Из-за неё же весь обзор закрыт, хрен что высмотришь под таким углом.

— Дай угадаю, — буркнул Харди с заднего сиденья, глядя на наклейку, которой размахивал Анкер. — О, новый вариант: «Три мушкетёра из Управления». У коллег в Главке, я гляжу, фантазия прям так и прет.

— Они просто завидуют, что мы втроём так слаженно работаем, Харди, — отозвался Карл с водительского сиденья. — Лучше глянь туда. — Он указал через улицу. — Видишь тех двоих в нише? Слева — это не тот потрошитель, которого мы ищем?

Харди подался вперёд, протиснувшись между передними сиденьями.

— Нет, это его брат. Но сам он, значит, появится с минуты на минуту.

— Если мы мушкетёры, то я уж точно не Арамис, этот святоша хренов, хоть я из нас троих и самый мелкий, — сухо бросил Анкер.

Карл мотнул головой.

— А почему нет, старик? Арамис, помнится, был тем ещё дамским угодником.

— Не, дамским угодником был тот здоровяк, который прикладывался к бутылке, — вставил Харди. — Так что это, пожалуй, я.

На переднем сиденье тихонько захихикали. «Прекрасный пол и Харди» — это была отдельная бесконечная история.

— Ой, да ладно вам. Думаете, я сам себя не знаю? — простонал Харди. — Женщины! От них же с ума сойти можно.

— Тебе-то чего жаловаться? — спросил Анкер. — Твоя Минна — просто пальчики оближешь.

Карл смотрел дальше по улице, делая вид, что его это не касается. Анкер уже не первый раз попадал в точку и озвучивал мысли самого Карла.

— Да, она такая, и прекрасно об этом знает.

С противоположного тротуара донеслись крики, и Харди слегка приоткрыл окно.

— Меня достало, что Минна флиртует со всеми подряд, включая вас двоих.

Анкер повернулся к нему:

— Да ладно тебе, Харди, нюни не распускай, у вас же всё на мази. Не то что у нас с Элизабет. Лично я чувствую, что скоро мне придётся одалживать диван у хорошего друга.

— Ты же знаешь, что у меня дома тебе всегда рады, Анкер, а? — спросил Карл.

— Или у нас, — добавил Харди.

Анкер махнул рукой назад и сжал плечо Карла.

— Спасибо, парни. В тесноте, да не в обиде!

— Кажется, наш клиент на подходе, — подал голос Харди.

— Да это же его баба, твою мать. Ты женщин в штанах вообще никогда не видел, что ли? — подколол его Анкер. — Кстати, Карл, — продолжил он, — вы с Виггой вообще как долго уже разъехались? До развода скоро дело дойдёт?

Карл подавил смешок. Вигга была самым непредсказуемым существом на планете. Ни один мужчина в здравом уме не назвал бы её идеальной спутницей жизни. И всё же окончательно отпустить её как-то не получалось.

— Ты что, Анкер, надеешься, что тебе поляну расчистят? — ухмыльнулся Карл. — Или у тебя уже что-то зреет?

Анкер криво усмехнулся:

— Всегда! Я встретил одну, она реально дикая штучка. Полна сюрпризов. Ты же знаешь такой типаж?

Карл кивнул. По части сюрпризов Вигга как раз была мастером.

Анкер прищурил один глаз:

— Эта, во всяком случае, умеет делать такие предложения, от которых мужик не в силах отказаться. Если не буду осторожен, она меня в могилу сведёт.

Харди покачал головой и открыл дверцу. Что-то снаружи привлекло его внимание.

О как, — подумал Карл. — А вот это уже что-то новенькое». Впрочем, так бывало каждый раз, когда они втроем выходили на дежурство. В такие моменты разница между ними и тремя подростками со стояком в штанах [19] заключалась только в возрасте».

— Звучит опасно и очень заманчиво. Так кто она, Анкер? — спросил Карл.

Тот на мгновение замер и ушёл в себя, будто уже мысленно пребывал в раю прямо у запретного древа.

Затем он улыбнулся той самой улыбкой, перед которой капитулировало большинство женщин.

— Да ты и сам её знаешь, Карл!

И тут Харди словно бес попутал.

— Вперёд, парни, вяжем его! — крикнул он, уже на бегу пересекая проезжую часть.

ПРОЛОГ II

Суббота, 26 декабря 2020 года

— Смелости хватит повторить то, что ты только что ляпнул, Эдди? А, тряпка?

Эдди Янсен опустил взгляд, чтобы не провоцировать мужчину, но удара всё равно не избежал.

— У нас был чёткий уговор, так? Ну и какого хрена ты его не соблюдаешь? — произнёс тот, пока звон в ухе Эдди становился всё громче.

Эдди осторожно кивнул. Он искренне надеялся, что это скроет его отчаяние, ведь меньше всего на свете ему хотелось ссориться с теми, кто здесь всем заправлял — и уж точно не с этим человеком с разноцветными глазами, сидевшим напротив.

Он должен соблюдать их договорённость, твердил верзила, будто Эдди сам этого не понимал. Суть была в том, что он был обязан это сделать, кровь из носу, иначе всё могло закончиться очень скверно.

Чертов контракт!

Годами он был ослеплён размерами взяток, и в этом не было ничего удивительного. Зарплата следователя роттердамской полиции — капля в море по сравнению с тем, что эти влиятельные люди предложили ему за услуги и сведения. Поэтому Эдди согласился, и, как и ожидалось, деньги доставались легко. Он тут же пустил их на комфортную жизнь: подарки для любимой, а позже и для дочки, взносы за летний домик, выплаты за лодку и машины. С того момента с финансовыми заботами и тяжелыми бессонными ночами было покончено. Навсегда.

И всё же настал день расплаты. Само собой, он не мог не настать.

Эдди уже несколько раз медлил с выполнением задания, завершения которого теперь требовал человек напротив. Ведь по сравнению со всем остальным, это поручение отличалось бескомпромиссностью и крайней жестокостью. И хотя видит бог, за эти годы он порой бывал невнимателен и халтурил, время шло своим чередом, а требования нанимателей, казалось, становились меньше. Чего же ему было опасаться?

Эдди попытался унять дрожь в руках. Может, проблема была в том, что он постепенно растерял мужество делать то, что ему приказывали? Но отступать некуда, это могло стоить ему всего.

Он глубоко вздохнул и почти прошептал, не поднимая глаз:

— Мы в полиции… то есть нет! Я. Я обещаю, что доберусь до него. Всё будет именно так, как мы договаривались, можешь на это рассчитывать.

В тот самый миг, когда он поднял взгляд, он уставился прямо в дуло пистолета, который секунду спустя прижали к его лбу.

Здоровяк держал пистолет крепко, на его лице не дрогнул ни один мускул, но голос был ледяным:

— У тебя этот приказ лежал тринадцать лет, и ты оказался не готов, когда наше добро всплыло в чемодане на чердаке этого парня. А теперь ты заявляешь как ни в чем не бывало, что его арестовали и что в данный момент он находится под стражей в датской полиции. Ты хоть соображаешь, какой это будет гребаный кошмар для всех нас, если он вдруг развяжет язык?

— Да, но… — Звук щелчка спускового крючка заставил тело Эдди содрогнуться.

Мужчина рассмеялся.

— Да уж, пробрало, а, Эдди? Прямо как того приговоренного китайца, что стоит на коленях в ряду с другими в ожидании пули в затылок, и бедолага от шока подпрыгивает, когда стреляют в соседа. Да, думать об этом небось неприятно, но ты можешь стать одним из них, Эдди, вот насколько всё серьезно. Потому что будь уверен: если мы еще раз окажемся в такой ситуации, в патроннике будет патрон, усек? Так что покажи нам, на что ты, мать твою, способен. Мы не можем рисковать и гадать, что знает Карл Мёрк и что он выкинет.