Системный приручитель 3 (СИ). Страница 51

Убили её обломки вертолёта: один пробил грудь, второй в месиво превратил лицо. Через дыру от обломка Сергей и вынимал эти дурацкие эссенции — а теперь там вырос мерзкий рот с тентаклями.

Удар монашки ушёл в молоко — зомби легко, будто играючи, уклонилась. И это при том, что ей разнесли ногу ниже колена. Выстрелом, наверное. А из стопы другой торчал обломок стрелы.

Зомби выбросила вперёд длинную руку — и пальцы с оголёнными острыми костями, покрытые полосками мышц, вонзились монашке в правое плечо и грудь.

Монашка заорала — страшно, отчаянно. Но дёрнула копьём и всадила твари под рёбра приделанные под наконечником когти. А Марина… Марина вдруг рванула вперёд — и осознала это только тогда, когда уже замахивалась.

Драться мечом ей не доводилось. Её, разве что, пару раз один из папиков таскал на лазертаг — это было весело. А фотки в камуфляжных шортиках и маечках с игрушечными пушками в руках хорошо оживляли инсту.

Зато, совсем недавно в деревне Сергей учил её колоть дрова. Ей, конечно, это нафиг было не надо, но Марина понимала, что мужики любят чувствовать себя мужиками.

«Ах, ты такой суровый и сексуальный! А как это делать? Ой, я точно так не смогу!»

А на деле — делов то.

Замах — от души, прям из-за головы. И — долбануть сверху. С тяжёлым колуном и сил-то не надо было толком прилагать, справлялись вес колуна и гравитация. Главное усилие — это его поднять.

Раз — и в осиновой маленькой чурке трещина. Два — и чурка разлетается на две половины.

Ну, если чурка маленькая.

И без сучков.

В удар мечом Марина вложила все силы. Она не бой-баба, конечно, но в зале своё тело блюла в идеальном состоянии. Ударила от души. А в руке зомби сучков, конечно же, не было.

Серебристая сталь легко перерубила мясо и кость — без сопротивления, как нож сквозь масло. Раз — и отчекрыжила. Марина перестаралась, не успела остановить меч и загнала его в землю, чуть не свалившись сверху. Отчаянно вцепилась в рукоять, чтобы удержаться на ногах — и только загнала своё оружие ещё глубже.

Отрубленная рука, правда, и не думала отцепляться — задёргалась и ещё глубже вогнала в монашку костлявые пальцы.

А зомби не остановилась, ударила второй — с зубастым жутким лезвием. Марина уже думала, что монашке конец, но та успела отпрянуть в последний миг. Зарычала от натуги и, держась обеими руками за конец черенка копья — или как там оно называется? — отбросила зомби в сторону, свалив на бок.

Сколько же силы в ней, блин? На бодибилдершу она не похожа!

Только сейчас начало приходить понимание: прокачка реально решает. А ведь Марина до сих пор слабо верила в это. Разумом вроде как понимала, но принять новую реальность не могла.

Монашка выдохнула:

— Помогайте…

И Марина помогла — правда, с другим.

Бросила меч и, содрогаясь от омерзения, вцепилась в предплечье отрубленной руки. Оторвала от плеча монашки — только кровь брызнула из глубоких ран — и зашвырнула куда-то в сторону огорода.

Тут же — вцепилась в копьё с другой стороны, помогая удерживать зомбячку у земли. Тем более, её даже не наконечником пришпилили — просто воткнули в бочину когти. Сорваться — как нефиг делать.

Помощь пришла, откуда не ждали.

Бешеный негр заметил перед собой новую тварь, рванул к ней и вцепился обеими руками в косу. С рёвом дёрнул на себя — и зомби оторвалась от земли, как пушинка. Заодно соскочив и с когтей на копье.

Негр взмахнул ею и с размаху влепил спиной в здоровенный котёл, в котором на костре варились кости. Вроде как, для какого-то клея. Звучит, как бред, но так вроде бы реально бывает. Никита собирался что-то мастерить с ним.

— Нет… — простонала рядом монашка.

Марина, впрочем, едва её расслышала — бахнуло знатно. За гулким ударом был слышен ещё и смачных хруст позвоночника. Такой мерзкий, что аж зубы свело.

Котёл опрокинуло набок, со звоном запрыгала крышка, а содержимое вылилось в траву вместе с измельчёнными костями. Поднялся пар, а зомби свалилась прямо в костёр, породив целый столб искр.

Негр тут же дёрнул её на себя — но лишь без толку взмахнул косой со шматом кожи. Он оторвал нафиг скальп, оголив череп!

Рывок, правда, помог зомбячке выкатиться из огня. Загоревшуюся — пока ещё слабо — одежду она будто и не заметила. Негр отшвырнул косу — она прилетела прямо в висящую на бельевой верёвке рубашку.

— Эй! — рявкнула Марина. — Я её стирала, вообще-то!

Монашка покосилась на неё, как на дуру. Не, ну а чего он? И вообще… Ой, всё!

Отпустив копьё, Марина бросилась к мечу. Непонятно, что будет дальше, но стоять без оружия сейчас точно не стоит.

Сильнее всего Илье хотелось с разбегу убиться об стену.

Зам, блин. Правая, мать её, рука дядь Никиты. Доверенное лицо. И что по итогу? Свесили всё охрану на Машу. Да, угрозу она заметила быстро — вот только какой с этого толк? Пули тварь не взяли, а они к бою оказались не готовы.

Ружья и щиты в доме, как и броня, копья под рукой только у него и Миши. Илью тварь ещё и вывела из боя самым первым. Проскользнула вдоль древка, полоснула по шее когтями. А он…

Когда брызнула горячая кровь и пришла боль, Илья просто перепугался. Это же шея, мать её. В том, как убить человека, он разбирался паршиво. И всё равно понимал, что удар в шею — верный способ. Там ведь и сонная артерия, и… Ну, что-то ещё точно. Кадык там, пищевод, вот это всё.

Замер от страха, инстинктивно прижал ладонь к ране. Даже не осмыслял это толком, просто хотел хоть как-то остановить кровь. В голове тупо металась туда-сюда одна единственная мысль: «Я умру, да?»

А замереть в бою — идея чертовски паршивая. И повезло, что зомби ударил во второй раз не когтями, а рукой, которую повредила выстрелом Мэй. Влепил в грудину так, что Илью сбило с ног. Из лёгких вышибло воздух, он долбанулся затылком об камень…

Пока продышался, уже подскочила Лена с настойками.

И ситуация, мать её, становилась всё хуже и хуже. Марина спалилась, Миша тоже ранен. Патроны почти кончились, твари уже две. Обе покоцаны — но живы. Олег с катушек слетел, и им теперь после зомбей придётся как-то его утихомиривать. Если он раньше не убьётся.

И Кузнецова ещё. Юля…

Вообще-то, рыжая до чёртиков бесит. Но, увидев, как она лежит без движения в траве рядом с Мишей, Илья взбесился. В теле разлилась слабость, и только эта злость позволила парню подняться на ноги.

И он даже точно не знал, на кого зол больше: на зомби или на себя-дурака.

Все отвлеклись на Олега, в рукопашную схлестнувшегося с тварью в охваченной огнём одежде. Та ударила — а он перехватил руку в горящем рукаве голой ладонью. Впечатал в бесформенную морду кулак. И ещё раз, и ещё…

Распахнулся рот на груди зомби, щупальца скользнули внутрь — чтобы через миг швырнуть в Олега короткий костяной шип. Без промаха, мать его — прямо в плечо. Только вот берсерк даже не заметил этого, продолжив месить тварь кулаком.

Чёрт…

Мало того, что Олег калечится — они сейчас ещё и пожар устроят. И лезть к ним себе дороже — берсерк ведь и на своих может переключиться.

Илья с топором в левой руке двинул к первому зомби, которого остальные уже будто бы за угрозу не воспринимали. Он барахтался на земле и уже почти поднялся на ноги, упираясь в траву половинкой головы и оттопырив кверху зад.

Его руки уже почти не шевелились, белёсые нити пожухли и больше не извивались. Скорее — просто вяло трепыхались.

Мозгов в раскуроченной черепушке нет, крови нет… И как его убивать вообще? Тоже поджечь? Дядя Никита как-то про кучу дохлых полёвок сказал, что сжигать их бесполезно — дров уйдёт неадекватно много. Чтобы сжечь труп до углей, топлива нужно много. А поверхностная обжарка зомбя вряд ли впечатлит.

Что остаётся? Сердце? Даже не смешно, блин — таким и обычного крюкача не пронять. Но и бессмертными зомби быть не могут, просто потому что не могут — и всё. Какой-никакой баланс у Системы настроен и работает.