Дипломатическая академия (СИ). Страница 29

— Этот Первозванов вообще без мозгов, что ли? — удивился князь. — Он даже не удосужился выяснить, что Адам — один из лучших стрелков Москвы. Если Адам его вызвал, значит, Первозванов выбирал оружие и вполне мог бы сабли или другое холодное оружие заявить. Он же, вроде, в триатлоне с этим, длинным мечом, победил? Ну, нам не важно. Адам сейчас проблему закроет, и в понедельник можно будет подать прошение об освобождении помощника Адама и остальных слуг.

Почти через час, завершая возиться с коллекцией, князь позвонил сыну: — Гедеон, что там с дуэлью?

— Я не смог дозвониться до Адама, — ответил наследник. — Его приятель тоже не отвечает, только недавно прислал сообщение, что Адама везут.

— Куда везут? — удивился князь. — Они что, за городом дуэль решили проводить и туда едут? Или место никак не выберут?

Заканчивал «работу» с коллекцией князь тоже всегда одинаково — ему приносили чай, и он молча любовался лучшими моделями, расставленными на столе, держа чашку и блюдце в руках и отпивая душистый чай «Эрл Грей» маленькими глотками. Вот и сегодня он сказал слуге, чтобы чай принесли. Но вместо чая, ошалелый слуга, с широко раскрытыми от ужаса глазами, открыл дверь и глотая слова и заикаясь, произнёс: — Ваше сиятельство, там Адама привезли…

— Кто и куда привёз? — князь поднял грозные очи на слугу и тот сжался, отступая от двери.

— Вот же бестолочь, а не слуга, — подумал князь, вставая и выходя в коридор.

Навстречу ему стремительно шёл Гедеон. Князь удивился тому, насколько бледен и взволнован сын.

— Там Адама, — наследник сглотнул и договорил фразу, — привезли.

Быстрым шагом князь Радзивилл вышел из дворца, стремительно спустился по мраморной лестнице к машине скорой помощи, из которой выдвинули тележку-кровать. Уже догадываясь, что находится на каталке, но не веря в происходящее, Ян Кристинович решительно откинул простынь. Сын. Адам. Лежал с закрытыми глазами. Бледный. Спокойный. Безмятежный и немного удивлённый. Мёртвый.

Чуть выше правого глаза на лоб был наклеен небольшой кусок пластыря; пластырь пропитался кровью с внутренней стороны и на этом месте на розоватой поверхности образовался тёмный кружок.

— От пули, — эта банальная мысль сама собой пришла в голову Яну Кристиновичу. Хотя ему показалось, что сейчас за него думает кто-то другой. Он думать был не способен. За спиной главы рода раздался крик и со слезами и рыданиями на грудь мёртвого сына упала мать…

Москва. Студия телеканала «Северный ветер».

… на экране закончился очередной сюжет с осеннего праздника, и камера переключилась на ведущую в студии.

Слегка тряхнув модной стрижкой «каре», ведущая вдохновенно, но с печалью в голосе продолжила программу: — Ещё одно, к сожалению, траурное, событие из светской хроники. Сегодня в результате смертельного ранения на дуэли, погиб княжич Адам Янович Радзивилл. Мы демонстрируем вам видео, активно пересылаемое в социальных сетях, где, как утверждается, представлен поединок. В сообщениях к посту высказывается недоумение в связи с тем, что княжич, удостоенный от друзей позывного «Снайпер», постоянно демонстрировавший крайне высокие результаты в стрельбе и имевший множество побед на дуэлях, оказался сражён пулей.

— Дуэль проводилась около бильярдного комплекса «Полигон» в Крылатском. Как сообщило нам руководство заведения, княжич Адам Радзивилл, как и другие аристократы, их частый гость и в субботу он отдыхал там с друзьями. В комплекс прибыл Андрей Первозванов, обвинивший княжича в организации недавнего покушения на себя и давший, в связи с этим, негативную характеристику юному представителю рода Радзивиллов.

— Вы видите видеозапись, которая велась в бильярдной «Полигон» во время конфликта. Вот Первозванов рассказывает о покушении на себя и нелестно высказывается о противнике. В ответ княжич вызывает его на дуэль, и они выходят из зала. Сам поединок проводился буквально в тридцати метрах от «Полигона». Как сообщило руководство комплекса, каких-либо претензий к их предприятию у правоохранителей нет, и бильярдная по-прежнему работает ежедневно с четырнадцати до шести часов утра.

— Что касается второго фигуранта поединка — Андрея Первозванова, то о нём мало что известно. В этом году он представлял Владимирскую область на одном из самых престижных соревнований — имперском триатлоне, где и победил. Это позволило ему поступить в Дипломатическую академию. Известно, что у Первозванова есть позывной «Судья», он увлекается военными видами спорта и владеет несколькими языками.

Выдержав небольшую паузу, ведущая грустно улыбнулась: — Телеканал «Северный ветер» продолжает обзор вечерней жизни крупнейшего мегаполиса Европы. Далее в нашей программе: приём в честь международного дня балета; ко всемирному дню архитектуры откроется выставка; на день рождения битломании посольство Англии проведёт приём. А сейчас — небольшая реклама.

Глава 14

Москва. Квартира Андрея Первозванова на Остоженке.

Ещё во Владимире, в госпитале, прокручивая варианты дальнейшего развития событий, я посчитал, что дуэль почти неизбежна. Проснувшись, я с полчаса обдумывал вчерашнюю поездку в бильярдную и последующую дуэль. Логика утверждала, что всё произошло по наиболее вероятному сценарию. Психика сомневалась. Видимо, осознание произошедшего ещё настигло меня не до конца. А может быть, и до конца — жизнь покажет. Просто часто логика и психика даже в одной голове имеют разные взгляды на одни и те же события.

Вспомнив, что кормил меня ужином Иван Штерич, с которым мы не попрощались, пошёл его искать — может, он не уехал?

Захожу в гостиную, вижу, что в углу большого дивана сложено бельё. Иван сидит в кресле и листает смартфон. Услышав шаги, он поднимает голову: — Не рискнул тебя оставить вчера. У меня сложилось впечатление, что тебя похоже, вечером поколбасило?

Согласно киваю головой: — Что есть — то есть. Не то, чтобы сильно, я психологически к этому готовился, но ощущения, конечно, не очень приятные. Непривычно чувствовать себя…

Штерич отвечает: — У всех после первого раза реакция неизбежна. Только у каждого своя. В разной степени негатива.

Удивлённо спрашиваю: — Ты откуда знаешь?

— Я же полгода за «ленточкой» был? Так что много чего повидал. И сам после первого раза дня три успокоиться не мог. Но там, за «ленточкой», проще: за линией боевого соприкосновения однозначно враги. Если интересны мои впечатление оттуда, расскажу. А сейчас предлагаю перекусить, а потом тебе, как я понимаю, надо ехать на выездку. Твой Ветер без прогулки не может. Я бы тоже с тобой съездил, чтобы лично познакомиться с Ветром и пожать его мужественное копыто. Ну и вручить сахарную медальку чемпиону!

По дороге Иван рассказывает мне о своём боевом опыте: — Я после лицея контракт на полгода подписал. Две недели сдачи нормативов и зачётов, потом две недели слаживание в составе отделения и дальше — за «ленточку».

— А что так быстро? — удивляюсь я.

— Ну, у меня образование — военный колледж, семья — военная, поэтому и стрельба, и квадрики, и в целом штурмовая тактика с детства знакомы. Мне, по сути, первоначальная подготовка не сильно была нужна, особенно с учётом того, что меня на командира отделения поставили. А эта должность сержантская, больше исполнительская, чем командная. Вот командир взвода — это обязательно офицер. Но там и функции другие, и ответственность тоже, — рассказывает о своей военной карьере баронет.

Посмотрев с минуту на пролетающие за окном московские улицы, Штерич продолжил: — Сейчас особенно большой интенсивности боёв не бывает. Фронт застыл. Редко где движуха долго держится. Мы тоже больше бодались за улучшение тактических позиций и все полгода моей военной службы прошли в борьбе за овладение двумя домами. Там хутор — почти весь под нами, но два дома на окраине находятся на верху холма — и они под венграми. Летом мы их давим, так как у нас внизу «зелёнка» и они нашу подготовку к атаке не видят. А зимой, когда листьев нет, они нас отгоняют, так как они на господствующей высоте. Наш взвод, и моё отделение тоже, в начале осени попытались венгров выдавить. Зацепились удачно, прижали противника, моё отделение с фланга обходит. Выбегаю я, полусогнувшись, из-за какого-то сарая, а навстречу мне — венгр. Я даже автомат не вскидывал, от бедра очередью полоснул и видел, что пара пуль ему в шею попала. Тут же развернулся и назад, за сарай. Ребята подтянулись, глянули мы — он лежит, холодный уже. Тогда мы их так и не дожали, хотя поначалу удачно атака шла. А я потом два дня в себя приходил. Может, если бы я его труп не увидел, это бы такого сильного впечатления не произвело. Там, вообще, всё проще: есть мы и есть они. И или ты останешься жив и друзей своих сбережёшь, или они будут жить дальше и веселиться, а в твой дом придёт смерть.