Вкус счастья в итальянской деревушке. Страница 6

Возвращаюсь к машине, уверенная, что эта встреча — добрый знак и путешествие обещает быть хорошим. И обнаруживаю себя посреди темной и пустынной парковки, прямо как в фильме ужасов. Дергаю дверцу, ныряю в машину и трогаюсь — и тут-то меня накрывает страх. Что, если я совершила роковую ошибку? Перепутала смелость с безрассудством и решилась на непосильную авантюру, которая добьет меня окончательно?

— Вот и подошло к концу мое приключение, дорогие «Ночные друзья», — обращаюсь я к слушателям передачи. — К счастью, у меня с собой диск «Битлз». Звуки льются из динамиков, и во мне просыпается уверенность: я справлюсь. Джон, Пол, Джордж, Ринго — с вами я уже не одна. И да, у меня все получится.

Римини остается позади, и я чувствую, что на верном пути, хотя до конца Адриатического побережья еще далеко. Дорога почти пуста, не считая фур, — я обгоняю их одну за другой. «В конце концов, — говорю я себе, — это просто долгая ночная поездка на машине. Хватит страхов и сомнений». Приближается утро, и вместе с ним — Апулия. На этот раз, возможно, я сделала правильный выбор. Так или иначе, новый день на подходе, и я мчусь сквозь вселенную навстречу своему прошлому.

Время от времени я притормаживаю, чтоб достать печенье, хотя это не так просто. Подумываю остановиться на обочине и распаковать их все, чтобы потом поедать, не отвлекаясь от дороги. Все равно скоро мне понадобится в туалет, а мысль о посещении уборной на темной заправке в три часа ночи меня совсем не радует.

Если б кто-то спросил, я бы вряд ли назвала себя храброй. Я из тех, кто зажмурится или промотает напряженную сцену в триллере, а потом так и будет гадать, кто же убийца. Я люблю комедии, где чудаковатые герои влипают в неприятности, встречаются, возможно даже ссорятся, но потом влюбляются друг в друга. Я могу пересматривать их бесконечно, потому что знаю, чем все кончится и какие чувства у меня это вызовет.

Я рискую сделать короткую остановку на обочине, чтобы быстро пописать между открытыми дверями, бог с ней, с распаковкой печений. В спешке пачкаю туфлю, возвращаюсь в салон и понимаю, что снова нужно заправиться. Въезжаю на заправку со скоростью пешехода, пытаясь оценить обстановку. Расплачиваюсь картой у бензоколонки, затем беру в одну руку насос, а в другую — телефон на случай экстренного вызова. И вижу, что батарея почти разряжена.

Я забыла зарядное устройство. Зарядное устройство! Этот жизненно необходимый предмет. Может, это знак? Послание подсознания? Желание оборвать все связи? Ладно, лишь бы телефон выполнил свою текущую задачу — довел меня до места назначения, а там посмотрим. Когда? Кто знает. Кто вообще знает хоть что-нибудь? Я уменьшаю яркость экрана и включаю энергосберегающий режим.

Возвращаюсь в машину, к дружочкам «Битлз», чьи голоса похожи на объятие. Вот за что их люблю.

Пезаро, Анкона, Сан-Бенедетто-дель-Тронто. Дорога как будто постоянно удлиняется, как в видеоигре. Кофе закончился. Мне то холодно, то жарко и ужасно клонит в сон. Вернулось оцепенение, с которым я ежедневно сражаюсь. Я стараюсь держаться — щипаю себя за щеки, открываю окно и время от времени высовываю голову наружу.

Пескара. Васто. Сан-Северо. Машина вдруг начинает стонать, как раненое животное. Что это, интересно? Вдобавок загорается какой-то незнакомый индикатор — какая-то щетка, фара? Странный шум не прекращается. Останавливаться совсем не хочется: небо светлеет, скоро рассвет и Апулия уже близко. Невероятно, но я почти у цели.

Я вернулась. Не знаю, как все сложится, но, может быть, хорошо. По крайней мере, мне хочется в это верить.

Машина внезапно замедляется, снова газует — и с содроганием тормозит опять.

Я съезжаю с автострады и сворачиваю на шоссе. Машина идет рывками, а я, стараясь не переключать передачи, держу четвертую с легкой подачей газа. Ловлю себя на том, что шиплю от натуги, как будто пытаюсь помочь ей, подтолкнуть. Не сдавайся, только не сейчас, цель уже так близко! Я почти на месте, почти приехала… В воздухе уже пахнет домом.

Отступать нельзя.

4

Откуда этот звук? Из сердца Земли? Из другого измерения, где я наконец от всего свободна? Может, с неба? Может, это Шива зовет меня?

«Нет, ну, Шиву я как-то иначе себе представляла», — замечаю я про себя, приоткрыв один глаз. Точно не в зеленой безрукавке и джинсовых шортах. Не думала, что он может быть таким… земным. Стучащий в стекло субъект весь блестит от пота, от нахмуренного лба до крепких волосатых рук. Лицо обрамлено черными волосами, широкими бакенбардами и густой бородой. Если говорить о возрасте, я бы дала ему сорок с чем-то.

Он настойчиво барабанит в окошко.

В салоне невыносимо жарко, солнце бьет в лобовое стекло. Вокруг, насколько хватает взгляда, тянутся оливковые рощи и красная выжженная земля.

Я провожу рукой по лицу и открываю дверцу, улыбаясь так, будто спать в машине, заглохшей на разделительной полосе посреди перекрестка, для меня привычное дело.

— Что случилось? — участливо спрашивает незнакомец.

— Мотор отказал, или что-то в этом роде, — отвечаю я.

Похоже, я просто уснула головой на руле, когда машина вышла из строя. Сколько я проспала? Смотрю на время — к счастью, телефон еще не разрядился: без десяти одиннадцать. Девятьсот пятьдесят километров без остановок за спиной и всего десять километров до цели. Но мне же во всем не везет, почему этот раз должно быть по-другому?

Я бьюсь головой о руль — один, два, три раза. Несильно, но с упорством человека, пытающегося отыскать брешь в глухой стене.

— У тебя все нормально? — спрашивает мужчина.

— Примерно как у моей машины. Но не бери в голову.

— Куда ты ехала?

Мне вдруг хочется рассказать ему о детстве — о том, как бегала по сельским тропам, о жизни в ашраме, о верных друзьях и о том самом дне пятнадцать лет назад… Когда я сделала свой первый неверный шаг.

— В соседнюю деревню, — отвечаю я вместо этого.

— Тогда я позвоню Данте, он приедет на эвакуаторе. А я отвезу тебя в деревню. И никаких проблем.

— Ты просто мой спаситель, — отвечаю я, с радостью переходя на «ты». Может, он и не бог Шива, но этот благородный незнакомец — настоящий подарок судьбы. Я готова обнять его и сказать: «Возьми все на себя, пожалуйста. Мы не знакомы, но я тебе доверяю. Чувствую, что ты хороший человек. Я отдаю свою жизнь в твои руки, как кубик Рубика: собери ее заново, найди решение… и скажи еще раз — никаких проблем».

— Можешь повторить? — прошу я.

— Что?

Мужчина смотрит на экран телефона:

— Я звоню Данте. Данте знает, что делать.

Когда Данте наконец отвечает, он сразу принимается объяснять ситуацию, энергично размахивая руками. Я пытаюсь уловить хоть пару слов на диалекте, но понимаю лишь одно: он называет меня туристкой.

Хорошо хоть, не сумасшедшей — хотя у него есть на это все основания. Мне хочется сказать: никакая я не приезжая, я отсюда, и места эти мне отлично знакомы. Тут недалеко по дороге продуктовый магазин, где мы обычно закупались перед походом на пляж. Как он называется? Не помню, но он точно существует — или существовал пятнадцать лет назад. С тех пор прошло немало времени, но что такое время, в конце концов? В начале извилистой дороги — деревня, где жила няня Флора, а дальше в окружении оливковых деревьев — наши трулли, пыльные тропки, поля дикого укропа и полевых цветов и еще… Несмотря на капризы мотора, пару часов назад меня накрыло теплым, убаюкивающим чувством ностальгии, будто я путник, вернувшийся домой после долгих странствий. На дорожных указателях мелькали знакомые названия: Альберобелло, Мартина Франка, Локоротондо, Чистернино… Дорогие места из прежней жизни. Я узнавала запахи, вспоминала знакомые вкусы. Кажется, у меня и правда получилось. Я вернулась домой.