33 несчастья для тёмного мага. Страница 22

– Вы говорили, что хотите писать письма сестре, – напомнил мне милорд, копаясь в выдвижном ящике стола. Я кивнула, и он протянул мне стопку, перетянутую бечевкой: пустые листы и большие конверты. После этого я получила целый пучок перьев и карандашей и полную чернильницу. – Возьмите. Когда прибудет посыльный, просто передадите ему письмо.

– Спасибо. – Я настолько не ожидала подобного, что милорду пришлось буквально сунуть письменные принадлежности мне в руки. Но сюрпризы на этом не закончились. Когда я убрала все в широкий карман фартука, милорд выудил из глубин стола небольшую стеклянную баночку с металлической крышкой.

– И вот это. – Он протянул банку мне. Я приняла новый подарок, хоть и не понимала его назначения. Открутила крышку и ощутила резкий травяной запах. – Это для ваших ссадин. – Милорд выразительно кивнул на мои руки, на которых до сих пор темнели синяки.

– Что вы, не нужно! – Я попыталась вернуть банку ему. Не хватало еще, чтобы милорд тратил на меня ценные лекарства. – Они сами сойдут! Уже почти прошли!

– Мисс Брайтвуд. – Мужчина наклонился ко мне и быстрым движением взял меня за руку – крепко, но бережно. Чуть надавил пальцем на синяк, края которого уже начали желтеть. Я вздрогнула – отметина все еще болела. – Я могу закрыть глаза на ваши опоздания, но я не люблю, когда мне лгут.

– Простите, – тут же покаялась я. – Но вам все равно не стоит…

– Судя по тому, что было вчера, вам это точно пригодится. Просто наносите тонким слоем перед сном. И не вздумайте снова спорить со мной.

– Спасибо, милорд. – Я неловко изобразила реверанс, но маг, убедившись, что я держу банку, уже потерял ко мне интерес. Буркнул, что я свободна, и тут же уткнулся в свои книги.

В коридоре я снова открутила крышку и принюхалась. Мазь пахла слишком резко и не слишком приятно. Но я не удержалась и сразу же зачерпнула пальцем немного и растерла на запястье, где красовался след от портьерного кольца. Мазь была прохладной и немного пощипывала. Травяной запах следовал за мной до самой спальни. А я радовалась, что никто меня сейчас не видит, потому что ощущала, как с лица не сходит улыбка.

7. О пользе трав в борьбе с проклятиями

Когда я доставала из кармана все, что дал мне милорд, вместе с бумагой и конвертами вытащила скомканную записку. Замерла на мгновение, сжимая ее в руке, а потом отбросила в сторону, словно та была отравлена. Записка от темного. Я совсем забыла про нее.

Темнота за окнами и стрелки часов, подбирающиеся к двенадцати, напомнили о том, что после полуночи замок принадлежит другому милорду. Черноглазому, быстрому и очень опасному.

Вот только я не хотела все шесть месяцев трястись от страха перед ним. И собиралась сразу дать понять, что ему не удастся пронять меня своими посланиями.

Я покрутила рычажок на стене, но не сумела добиться от него достаточной яркости, так что зажгла свечу и прямо на комоде разложила чистый лист бумаги. Над содержанием долго не думала. Нужно было дать понять ночному гостю, что ему меня не испугать.

«Хоть вы и настоящий ночной кошмар, смею вас разочаровать: вы не вхожи ни в мою спальню, ни в мои сны».

Перечитала послание и улыбнулась ехидно. Потом аккуратно сложила лист вчетверо и, хоть на часах было еще полчаса до полуночи, открывать дверь не стала. Просунула записку под дверь, так, чтобы со стороны коридора торчал лишь уголок. Если настоящий господин Грейвстоун будет проходить мимо – он не заметит. А если ночной решит поискать ответ, он легко получит мое послание.

Повертела ключ, убедившись, что замок заперт на все три оборота. Придвинула комод к двери и занялась камином. По утрам до сих пор было прохладно – противные невидимки из спальни никак не собирались успокаиваться и ежедневно пытались меня заморозить. Я боролась с ними жарко натопленным камином и горячей ванной и пока что выигрывала.

Но в этот раз, кажется, я немного переусердствовала – в комнате было не просто тепло, а даже жарко. В другую ночь я бы моментально заснула от распространившегося тепла. Но сейчас лежала без сна и прислушивалась к звукам из-за двери.

Сначала были слышны обычные для старого замка звуки – нагревшиеся за день камни стен остывали и издавали тихие поскрипывания и скрежетания. Кто-то другой принял бы это за проделки призраков, но местные призраки предпочитали запугивать меня довольно прямолинейно. Хотя в этот раз они стихли раньше, чем обычно – в тот самый миг, когда в коридоре послышались шаги.

Я замерла и даже задержала дыхание. Шаги приблизились к моей двери, остановились. Шорох по двери сказал мне, что ночной гость коснулся ее. Потом до меня донеслось шуршание бумаги и тихий, довольный смех. А еще через пару мгновений все стихло. То ли ночной маг неслышно ушел, то ли я незаметно провалилась в сон.

Во время приготовления завтрака я с опаской открывала шкафы – ответ от ночного мог поджидать где угодно. Но на кухне его не обнаружилось, и завтрак прошел весьма спокойно.

– Мисс Брайтвуд, вы однажды готовили недурные блинчики.

Милорд отставил в сторону чашку и взглянул на меня. Я ответила ему взглядом, полным негодования. Недурные? Да это самые вкусные блинчики в мире!

– Могу приготовить их вам завтра на завтрак.

– Сегодня. На ужин. – Маг бесстрастно встретил мой взгляд. – Сумеете?

– Не сомневайтесь.

В библиотеку я входила в прекрасном настроении. Но как только поднялась на второй этаж, обнаружила, что там меня ждет неприятный сюрприз. Еще одна записка торчала в верхней книге из стопки, что я вчера не успела расставить по местам. Я рывком вытащила записку и медленно развернула, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.

“Я уже пробрался в твои мысли и однажды проберусь и в твою постель, зайчик. Просто не запирай дверь. Обещаю – тебе понравится. Почти так же, как мне…”

Я порвала записку на мелкие кусочки и попыталась скормить ее Пыльсэру, но он лишь наморщил нос и повел усами.

– Значит, ты питаешься только пылью? – спросила я кролика, старательно делая вид, что вторая записка совсем меня не встревожила. Однако черноглазый был прав – он и правда слишком глубоко проник в мои мысли. И отчасти это было связано с тем, что я никак не могла принять, что дневной и ночной милорд – это две разные личности. А обычный господин Грейвстоун с каждым днем становился все более человечным.

По крайней мере, он больше не проходил мимо меня, как мимо пустого места. И если мы сталкивались в коридоре, он непременно кивал мне, за исключением тех случаев, когда читал прямо на ходу.

Еще несколько дней я потратила на то, чтобы вернуть все книги на свои места, и наконец, библиотека обрела приличный вид. Историю про Селену я забрала себе, предварительно уточнив милорда, могу ли брать для чтения книги.

Оставалось только как следует вымыть полы и привести в порядок банкетки и кресла со стульями. На это ушел еще целый день, но когда я закончила, библиотека сияла. Не хватало только штор на окнах, но я не могла повесить их без помощи милорда – стремянку я так и не сумела найти. Пару дней она лежала на полу будто приклеенная – как я не пыталась, я не смогла ее сдвинуть. А потом просто исчезла без следа. Я искала ее по всем кладовым, но в итоге мне начало казаться, что господин Грейвстоун просто стер ее своей магией, чтобы ему снова не пришлось ловить меня.

7.2

Синяки на руках прошли благодаря той мази, что мне дал милорд. А новых я, к счастью, больше не набила. И единственное, что омрачало мое пребывание в замке – непрекращающиеся кошмары, что снились теперь каждую ночь, да новые записки от темного. Я оставляла ему ответы с просьбой оставить меня в покое, но каждый день находила послания от него в совершенно неожиданных местах. То прямо на двери кухни, то на окне библиотеки. Я срывала их, боясь, что господин Грейвстоун заметит их раньше меня, но никак не могла удержаться от любопытства и читала каждую.