Долг человечества. Том 6 (СИ). Страница 11

— Докладываю. — Бледная, как поганка, Катя, представ передо мной, стушевалась ненадолго, но взяв себя в руки, заговорила. — Греллинского военного лагеря у подножия больше нет.

— Так, и где он? — Сдвинул я брови.

— Наверху, судя по всему, в полном составе. Мы обнаружили много трупов этих псов, а так же дыры, прокопанные ими, они искали вход в недра. — Дополнила она.

— То есть, наша гора сейчас наводнена ими внутри? — Спросил Боря.

— И внутри, и наверху. А еще, мы пробрались к спуску к лифту, его они тоже обнаружили и уничтожили. И звуки, ребят… Они режут инсектоидов, а те жрут греллинов. — Позеленела Катя, меняя окраску лица, как хамелеон. — Мы сами не видели, но звучит омерзительно.

— И что делать? В потемках, между тараканов и собак, как вообще нам быть? — Вид у Владимира был затруднившийся. Он силился придумать, как действовать, но не мог.

— Это все, что удалось узнать? — Сложил на груди массивные руки Муромец.

— Мы ее, похоже, не отобьем, — скосила заместительница взгляд, виновато пряча глаза, — ну, или сделаем это, но я и ломанного гроша не поставила бы на наш успех.

— Тогда выход один, Марк, пора тебе признаться, что твой дом возвращать слишком опасно, и мы могли бы с чистой совестью, зная, что сделали все возможное, выдвигаться всем составом на север. — Перевел взгляд на меня Илья.

— С чего вы решили, что это невозможно? Откуда такая мысль? — Пока что я проигнорировал старую пластинку Ильи и обратился к разведчикам.

— Вот тебе факты, Марк. — Кинжальщица принялась загибать пальцы. — Мы там от одних только инсектоидов чуть не померли, а были при этом хорошо вооружены. Это раз. Два, сейчас там резня, и неизвестно, когда и в чью пользу она закончится. Три, они ее разрушают, Марк. Когтями, или не знаю чем, они наделали в ней столько дыр, что сейчас она больше походит на сырную головку в разрезе, нежели на гору.

— Дыры? — Я зацепился за идею, живо ее представив.

— Да! Они копали! — Бросила девушка.

— Черт, там же базальт, из чего их когти… — Почесал затылок Владимир.

— И ты утверждаешь, что все враги внутри? — Продолжил я задавать уточняющие вопросы.

— Лагерь снаружи свернут, где им еще быть? — Пожала она плечами, явно не понимая, к чему я клоню.

— Кто из вас разбирается в геологии? — Обвел я взглядом присутствующих, но понимания в глазах не нашел. — К черту, слушайте меня. Наверху у нас сероводородные источники. Знаете, что предшествует формированию минеральных отложений на подобных возвышенностях?

— Что? — Уставились на меня присутствующие.

— Метан. Шахтный метан. А знаете, что мы упускали все это время? — Я буквально не мог больше стоять на месте, когда идея стала обретать плоть.

— Что⁈ — Нетерпеливо уставились на меня люди.

— Мы можем помочь ему взорваться. Большой бум. Большо-о-ой бум.

Глава 6

— Какой *нецензурно* метан? Марк… — Выругался Илья, осознавая, что я только что сказал.

— Газ такой, летучий очень, — пояснил я, глядя на непонимающие лица своих офицеров, — горючий, чрезвычайно взрывоопасный газ.

— Я знаю, что такое метан, я не понимаю, как тебе могла прийти в голову идея его взорвать! — Продолжал он, пока все остальные лишь остобленело глядели на разворачивающуюся драму.

— Ладно, давайте я поясню. — Выдохнул я, смиренно принимая то, что без объяснений тут вряд ли получится.

Начал я издалека, объяснив, с чего я решил вообще, что он там есть. Внизу есть органика, наверху есть сероводород. Наличие метана обосновано. То, что мы им не траванулись и не взорвались, говорит о двух вещах. Для начала, он поднимается наверх. Но не концентрируется, потому что есть выход. Несколько дыр, две из них рукотворные, западный проход на склоне и шахта лифта.

То, что мы еще живы после того, как использовали бомбы, динамит, Варину магию и масляные лампы, говорит о низкой концентрации метана. Так что ему нужно помочь. Концентрацию его мы увеличить не сможем, а вот добавить еще один газ, для создания опасной смеси, можем вполне. Нужна всего-навсего электростанция.

И, как здорово, но она у нас есть. Муромец. Методом электролиза мы можем разделить воду на кислород и водород. Берем щелок, воду, и производим постоянную подачу тока на анод и катод. С последним, вероятно, могли бы быть проблемы, но с тех пор, как у меня появилась фантомная магия — уже нет.

— Так, и что дальше? — Нахмурился Боря.

— Большой бум, Боря. — Ответил я.

Наверное, мои идеи бывают эксцентричными. Пожалуй, я соглашусь с этим, но сегодня я превзошел сам себя. Честно говоря, лучшего шанса заполучить все очки обучения и очки достижений одним махом, без какого либо риска, может никогда не представиться.

Повисла тишина. Во взглядах окружающих легко читается непонимание, боюсь, они решили, что я тронулся умом, но на самом деле, все логично, кроме одного момента.

— Марк… — Голос Кати дрогнул, и ее хваленое хладнокровие обнажило изнанку. — Ты хочешь взорвать нашу базу? Наш дом? А как же… вернуть ее?

Я тяжело вздохнул, чувствуя, что решение непопулярное. Но с прошлой ночи сентиментальность я заношу в разряд вредных, даже непозволительных вещей. На кону стоит многое, и придется это донести.

— Старого дома больше нет, Катя. Он наводнен врагами. Он скомпрометирован. Мы будем чистить его от трупов, восстанавливать, латать решето до самого конца испытания. Он засран и внутри, и снаружи. И теперь ответь мне, — прищурился я, — рискнешь жизнью ради этого?

— Но что же нам тогда делать? — Расстроилась и разозлилась она.

— Воспользуемся приглашением Вячеслава, полагаю, — зыркнул я на Муромца, — или же сами что-то придумаем. Но базу придется оставить, так или иначе, так почему бы не выйти из окружения красиво?

Да, действительно, если взять за аксиому то, что нападение греллинов — чья-то воля, то глупо будет уповать на то, что отбившись единожды, путем бесконечного превозмогания, мы сможем жить так же легко и припеваючи, как раньше. Лениво и вальяжно кататься на лифте за припасами, есть и спать. Да и, в конце-концов, каждая минута, проведенная здесь, снижает количество гипотетического опыта, который я мог бы получить. Очки обучения… сколько же их там единомоментно? Недобитки из инсектоидов и гигантская греллинская орда. Боюсь представить, а количество нулей плывет перед глазами.

Мне нужны эти очки обучения. Я должен стать сильнейшим здесь, на полигоне, и за ценой я не постою. Но и пускать в расход своих людей ради этой цели нет смысла. Так что же, отказаться от такого шанса? Тем более, когда он буквально сам падает ко мне в руки.

Какое-то время я отвечал на вопросы. О сути физического явления, о том, почему это все взрывается, слушал жалобы на то, что решения я принимаю поспешные и не посоветовавшись, но, работая тонко, я сумел вывести линию разговора в детский интерес.

Ага, я просто предложил людям поглядеть на самый эпичный взрыв в их жизни. Вскоре эта идея захватила умы. Дальше разберемся, как и где будем жить, и я действительно полагал, что можно было бы отправиться на север. Время покажет.

Но у этого экспромта был еще один неочевидный плюс. Я хочу показать тому, кто все это устроил, что я не лыком шит. И если придется, я взорву что-нибудь еще.

— Смотрите сюда. Благодаря дырам, которые они нарыли, внутрь пошел кислород. Топливно-воздушная смесь меняется. Добавим электролиза, тобишь водорода, отойдем на почтительное расстояние, и пустим туда горящую стрелу. Делов-то.

— Это вызовет объемный, неконтролируемый взрыв, — медленно кивнул Муромец, и в его глазах вспыхнул азарт, плавно переходящий в фанатизм.

— Именно. — Хищно улыбнулся я.

Концепция разрушения по вкусу пришлась всем, кроме Егора, но он, подавив в себе сопротивление, просто выполнял свою работу. Сейчас, договорившись о плане действий, я прямо на коленке сел мастерить устройство, которое позволит воплотить в жизнь задуманное.