Дни подснежника, или В поисках вечной весны. Страница 3
В Сочи даже дышится свободнее, сюда приезжают душу реставрировать от столичных новостей. Бесконечностью море и небо отменяют пространство, если нет меры вещей и расстояний, значит, и время замедляет свой бег. В Москве все твердят: времени нет, а здесь я ощущаю его течение: вжих – вжи-и-и-их, набегает волна – утешающий звук, никогда не надоест. Живем не по прямой достижений, а день за днем. Работаю с десяти до полудня и с вечера – в ночь, днями на море, уходящим за горизонт событий, что уже не здесь и не с нами… worklife balance. Я и свой ноутбук, где у меня вся жизнь, окрестила Paradise – рай. Бывшие начальники давали имена «своим девочкам» – машинам, верным спутницам в московских пробках, единственной территории, где между офисом и семьей были сами собой. Почему бы и мне не дать имя тому, кто освободил и позволил путешествовать куда и когда хочу?
Забавная траектория у меня получилась: Скандинавский север – Сочи – Средиземное море – город огней Москва – много-много дорог по Европе и Африке – и снова Сочи, будто вернулась домой. Извилистая тропа, вобравшая в себя – и исторгнувшая все чужие пути.
Жаль только, что это история человека, чьи мечты сбылись, когда мир вокруг запылал и начал разрушаться. Повесть – как письма на другой берег времени и судьбы.
18
И как путь состоит из отрезков, так новое жилье гибрид предыдущих. Первый год – Лысая гора и полеты над городом в полнолуние у панорамных окон ЖК, предрассветные крики петухов из окрестных деревень и где-то в горах голос флейты, к морю километрами спускаемся по увитой виноградом Учительской, даже заприметили любимую калитку со львом и номером 27, на следующий уже живем в доме 27 под буквой «а» – и рыжая кошка ночами, запрыгивая с земли на парапет вокруг дома, приходит к нам на подоконник седьмого этажа, который на самом деле второй – Сочинские фавелы. Прошлый год на седьмом этаже нового ЖК «Москва» и вместо петушиных меня будят крики павлинов из Дендрария: каких-то пару лет – и заработали на «пять минут до моря».
В новой квартире из окна видно море, а я сама тайно вылезаю покурить через него на террасу крыши, как Карслон. Или рыжая кошка, которую когда-то не смогла приютить.
19
В Сочи праздничный шторм, 9 баллов. Крещенские купания отменили.
Последний раз у моря я была на Крещение на скалах Афродиты.
Существует легенда: если доплыть и коснуться камня, обретаешь вечную юность. В студенчестве я доплыла. А той зимой захотелось вернуться на берег юности.
На Кипре – забастовка автобусов. Никто никуда не едет.
«Нельзя к мечте прикоснуться дважды», – думала, сидя в кафе на набережной.
Живая музыка – скрипка, белые корабли у причала, ласковое солнце. Пила красное вино и подкармливала воробьев орешками. На обратном пути заблудилась и спросила дорогу ровно у того человека, кто ехал в сторону берега Афродиты. На дамбу – взглянуть, поднялась ли вода. На Кипре не опресняют морскую воду, как на других островах. А пресной не так много: талые реки с гор Троодос. Дамба – как источник живой воды, многие ездят проверять ее уровень, как надежду.
На берег Афродиты мы попали как раз проводить закат. Зрелище напомнило финальную сцену из фильма «Цвет Волшебства»: как это можно забыть!
Бродила по воде вдоль берега и смотрела, как в волны садится солнце.
Пафос, сказал Виталий, с греческого языка переводится как «страсть».
Мечтай страстно – и отпускай мечту, как птицу в небо. С благодарностью за то, что имеешь и без нее.
– Спасибо, что подарила мне закат, – сказал на прощание. – Два года не видел, хоть и на берегу живу, вечно за рулем.
А имя Виталий происходит от «vitality» – жизненная сила.
20
В жизни должны быть смысл и радость, или хотя бы что-то одно.
Дорогая читательница Дневника смотрителя Маяка, я потеряла твой адрес, как и надежду ответить на вопрос, действительно ли он нужен, чтобы светить вам всем в темном море сети…
Задумка творческого блога тоже принадлежит Сочи: как-то вечером, возвращаясь с прогулки по набережной, увидела, что одно окно в высотке над морем горит ярче других. Словно для меня. В соцсетях ощущала себя, как на ярмарке тщеславия – и скучала по Живому журналу. В нулевых мы вели в сети дневники и писали друг другу длинные письма, ради которых хотелось просыпаться даже в самый дождливый понедельник в году. А потом Живой журнал умер, и мне пришлось зажечь свой Маяк.
…Но твои шоколадные конфеты из новогоднего подарка с кофе – это чистая радость бытия. Спасибо за новый смысл утра!
21
Вчера отмечали самый грустный понедельник года: после праздников люди трезвеют, вглядываются в новую жизнь – и впадают в уныние.
Я опять всё пропустила: у нас Юкка зацвела (родина Невада и Мексика). Сочи – город-герой, город-госпиталь, но большинство мемориальных табличек посвящено не мертвым людям, а живым деревьям. Сочи – город-сад Земли: растения из всех ее уголков цветут день за днем, сегодня – Америка, завтра – Япония. Можно никуда не уезжать, гуляя по улицам, как по неизведанным континентам.
…В ночном небе над морем сегодня Великий Парад планет: Сатурн, Меркурий, Нептун, Венера, Уран, Юпитер и Марс выстроились в шеренгу. Следующий, пишут в Sky Tonight, будет через двадцать лет. Над морем видно только Венеру, Юпитер и Марс.
Помню, Сатурн – страшная планета смерти и времени – преследовала меня во всех пейзажах в год, когда умирала и писала «Безбрежные дни», а сейчас ее не видно: горизонт моря скрывает. Сегодня ярче всех планет сияет Венера. Она и оказалась моей путеводной звездой, пусть год пройдет под знаком любви.
22
Смотрю на волны, которые всегда возвращаются другими и все теми же, думаю о времени. Точнее, о том, как важно прибыть вовремя. Я всегда прихожу слишком рано, даже в аэропорт, а потом жду отложенных рейсов.
Писала автофикшн всю жизнь, получая неизменный ответ издательств: «Пушкин автобиографию не писал», а теперь все «современные классики» исследуют травмы детства и юности, премиальный тренд. Премии молодым тоже появились, когда преодолела предел возраста. И таких «дверей Кафки» в моей жизни десятки, если не сотни.
Отсюда вывод: никогда не приходите заранее – первопроходцы не выживают. Прибыть точно в срок редко кому удается. Наверное, лучше опаздывать, но сразу бессовестно намного, чтобы не раздражать, а вызывать ностальгию по лучшим временам.
Помню, черным летом 2022-го я тепло смеялась над «запасами туалетной бумаги» в романе «Море спокойствия» Эмили Сент-Джон Мандел… Хотя некрологов в пандемию оплакала не меньше.
23
В «Дивноморской ракушке» перестали подавать кофе и чай.
– У нас ребрендинг, напитки только под морепродукты: пиво, вино, глинтвейн…
– Спасибо, не пью днем, мне еще работать до позднего вечера.
Невольно бросаю взгляд на пустое ведро с надписью «Чаевые». В прошлом году на его месте стоял плюшевый розовый мешок с налепленной скотчем фотографией белых фантастических пещер, почти как мой Белый город, и надписью «На мечту». Мешок всегда был полон под самые завязки.
– А где Милана?
– Уплыла в Турцию, гидом теперь работает в своей, как там ее?..
– Каппадокии.
Круизный лайнер сверкает огнями ночью у причала Морпорта.
Похоже, Сочи – Касабланка не для меня одной.
24
Моя Касабланка населена дивными персонажами.
Сладкоголосая Сирена: «Горячее пиво, жареное мороженое, пицца, паста, барабуля… У нас всё-ё-ё есть!», под ее песни начинаешь во всё и всем вокруг верить.
Белокурая Флора с мешком костей и букетами роз, должна бы продавать мужчинам цветы, но бегает по набережной с криками «Куда убежали мои кобели?» (в Сочи полно бродячих собак, и она их кормит).