Опасный Kiss клиент (СИ). Страница 3

А раньше мне нравился этот курорт. С родителями мы часто тут бывали, пока не стало отца, и не заболела мама.

Всё в моей жизни повернулось с ног на голову. Больше не было того достатка, который был в нашей семье при отце. А все накопления шли на лечение мамы.

Я часто подрабатывала. Писала статьи на заказ. Потом меня заметил элитный редактор и принял в команду. С тех пор мы перестали нуждаться. Но позволить дорогую операцию, мне не под силу.

Вот поэтому я здесь, в элитном, смрадном обществе. Которое ненавижу и хочу засадить каждого за металлические прутья решётки.

Воробушек прощается со своими подельниками, берёт меня за руку и буквально дёргает из-за стола. Я, блин, не готова, мне ещё обдумать надо, чего делать с этим пернатым. А он уже тащит меня на выход из ресторана.

Упорно молчит и лыбится своим грязным мыслям. А я сжимаюсь, горблюсь, и ноги подкашиваются. Чёрт бы подрал эти туфли!

Моё тельце взмывает в воздух, и я уже в загребущих лапках паука насильника. Вот бы и правда стать паучихой и сожрать его, но блин рано, мне доки нужны.

— Ты как корова на льду! — угорает с меня воробушек.

— Бык осеменитель нашёлся! — бурчу себе под нос и не шеволькаюсь. Мало ли его либидо среагирует.

— Ещё какой! — продолжает ржать он и ныряет раздутыми ноздрями в мою шевелюру. — Ммм… А ты вкусно пахнешь! — пускает слюни в лакированные волосы.

Мы уже поднимаемся наверх. Лифт трогается с места, народ пялится на нашу парочку. Машу им ручкой и мило улыбаюсь:

— Можно я ножками? А то как-то неприлично чувствую себя. — пищу ему… эээ почти в губы.

Его взгляд падает на мои пухляши. Этот гадёныш облизывает свои губехи.

Мама дорогая! Этот хищный взгляд я ни с чем не перепутаю. Так, на меня пялился последний претендент на мою вагину. Но его причиндалы были жёстко отфутболены моим коленом. И с тех пор он просто коллега, который обходит меня десятой дорогой.

— Ты уж потерпи, целомудренное сопровождение. Бабки отрабатывай! — его ноздри, то сдуваются, то раздуваются. Чего он так дышит тяжко? Я лёгкая. Силёнок не хватает, что ли?

— Вот тут тормози! Это мой номер! — выпучиваю глаза, когда он проносит меня мимо.

— Ну нет уж. Забыла? Ты наказана! Или по бабкам тебе обрубить? — подносит чип к двери своего номера.

— Я это, того… Смотря какое наказание! — начинаю брыкаться в его руках.

— А это сюрприз! — расплывается в довольной белозубой улыбке.

3 глава

Владимир Ильин

Вот же заноза в заднице! Но какая красивая, сучка! Совсем пигалица, а на язык остра. Теперь я понимаю, как у неё выходят такие острые статьи.

Она же совсем не шарит в эскортницах, не понимает, как себя вести. Не профессионально так, без должной подготовки, на дело соваться. Пытается, конечно, держать себя в рамках, но характер не тот, не вытягивает свою роль.

Сима Kiss в простонародье, зубастая журналюга, которая последний год засаживала моего друга, в статьях. А теперь и за меня принялась.

Мы долго пытались её вычислить. Но скрывали её тщательно. Ни лица, ни инициалов нигде не фигурировало. Писала под псевдом. В редакции не появлялась, отправляла статьи через разные электронные адреса. Скрытная бестия!

А тут такой шанс. Сама, собственной персоной, клюнула на нашу замануху. А главный сутенёр, мой друг, быстро сдал всю подноготную.

И вот она добыча, в моих руках. Хочу наказать по жёсткому. Но рука не поднимается. Что-то в ней есть такое, что стопорит меня.

Поиздеваться над ней, моё воспитание позволит. А потом и документы поддельные ей подсунуть. Позор! Суд! И лишение журналистской деятельности, приведёт её в чувства. А мы вздохнём свободно.

— Ночуешь в моём номере! — ставлю её на ноги. — И сними уже эти костыли! — кидаю взгляд на туфли.

— Я не буду с тобой спать! — взрывается фурия. — Этого нет в контракте! — складывает руки под грудью, и волком смотрит.

Глазища, как голубые озёра. Так, Вован, не поддавайся, это не очередная, это гадюка в чистом проявлении.

— Кто сказал, что ты будешь спать? — оборачиваюсь и улыбаюсь уголком губ.

— А я хочу… спать. — несмело бормочет.

Подхожу к гардеробу, снимаю пиджак, растягиваю галстук, снимаю через голову, аккуратно складываю и убираю в задвижку. Начинаю расстёгивать пуговицы на рубашке и оборачиваюсь:

— Раздевайся! — командую голубоглазой статуэтке, стоящей посередине комнаты.

— Кто? Я? — умудряется сквасить мордашку. Будто я ей не раздеться предложил, а кислое яблоко. — Не, не! Я не при делах! — пискляво выкрикивает. — Я ща! — разворачивается на сто восемьдесят градусов и ковыляет к двери. Вот же, коза!

— Стоять! — делаю голос грубее.

Она встаёт как вкопанный болванчик.

— Стою. — тихо так, осторожничает.

Я усмехаюсь про себя. Снимаю рубаху, брюки. Остаюсь в одних боксерах. Заманчиво подрагивает член. Чего бы нет? Учить так во всех смыслах. Заказать разгромную статью про саму Симу Кисаеву, потом не отмоется!

Но нет. Не такой я и мудак, чтобы портить клише независимой журналистки постельными сценами. Лучше загубить карьеру на корню. Слишком хищная акула — эта Сима Kiss!

Смотрю на изящную спину почти бывшей журналистки. Спускаюсь взглядом ниже, на округлую форму её нижнего достоинства. Приближаюсь к ней со спины. В воздухе примеряю ладонь к полушарию аппетитной филейной части. В руке зуд и жжение, она стремится коснуться, помять завлекательную игрушку. Чистый антидепрессант!

Очерчиваю в воздухе изгиб талии и кладу руку на плечо. Наклоняюсь к уху, веду рукой от плеча к шее, зажимаю всей пятернёй. Вспоминаю, сколько проблем принесла Прохору эта хидровыдуманная головушка. Чуть сдавливаю лебединую шею, провожу носом по уху. Она вздрагивает, дышит часто, громко сглатывает.

Чую, что боится. В воздухе витает томление. Запах девчонки, забивает лёгкие. Глубоко вдыхаю аромат карамели. Нет, не приторно-сладкий. Нежный, тонкий запах дюшеса.

Я не привык к такому парфюму. Всё больше женственные, свежие. А тут что-то новое, что-то цепляющее.

Точно, у Вики было что-то подобное, жены Игната. Тогда мы думали, что они родные брат с сестрой. Даже друг не подозревал о подлоге. Да чего уж вспоминать, что было, то прошло. А сейчас у них не самые лучшие времена. Он просил о помощи, что-то у них стряслось. Как вернусь, обязательно навещу, в беде друга бросать нехорошо.

Вика с Симой даже характерами похожи. Обе взбалмошные и слегка неадекватные. Вот в этом и есть их фишка. Притягивают и манят своей непосредственностью.

Не туда я углубился, совсем не туда:

— В ванной лежит твой костюм на эту ночь. И обязательно захвати все атрибуты. Я жду тебя в постели. — провожу языком длинную дорожку по шее, прикусываю мочку уха и иду к кровати.

Стоит столбом, не двигается. Хищные мысли роятся в моей голове. Сбежать нельзя, понимает последствия. Что за костюм в ванной, даже не подозревает, но, видимо, боится до ужаса. Вот так, акула-Сима! Нельзя играться со взрослыми дядями. Они всё равно тебя переиграют!

4 глава

Сима (Kiss)

А воробушек и не воробушек вовсе. Коршун! Это ж надо было такое придумать! Что бы я, Сима Кисаева надела это убожество? Да боже меня упаси! Тавтология какая-то получается. Не суть!

Этот упырь, приготовил мне наряд зайки, с пушистым хвостиком и такими же «милыми» ушками! Причём наряд состоит из купальника, чулок и шпилек! Тьфу, тьфу, и ещё раз, тьфу! Ненавижу! Прибить и прикопать в сугробике под окном!

И чего делать? Злость раздирает и делает туки-туки по вискам. Даже чувствую, как пульсирует тело в такт сердцебиению.

Не надеть, не могу. Опять будет угрожать озабоченным дружком. Надену — позор мне и слава на ближайшую округу.

Сима! Твою ж налево! Соберись, надень, выйди и отпаши смену как положено!

Внушение в моём случае самый лучший помощник.

Так и быть! Но я ему припомню! Или я не Сима Кисаева!