Между ними. Тайфун (СИ). Страница 7

— Нашел, чего ляпнуть! — злобно шипит Мир на Виталия, — конечно, не угрожает! Что ей тут, с нами, может грозить?

Судя по воцарившемуся молчанию, у парней идет активный обмен мнениями через взгляды.

Я не участвую.

Все равно ничерта не вижу, в глазах слезы.

Моргаю, они проливаются по щекам, и Мир тут же принимается вытирать их пальцами.

И что-то бормочет, я не понимаю даже, что именно.

Что-то вроде «шано, сингри, шано»...

Что это значит?

Судя по сопению Виталия надо мной, он понимает, что.

Я чуть удивленно смотрю на Мирослава, ожидая, что он расшифрует свои заклинания, моргаю слипшимися от слез мокрыми ресницами.

И замечаю в его лице, во взгляде его, что-то странное. Очень хищное и одновременно чуть растерянное.

Он перехватывает мою руку ладонью вверх… И целует прямо в центр. Не сводя с меня своего темного, горячего до мурашек взгляда!

И у меня дрожь по всему телу — волной!

Невольно отступаю, верней, подаюсь назад, опираясь на каменную грудь Виталия затылком. И слышу шумный выдох надо головой. А потом его сменяет тихое, гневное рычание.

— Мирка, отпусти. Опять твои приемчики.

Но Мирослав словно не слышит. Верней, слышит, но не торопится выполнять, хотя я бы такого зверя злить поостереглась.

А Мирослав спокойно опускает мою руку, не спеша ее высвобождать. И смотрит только на меня.

И что-то такое в его взгляде, что я теряюсь. Краснею, бледнею, непроизвольно еще сильнее вжимаясь в Виталия.

И он легко перехватывает меня по плечам, словно ограждая от плотного горячего внимания Мира.

— Ты меня слышал? — угроза настолько явная в его голосе, что мне становится страшно. Теперь его опасаюсь тоже.

И хочу вырваться.

Хочу быть подальше от этих парней, ведущих какой-то свой, недоступный моему пониманию, диалог.

Только ощущаю, что атмосфера не просто до предела накалена, она — грозовая! Куда там тайфуну, ритмично бьющемуся в дверь магазина!

Тайфун тут, внутри!

Разметет все сейчас!

— Я… Я уже в порядке… — бормочу я, пытаясь выбраться из-под тяжеленной руки Виталия. Ничего себе, словно камень! — Пожалуйста… Я хочу попить…

— Тебе выпить надо, рыжая, — улыбается Мир, показательно не замечая руки Виталия на моем плече, — успокоиться.

— Да я уже выпила… — сокрушаюсь я, все же вывернувшись из опасной, но такой притягательной близости полицейского. — Наверно, спирт и выходит. Слезами.

— Тем более, восполнить потерю надо.

— Не приставай к ней, Мир, — вмешивается Виталий, — она сама решит.

— Я просто предлагаю… — Мир остро режет взглядом напряженного почему-то Виталия, а после кивает в глубь магазина, — пошли, посмотрим, что там?

Виталий, пару секунд промедлив, кивает.

— Милашка, мы ненадолго, — подмигивает мне Мир и первым идет по проходу между стеллажами в подсобку.

Виталий, ничего не сказав, просто щурится на меня и следует за приятелем.

А я остаюсь одна.

Ошалело смотрю в спины медленно уходящих мужчин.

Потом перевожу взгляд на дверь магазина. За ней темно, но явственно заметно, что снег валит очень интенсивно.

Боже, если мы не выберемся отсюда в ближайший час, то нас попросту тут завалит! И останется только помощи ждать! А когда она будет? Когда тайфун закончится…

Ладонь моя горит огнем.

Трогаю центр ее, там, где кожи касались сухие чуткие губы Мира.

И снова накатывает непонимание и удивление.

Зачем он так?

Утешал?

Успокаивал?

Или… Что?

А я-то растерялась, дурочка… Дрожала, дергалась… Но какой он… Горячий… И какой этот полицейский… Сильный… Обнял меня, словно присвоил. Словно я — его. Но это же глупость? Нельзя же так, сразу… И вообще… Он — полицейский. У него жена, дети, может… Ждут его дома. А Мира не ждут… Он сам сказал… Но он так себя ведет, что мне страшно. И волнительно. Я не привыкла к такому. Поведению. Вниманию.

Марат как-то иначе ухаживал… Или вообще не ухаживал? Боже, не помню совершенно! Какая я… Распутная. Замужем, а про других мужчин думаю. И радуюсь, что одного из них дома не ждут. А от мысли, что второго — ждут, становится неприятно.

Это же ненормально, да? Да?

У меня сердце бьется с такой силой, что не понять даже сходу, где его стук, а где попытки тайфуна прорваться к нам, в магазин.

Я взбудоражена этой сценой, все горит внутри.

И особенно жутко, что мне… понравилось. Мне понравилось стоять между ними.

Ощущать горячее внимание хлесткого опасного Мира. И надежную уверенность в своей власти монументального Вита.

Это… заводит. И я заведена.

Еще, скорее всего, свою роль основную сыграл алкоголь, Мир меня качественно напоил, конечно.

Но в любом случае, я — хозяйка своему телу! И своим мыслям! Должна быть. Должна.

Мила, приходи в себя.

Осознай ситуацию, Мила!

Ты взаперти с двумя очень опасными для тебя парнями!

Держи себя в руках.

Думай о муже.

Это сразу и дрожь угомонит, и нервы истончившиеся вернет в правильное русло.

А то совсем с ума сошла…

Грохот тайфуна накладывается на грохот моего сердца.

Потому не сразу понимаю, что слышу еще какой-то грохот. Посторонний.

Как раз со стороны подсобных помещений доносящийся…

Что происходит???

Глава 8. Мир. Поделить милашку

Официально: у меня сегодня день-пиздень.

Надо было с утра это понять и тупо отменить дело. Сесть за комп, поиграть, отключив голову, к херам, забыв и забив на внешний мир.

Но понимание, что, если сегодня проебашу, то потом не выплыву из той задницы, в которую по дурости собственной сел, вытянуло меня из мнимой безопасности и затащило вот сюда.

В эти гребанные качели, где сначала все пошло так, потом не так, потом сильно не так, после — та-а-ак, затем — вообще очень даже так, а потом… Не так. Не так! Не так, мать твою!

Тайфун, случайный мент, оказавшийся моим школьным приятелем, его явные хотелки в сторону девочки… Девочки, которая уже моя. Моя! Пусть она не в курсе, но я-то для себя уже все решил!

А тут этот…

С его привычной немногословностью и впечатляющей фактурой.

Девочки велись.

Я помню, мать его, помню!!!

И сейчас меня отдельно выбешивает его вмешательство в дело, которое у меня уже на мази!

Он и без того вмешался, надо было ему, бдительному придурку, таскаться в частном секторе. Чего искал? Каких приключений на свою ментовскую жопу?

И сейчас опять на пути у меня встает!

Милая Мила отчетливо так дрогнула всем телом, когда я ее ладошку поцеловал… Девочки, они такое любят. Чтоб не в губы сразу лез, а мягонько в висок поцеловал. Или руку. Или рядом с ушком. Короче, в правильные места.

А, учитывая, что до этого я ее в объятиях держал и даже чуть-чуть тискал, предварительно лаская, так сказать… И это было еще до того, как Вит на горизонте взошел! То есть, я — первый! Я!

И то, что он сейчас пытается делать, нечестно!

Нехрен лезть в моей девочке!

Губа у него не дура, у придурка!

Конечно, такая няшная! Вся нежная, золотистая, наивная, растерянная… Бляха, комбо просто! Бери и трахай! Со всем обоюдным удовольствием! От одной только мысли, какая эта рыжеволоска в сексе, башню сносит!

Она наверняка горячая, податливая и нежная.

Бля-а-а-а…

Не позволю обломать!

И похер на всякие обстоятельства!

Дерево упало? Похер, оттащим! Сообразим, как! И потом мы с милашкой Милой пойдем к ней домой, а Вит пойдет нахер.

Все, вопрос закрыт.

Теперь до него, главное, донести, а то он со школы еще — баран упертый, нормальный слов не понимающий.

Зайдя в подсобку, нехилую, кстати. довольно просторную, я разворачиваюсь к молчаливо прущемуся за мной Виту:

— Вит, какого хуя?

— Ты о чем, вообще?

Вот это он тоже еще со школы офигенно практиковал: как прикидываться бревном.

— Ты понял, о чем я! — меня злит его непрошибаемость, потому что, вспоминая школьные годы чудесные, запросто могу предсказать его дальнейшие действия. Будет тормозить, пока возможно, а потом драться. И я тут могу не вытянуть, потому что простора все же маловато. А в ближнем бою этот медведь меня сделает чисто за счет массы своей животной. Сука. Разожрался за эти пару лет! — Девочка — моя!