Укротить сбежавшую невесту. Академия Магического Надзора (СИ). Страница 20

Я открыла глаза и встретила его удивлённый взгляд. Он чувствовал это. Чувствовал, как часть его энергии уходит ко мне.

— Потом объясню, — пообещала ему тихо, и он, всё ещё не понимая, кивнул, доверяя.

— Раз… два… ТРИ!

Мы выбросили объединённый поток магии вперёд. Багрово-синяя, пронизанная серебряными нитями, молния ударила в невидимый барьер. Воздух затрещал, зашипел. Печать проявилась во всей своей сложной красе — мерцающая паутина древних символов, сотканная из света и тени. Она прогнулась под нашим ударом, пошла рябью, но не порвалась. Мы вложили в атаку всё, что могли. Я чувствовала, как силы покидают меня, пот градом катился по вискам, а в глазах потемнело. Но барьер лишь дрожал, осыпая искрами, и всё так же оставался целым.

Глава 31. Утро

Комната, ещё минуту назад наполненная дыханием свободы и бушующими эмоциями, внезапно погрузилась в оглушительную тишину. Её нарушали лишь отдалённые, но нарастающие звуки хаоса: гулкие шаги по коридорам, приглушённые крики, металлический звон тревоги, который теперь бился в висках ровной, неумолимой волной. Сердце по-прежнему колотилось, но уже не от бега, а от осознания содеянного. Мы выпустили древнюю силу. И Академия чувствовала эту потерю каждой своей каменной кладкой.

Я зажмурилась, прислонившись лбом к прохладному дереву двери. Где-то там, в тени, растворившись в самой тьме, был Ашар. Я ощущала его присутствие как тихую, тёплую пульсацию где-то за спиной.

«Надо собраться», — строго приказала себе и оттолкнулась от двери.

Сирена все еще отдаленно выла. Но если бы я спала, не услышала бы ее.

«Аэрон прав, — мелькнула трезвая мысль. — Ему нужно быть в своей комнате. И мне… мне нужно выглядеть так, будто я здесь, сплю, и понятия не имею, почему вся Академия сошла с ума».

Я быстро, почти механически, сбросила одежду, пропахшую пылью темницы и озоном от магии, приняла максимально быстрый душ в три минуты и натянула мягкую шёлковую пижаму. Ткань прохладной волной коснулась кожи, немного успокаивая. Я плюхнулась на кровать выключив основной свет и натянула одеяло с вышитыми лунными узорами прямо на голову, создавая тёмный, душный кокон.

Под одеялом пахло моим мылом и спокойствием. Я пыталась уцепиться за это ощущение, но мысли метались, как испуганные птицы. К чему приведёт наше вмешательство? Вычислят ли нас? Смогут ли магистры, чьи предки, возможно, и запечатали Ашара, почувствовать след моей магии, пусть и искажённой тёмной силой? А Аэрон… Мне безумно хотелось его поцеловать. Не мимолётно, не случайно, а по-настоящему. Чувство было тёплым, сладким и пугающе сильным. «Может, чуть позже, — подумала я, закрывая глаза. — Когда всё это уляжется».

Главное сейчас сделать вид, что это не я, нарушив кучу правил, выпустила на волю почти тысячелетнего духа, питавшего, как я теперь подозревала, половину защитных систем Академии.

Дверь скрипнула, и в комнату влетел лёгкий ветерок, а следом знакомое радужное мерцание.

— Ох, ты в комнате, — пропищал Сарж, снижаясь и грациозно приземляясь на подушку рядом с моей головой. Его перья были слегка взъерошены, будто он пролетел сквозь бурю. Комнату освещал лишь один ночной светильник, и в его мягком свете я увидела, как фамильяр, деловито почистив крылышки, устроился рядом. — Я переживал. Думал, тебя уже поймали с поличным, а ты тут уже лежишь, притворяешься невинной овечкой. Всё получилось?

— Ага, — сонно пробормотала, делая вид, что меня будят. — Мне помог Аэрон. Подробности завтра.

— Ого, — в его чириканье прозвучало неподдельное удивление. — Ну, хорошо. А там, снаружи, такой шухер, Лори. Даже ректор уже бегает по главному залу с лицом, похожим на помидор. У преподавателей будет весёлая ночка, благодаря твоим… стараниям.

Я снова натянула одеяло на голову, пряча улыбку.

— Нечего было удерживать бедное создание столько лет в подземелье, — пробубнила я в ткань. Голос звучал глухо, но твёрдо. — Мне ещё очень интересно, как он вообще оказался заперт там внизу. И главное — кем? Ну и зачем?

— Разберёмся завтра, — с лёгкой усмешкой согласился Сарж, укладываясь поудобнее. — А пока давай спать. Утром нам понадобятся все твои силы, чтобы отбиваться от вопросов.

— Угу… — ответила, и на этот раз притворство плавно перетекло в настоящую, тяжёлую, как свинец, дрему.

---

Утро пришло слишком быстро. Первые лучи солнца, пробивающиеся сквозь щели в темных плотных шторах, казались назойливыми и недобрыми. Я проснулась с тяжёлой головой и сжавшимся от тревоги желудком. Одевалась механически, надевая один из новых комплектов формы — тёмно-синий, с приглушённой янтарной жилеткой. Пальцы дрожали, застёгивая мелкие пуговицы на рубашке.

И тогда он появился. Не из тени, а словно вышел из самого солнечного луча, дрожащего в пылинках у окна. Ашар. Он был меньше, чем в темнице, размером с крупную собаку, но его присутствие наполняло комнату тихой, могучей силой. Он бесшумно подошёл и устроился на моей ещё не заправленной кровати, положив мощные лапы с тёмными подушечками перед собой и положив на них морду. Его огненные глаза, теперь более приглушённые, золотисто-медовые, смотрели на меня с безмятежным спокойствием.

Нервы мои тут же утихли. Я не смогла удержаться и, закончив с косой, подошла к нему, опустившись на колени перед кроватью. Погрузила пальцы в невероятно густую, дымчато-серую шерсть на его голове, услышав сразу тихое, довольное урчание.

— Всё будет хорошо, Ашар, — прошептала, глядя ему в глаза. — Мне, честно, немного страшно. Но я ни капли не жалею.

В ответ он издал протяжный, низкий мурлыкающий звук, от которого по спине побежали приятные мурашки. Уголки его пасти, казалось, дрогнули в подобии улыбки. И я улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как последние остатки ночного страха тают в его тёплом, безоговорочном доверии.

Тишину нарушил тихий, но отчётливый щёлк из стены.

— Кажется, письмо пришло, — прочирикал Сарж, усевшись на спинку кресла рядом и с явным интересом разглядывая Ашара. Дух лишь искоса посмотрел на маленькую птицу, но не проявил ни беспокойства, ни агрессии.

Глава 32. Зелье

Мы шли по ещё пустынным коридорам главного корпуса. Раннее утреннее солнце робкими лучами пробивалось сквозь высокие арочные окна, выхватывая из полумрака пылинки, танцующие в спокойном воздухе. Было непривычно тихо. Лишь наши шаги, приглушённые ковровой дорожкой, нарушали эту зыбкую, обманчивую идиллию. Странно, подумала я, учитывая, какой адский шухер творился здесь несколько часов назад.

Мои мысли лихорадочно метались, цепляясь за обрывки вчерашнего. Зачем я понадобилась Элиану так рано? Неужели он что-то понял? Уловил след моей магии, спутавшейся с древней силой Ашара? Или, что хуже, кто-то нас видел?

— Ты волнуешься, — голос Аэрона, тихий и спокойный, вывел меня из водоворота тревог.

Я вздрогнула и посмотрела на него. Его серебристые глаза изучали моё лицо.

— Не. Всё нормально, — усмехнулась я, стараясь звучать беззаботно, но выходило натянуто. — Просто… я не в первый раз в подобной ситуации. Сейчас я волнуюсь, но у магистра буду паинькой. Сколько раз я с детства попадала во всякие передряги, а потом разыгрывала невинность перед родителями.

— Ты, наверное, была ужасной шалунишкой, — улыбнулся Аэрон, и в его глазах мелькнула тёплая усмешка.

— Да, есть такое, — призналась я, и на душе стало чуть легче. — Мне никогда не сиделось на месте. Особенно в стенах дворца. Я хоть и принцесса, и у меня было всё, что пожелаю, но… настоящей свободы не было. Я старалась получить её всеми доступными способами. Пряталась, убегала, пробиралась в закрытые залы… Однажды даже умудрилась на неделю сбежать в город, переодевшись простолюдинкой.

Аэрон рассмеялся — низко, искренне, и звук его смеха разогнал последние призраки страха в коридоре.

— Я бы хотел на это посмотреть. А может, и сам бы присоединился к тебе, нарушая правила.