Ненормальный практик 11 (СИ). Страница 6

— Это невозможно. Не одобряю.

И всё, никаких объяснений.

Сюй только тихо усмехнулся.

Вновь тишина.

И её использовал уже другой человек, от которого не ждали.

Заговорил Шэнь. Тише обычного. Но всё также чисто, мелодично, без капли хрипоты, потому что Шэнь на тренировке голоса провёл больше лет, чем некоторые из присутствующих жили на свете:

— Почтенные. — поднял он подбородок выше. — Прежде чем уважаемое собрание примет окончательные решения, я хотел бы сделать заявление. Поскольку моё имя сегодня не звучало, но знаю, что оно звучало вчера в кулуарах, считаю своим долгом обратиться к собранию напрямую.

Зал тут же обратил всё внимание на него.

Что-то новое! Шэнь по протоколу не имел права говорить первым, не будучи спрошен, так что он мог ответить только если к нему обратятся напрямую. Но он использовал лазейку, которой пользовались только в исключительных случаях: Заявление в собственную защиту до возможного обвинения. Эту лазейку придумали ещё при династии Сун, и пользовались ею раз в столетие.

Великий Распорядитель сделал вопросительный взгляд в сторону Лорда Пэна. Пэн чуть наклонил голову — разрешено.

— Говорите, Лорд Шэнь.

Шэнь поднялся.

Очень-очень плавно, чтобы лысая голова была всем видна как можно дольше. Да, он специально играл на своём позоре и играл превосходно, превращая унижение в часть собственного выступления. Вот оно — высшее искусство публичного выживания во всей красе, и каждый в зале признал это, даже те, кто ненавидел Шэня всей душой… мастер чего уж.

— Я знаю, — начал он, — что в Поднебесной сейчас обо мне говорят одно. Что я бросил почтенного Лорда Вэя у Крепкого Ореха и сбежал. Что нарушил кодекс братства Лордов. Что опозорил свой ранг.

Он сделал паузу. Зал ждал.

— Это неправда.

По залу прокатились шёпоты. Не возмущения — удивления! Никто не ожидал, что Шэнь будет отрицать! Все думали, что он будет каяться!

— Я понимал, — продолжил Шэнь, — ситуация у Крепкого Ореха проиграна с того момента, как из крепости вышли четыре Лорда вместо двух. Стратегическая катастрофа, которую невозможно было выправить ни мечом, ни умом, ни смертью. И предложил Лорду Вэю отступить вместе. Сказал ему буквально, цитирую дословно: «Ты первый, я прикрою». Был готов остаться и принять на себя удар. Лорд Вэй — почтенный, благородный, бесстрашный… отказался. Сказал, что он прикроет. Что, как старший по возрасту и званию, он не позволит мне рисковать. Я возражал. Но Вэй настоял. Это было его право и его выбор. Я ушёл, как он мне и приказал. Сделал это с тяжёлым сердцем, но выполнил приказ старшего товарища. И теперь, когда Лорд Вэй мёртв и не может подтвердить мою версию, меня обвиняют в трусости… Я… ради своего брата я готов принять любое наказание, которое сочтёт нужным Сын Неба. Уже принял первое — то, что вы видите на моей голове. Но прошу собрание учесть: моя версия событий — единственная честная версия. Всё остальное — слухи, придуманные людьми, которых там не было. У меня всё.

И сел.

Очень прямо. С достоинством Лорда.

Зал молчал.

Небеса, это было блестяще! Все понимали, что лютое враньё! Да каждый человек в этом зале с многолетним стажем понимал, что всё это ложь, потому что Шэня знали все! Все! И Вэя знали все, и взаимоотношения между ними знали все, и кто кому что предлагал в последний момент перед катастрофой, легко угадывалось по характерам! Но также все понимали, что доказать это враньё нельзя. В этом и была проблема… Вэй мёртв. Свидетелей договорённости нет. Шэнь говорит то, что выгодно самому, и говорит так уверенно, и так печально, и так благородно, что любой, кто попытается его опровергнуть, окажется в роли мстительного клеветника без доказательств! Мастерство, достойное уважения, даже если ты ненавидишь его! Вот как делались дела в Китае.

Лорд Пэн глубоко вздохнул. Посмотрел на Шэня очень, очень долго. Потом сказал:

— Спасибо за разъяснение, Лорд Шэнь. Ваша версия принята к сведению. Сын Неба, полагаю, рассмотрит её в установленном порядке.

В его тоне все услышали: «Я не верю тебе, но из-за нашего положения из-за Северова, я пока не стану тебя за это добивать». По сути это была отсрочка. И Шэнь, внутренне выдохнув, принял её, кивнув лысой головой.

— Благодарю, Лорд Пэн.

Собрание длилось ещё четыре часа.

В итоге было принято следующее. Первое — на устранение Александра Северова отводится трёхмесячный срок. Второе — координацию принимает на себя Лорд Сюй из Восточного Моря. Третье — секты подключаются с задачей нарушения логистики имперского Северного фронта. Четвёртое — Лорд Пэн выделяет с горы Тысячи Туманов десять своих учеников, по одному на каждое подразделение. Пятое — Лорд Гу Бэйшань берёт на себя аналитическое сопровождение операции и работу с архивами Тайной Канцелярии, к которым у остальных доступа нет. Шестое — Шэнь отстраняется от участия в активной фазе операции до особого распоряжения Сына Неба, с правом наблюдения и совещательного голоса. Седьмое — всё, что относится ко второму слою плана Сюя, не протоколируется и больше не обсуждается.

Когда Великий Распорядитель ударил в бронзовый диск три раза, объявляя закрытие собрания, в зале все уже устали. Сорок два человека выходили друг за другом, кланяясь, и каждый думал о том, чего так и не высказал.

Шэнь вышел одним из последних. Не торопясь, наслаждаясь временной свободой, ну и своим великолепным выступлением, хотелось даже выпить. Обычно в коридоре его всегда ждала делегация — слуги, ученики, подхалимы, аристократы, и все льстивы, угодливы, кланяются в пол. Но сегодня никого не было. Опять же — часть наказания, при чём не прописанная в указе, что дескать не полагается общаться с Лордом, честь которого нуждается в восстановлении. Конечно же, Шэнь запомнил этот день и всех тех, кто больше его не встречает. Однажды он отомстит и им.

Он шёл по коридору один, в раздумьях, как у поворота на восточное крыло его ждал человек.

Мужчина в простом тёмно-сером балахоне без знаков отличия. Лицо обычное щекастое, загорелое, выбритое — обычный китаец, что забудется через десять секунд после того, как отвернёшься от него. Но из-за мантии Шэнь понял — кто он. Посланник.

— Лорд Шэнь. — Человек уважительно поклонился. — Прошу уделить мне несколько минут. Мой Господин просит передать Вам Его внимание и Его пожелания.

Шэнь остановился. Не стал спрашивать про господина, так как итак знал.

— Что ж, пара минут найдётся.

Они отошли в сторону, к узкой каменной лестнице, подальше от любопытных глаз.

— Мой Господин, — произнёс тихо посланник, — выражает Лорду Шэню сочувствие в связи с тем, что произошло. Мой Господин понимает, что наказание было суровым. Мой Господин также понимает, что Лорд Шэнь — человек гордый и у Вас хорошая память. Мой Господин уважает в Лорде Шэне эти качества и не видит в них недостатков.

Шэнь молча слушал.

— Также мой Господин, поручил мне передать следующее. Сегодняшнее собрание приняло решение, что Александр Северов будет устранён в трёхмесячный срок. Мой Господин полагает, что собрание ошибается в сроках. Мой Господин лично изменит решение и даст собранию ровно один месяц.

— Один месяц?

— Верно, Лорд Шэнь. Не больше. — Посланник чуть помолчал. — Мой господин также присутствовал… в определённом смысле… на сегодняшнем собрании. Он внимательно выслушал заявление почтенного Гу Бэйшаня. Мой Господин разделяет его опасения и считает, что Лорд Гу прав, и что мы имеем дело не с Лордом, а с чем-то другим. И именно поэтому, — посланник наклонился к Шэню, — мой Господин даёт собранию один месяц, а не три. Иначе цель станет сильнее, чем мы можем себе позволить.

Шэнь удивлённо поднял брови.

— Хотите сказать, Северов столь быстро растёт?

— Хочу сказать, что мой Господин не хочет проверять верхнюю границу этого роста на собственной шкуре. Если по истечении одного месяца Северов всё ещё будет жив, моему Господину придётся взяться за дело лично. А если ему придётся взяться лично — придётся одолжить руки. А руки, которые он одалживает… — посланник смолк, выбирая слова, — стоят дорого. И платят за них не деньгами. И, как полагаю, Лорд Шэнь, после сегодняшнего разговора в Зале Восьми Ветров Вы догадываетесь, к какой категории сил относятся эти руки.