Смотритель Маяка 2 (СИ). Страница 23

— Никакой магии, просто лимон с сахаром, — сказал я с гордостью. — Вкуснятина, да?

— Вкуснятина, — повторила она с набитым ртом и, прожевав, вдруг вернулась к прежнему тону. — Так, Смотритель, а зачем ты пришёл-то?

— Как «зачем»? Я обещал тебе место для сна обустроить, вот и пришёл.

Мирель посмотрела на меня, потом на воду, потом снова на меня и рассмеялась.

— Ты серьёзно? Я же русалка, мне нужно не уютное место, а безопасное и, главное, сухое. Ну, хотя бы иногда.

Я почесал затылок. Ох уж эта девица, вечно что-нибудь выкинет! Но за это, пожалуй, я её и любил.

— А как ты дышишь? — спросил я вдруг, потому что сам давно хотел это выяснить. — Как рыба или как дельфин? Я жабр у тебя не видел.

Мирель поморщилась от послевкусия лимона и ответила как нечто само собой разумеющееся: — Как дельфин, лёгкими.

— Интересно. А что касается овощей, я как раз тебя ждал. Мне нужны кристаллы, овощи не могут расти без света, да и темнота эта уже поперёк горла, а свечи на исходе.

Мирель кивнула с готовностью.

— Принести?

— А ты знаешь, где?

— Нет, — она пожала плечами. — Но у тебя ведь есть карта!

Я восхитился про себя, такой железной логике и компьютер позавидует.

— Все кристаллы, что лежали на поверхности, мы уже собрали, — сказал я. — Остальные находятся на глубине, их надо выкапывать.

— Выкапыва-а-а-ать? — протянула она, и в её голосе прозвучало столько же энтузиазма, сколько появляется у кота при виде ванны.

— Встретимся внизу.

Прихватив кирку из кладовой, я отправился в подводную комнату, Боцман тут же возник у моих ног и увязался следом. Слабый свет системы и фиолетовое свечение от полусферы радара создавали в комнате таинственный полумрак, почти уютный, если не знать, что находишься на глубине почти тридцати метров под водой.

Я открыл карту радара. Несколько кристаллов поблёскивали на склоне рифа, довольно близко, глубина залегания от десяти сантиметров до полуметра. Ничего особенного, обычные залежи. Проблема тут не в сложностях добычи, а в том, что для погружения на такую глубину мне нужен шлем и зеленый кристалл или… удача.

Люк шлюза со скрипом откинулся, звякнув затвором. Я решил поставить свечу рядом, чтобы выполняла роль маяка. Чёрное зеркало воды отразило моё лицо, зелёные, слабо светящиеся глаза и взгляд… Так смотрят люди, которые собираются сделать то, чего боятся больше всего.

Идея казалась безумной, но простой в своей реализации: проверить, смогу ли я дышать водой…

Глава 13

Бесшумно, по-шпионски, оставляя лишь слабые круги, в воде промелькнула тень Мирель. Свеча, которую я поставил на край люка, дрогнула и тенями выдала хитрюгу.

— Испугала⁈ — спросила она, внезапно выныривая и выдавая свою истинную цель.

— Как бы не так, я был готов! — доброй улыбкой я закрепил разоблачение её коварного плана.

— Так что ты задумал?

— Минутку, тебе нужно быть внимательно, — указательным пальцем я подчеркивал важность мысли.

Мирель склонила голову набок. — Ты говоришь загадками, Смотритель, но если ты хочешь бросить в воду кота, я готова его поймать.

Боцман, сидевший у самой кромки шлюза, попятился, издал короткое возмущённое «мяу» и спрятался за мою ногу.

— Так, никто не собирается бросать в воду кота, — сказал я, стараясь не рассмеяться. — Не пугай его!

Мирель пожала плечами и скрылась под водой.

Стянув с себя одежду, аккуратно сложил её у стены, холодный воздух сразу заставил кожу покрыться тысячью мурашек, и я поёжился. Боцман, убедившись, что тонуть ему не придётся, вернулся на прежнее место и теперь сидел, обернув хвост вокруг лап, следя за каждым моим движением и всем своим видом показывая, что водные процедуры он по-прежнему презирает всей своей кошачьей душой. Я опустился в воду по грудь, держась за края шлюза. Холодно! Тело ещё помнило прошлый раз, и мышцы живота сами собой напряглись, когда вода коснулась рёбер.

— А-а-ас-с-с-с-с, — я громко дышал сквозь зубы. Немного привыкнув, ослабил хват и погрузился до подбородка. Знакомое давление начало сжимать грудь в холодных тисках, и тут накатила паника.

Сердце забилось чаще, дыхание стало поверхностным. Я заставил себя думать и анализировать, спокойно, методично, как над чертежом. Что произошло в прошлый раз? Я должен был утонуть, захлебнуться, в этом нет никаких сомнений. Я не один раз вдохнул воду, и она должна была разрушить лёгкие, а следом мозг. Кислородное голодание, отёк и, как следствие, неизбежная смерть. Но я не умер, не умер!

Мысли о смерти казались весьма забавными, учтивая моё место пребывания.

Всё укладывается в логику, даже в странную логику этого мира. Если я не утонул, то эта чёртова стекляшка не дала мне этого сделать.

Пульс замедлился, дыхание выровнялось, у меня получилось собраться. Вынырнула Мирель.

— У тебя глаза стали ярче, — сказала она беззаботно, словно речь шла о погоде.

На самом деле это была важная информация. Выходит, что кристалл среагировал на давление. Неужели снова заработал? Но целостность тканей не нарушена, восстанавливать нечего. Интересные дела.

— Слушай, — я заговорил быстро, пока решимость не ушла. — Я сейчас окунусь. Если глаза засветятся сильнее, дай знак.

Она кивнула. Я сделал медленный вдох и погрузился на вытянутую руку, держась за бортик. Появилась резь в ушах, океан сжал перепонки. Мирель энергично закивала, мол, горят.

Я вынырнул, хватаясь за края, дыша часто и глубоко, с жадностью глотая воздух. Через секунду боль в ушах ушла, будто её и не было. Вода стекала с волос, заливая лицо, но я не утирался, а слушал, чтобы понять, что слух не пострадал.

Вот плеск воды в шлюзе, моё собственное дыхание, мурчание кота… Боцман подошёл ближе и теперь стоял в полуметре от меня, пристально заглядывая в мои глаза.

— Ты что-то знаешь, усатый, — прошептал я. — Что-то точно знаешь! Никогда ты так не смотрел.

Кот моргнул, сел и начал вылизывать лапу с таким видом, будто ему абсолютно на всё начхать.

Я выдохнул и сел на край люка. Что ж, время второго этапа, гораздо более тревожного. Кристалл работал по крайней мере на восстановление перепонок, значит, регенерация шла, просто не мгновенно.

Появилась Мирель. Надо отдать должное её выдержке, ни упрека, ни поторапливания.

— Ну как?

— Кажется, отлично, — ответил я, выпрямляясь. — Но задерживать дыхание я и раньше умел.

Внутри уже разгорался азарт, тот самый, что гонит испытателя нажать кнопку, не дожидаясь полной проверки. Я утёр солёные капли, что стекали с бровей в глаза и откинул прилипшую ко лбу чёлку.

— Теперь крутись рядом, вообще ни на шаг не отплывай. Если начну захлёбываться, сразу выталкивай меня наверх.

Мирель ответила коротко и чётко, как матрос, принимающий приказ: — Поняла.

Она ушла под воду, оставив лишь несколько пузырьков на поверхности, которые дрейфовали, лопаясь один за другим. Я спустился по грудь и остановился, чувствуя, как сердце снова начинает набирать обороты.

— Это же чистое безумие! Кто в здравом уме решится вдохнуть воду?

Я перевёл взгляд на Боцмана. Тот сидел у самого края шлюза и по-прежнему тщательно вылизывал лапу, делая вид, что происходящее его не касается.

— Ты же знаешь, что я задумал, да? — спросил я. — Но не реагируешь.

Кот поднял голову, посмотрел на меня и вернулся к прерванному занятию.

— Ты запускаешь протокол смотрителя, я знаю, поэтому будь готов, а то без рыбы останешься во всех смыслах.

Боцман дёрнул ухом, завалился на бок, зажмурился и показал белый живот. Кажется, моя манипуляция не сработала.

Болтаясь по горло в воде, я понимал, что дальше тянуть некуда. Сделав над собой волевое усилие, вдохнул, но в последний момент горло сжалось, и вместо вдоха получился только глоток, мерзкий, горько-солёный глоток морской воды. Я закашлялся, сплюнул, вытер губы и язык.

Не так я себе представлял дыхание под водой. Ладно, это всё страх, волнение.