Смотритель Маяка 2 (СИ). Страница 11

Резко вдохнув и держась руками за обод люка, я медленно сползал в воду. Меня волновала не температура, а давление.

Когда вода дошла до живота, тело начало слегка сжимать. Сделал вдох. Получилось, но с трудом, будто меня завалили подушками.

Я погрузился по грудь, не отпуская рук, и дышать стало ещё тяжелее. Рёбра сдавило, и при попытке сделать глубокий вдох грудь пронзила давящая боль.

Почему не включается⁈ Не тот шлем⁈

Накатила паника, я дёрнулся к краю шлюза, чтобы выбраться, и в этот момент кристалл засветился, погасив тревогу.

Мягкий зелёный свет разлился по шлему изнутри, прозрачный, едва заметный зеленоватый дымок заполнил сферу перед моим лицом. Он коснулся ноздрей, проник в рот, без вкуса, без запаха, только принёс с собой ощущение тепла, и в тот же миг боль ушла, рёбра расправились, лёгкие освободились. Я сделал осторожный вдох, выдох, и ещё вдох…

Работает, чёрт возьми!

Ослабив хватку, скрылся под водой, опустился метра на два вниз и… остановился.

Плавать кристалл не учил. Я висел на одном месте рядом с такой же беспомощной водорослью, которая оторвалась от куста и теперь высокомерно изображала меня.

Из темноты выплыла Мирель, её хвост двигался плавно, почти без усилий. Она замерла рядом, склонив голову набок, потом показала пальцем на меня, на свои руки, на хвост и медленно, утрированно изогнулась всем телом, демонстрируя мне движение. Волна прошла от головы до кончика хвоста, и она скользнула вперёд на целый метр.

Я попробовал повторить. Дёрнулся, загребая воду, и вместо плавного скольжения провернулся вокруг своей оси, едва не зацепив водоросль. Мирель беззвучно рассмеялась, пузырьки воздуха сорвались с её губ. Она показала ещё раз, медленнее. Попробовал снова, и получилось! Я двигался! Медленно, уродливо, но я плыл. Вот и славно, для поисков сойдёт.

Захотелось посмотреть со стороны на подводные этажи, как когда-то с утёса я впервые взглянул на Маяк. Обернулся. Сквозь чёрную толщу воды Маяк выглядел непререкаемым воплощением ориентира. Огромные витражи освещённых комнат наверняка были видны издалека. Он уходил вверх под скалу, как гигантский светящийся улей или фонарь.

В окне я разглядел три силуэта. Они стояли, прижавшись лицами к стеклу, и смотрели в нашу сторону, но, думаю, видели только зелёную точку моего кристалла.

Мирель взяла меня за руку и потянула вниз. Всё правильно, нужно торопиться.

Мы опускались медленно, давление росло. Я чувствовал, как вода сжимает тело, но кристалл быстро компенсировал разницу. Никакой боли, только лёгкое сопротивление. Технология, чтоб её! Древняя, магическая, но технология.

Наконец мы добрались до каменистого склона рифа, поросшего чем-то тёмным, живым и шевелящимся. Взглянув на Маяк, я прикинул расстояние. Ну-у, примерно на месте с погрешностью в десять-пятнадцать метров. В темноте чёрные кристаллы, если они здесь есть, должны быть видны, они хоть и слабо, но светились, так что ориентир понятен.

Мирель метнулась в сторону и исчезла за выступом скалы, оставив меня одного, дрейфующего прямо над рифом. Кристалл на воротнике давал света метра на полтора, не больше, всё, что дальше, тонуло в чернильной мути.

Перебирая руками по дну, я медленно двигался, осматривая каждый сантиметр. Камни, водоросли, какие-то тени в расщелинах… Глаза постепенно привыкали. Вдруг что-то скользкое обвилось вокруг моей ноги.

Я дёрнулся, в панике забил руками, пытаясь вырваться. Осьминог или змея!

Из темноты, словно призрак, появилась Мирель, скользнула вниз и одним движением распутала водоросли, обмотавшие мою щиколотку. Её плечи тряслись от беззвучного смеха.

Я погрозил ей кулаком. Очень смешно!

Она показала на меня, на водоросль, и сымитировала удушение, высунув язык.

— Ай, да ну тебя! Язва! — я махнул рукой и двинулся дальше, стараясь держаться поближе ко дну. Русалка снова исчезла, двигаясь в воде с поразительной лёгкостью. Не удивительно, что эта девчонка играла с акулами в догонялки. Так, о чём я, вообще?

Я уже начал думать, что выбрал не то место, когда заметил слабое свечение под нависающим кораллом.

Нашёл!

Сунул руку в расщелину, и вытащил находку под зелёный свет.

— Вот оно! О-о-у-у, — разочарование оказалось велико

Маленький рак-отшельник сидел в раковине и таращился на меня бусинками глаз, его брюшко светилось мягким голубоватым светом. Он грозно пошевелил клешнями, явно недовольный, что его потревожили.

— Да что ты будешь делать⁈ — взмахнуть руками от досады оказалось не так-то просто.

Я осторожно вернул рака на место и уже собирался плыть дальше, когда из темноты прямо перед моим лицом вынырнула Мирель. Я шарахнулся в сторону, едва не врезавшись шлемом в скалу.

— Да чтоб тебя! Мёртвого напугаешь! — прокричал я, надеясь, что до неё долетит хотя бы «бвбввбввб! Уввувуввв!»

Русалка снова беззвучно рассмеялась, а потом разжала кулак. На её бледной ладони лежал чёрный кристалл, он мягко светился и казался куском самой ночи, упавшим на дно.

Я выдохнул и показал ей большой палец. Один есть.

Сверкнув чешуёй хвоста, она снова исчезла в темноте. Я остался один с кристаллом в руке и медленно уплывающим в сторону раком-отшельником, который, кажется, очень обрадовался, что от него отстали.

Продолжая поиски, я крутил в руке чёрную слезу. Хорошо бы его зажечь. Светильники в комнате как-то же работают, горят без питания и физического урона. Если разобраться, можно сделать себе подводный фонарь. Я мысленно поставил галочку: «Разобрать, изучить, повторить». Когда-нибудь.

Оказалось, что у меня нет ещё и мешка. Забыл, старый дурень! Придётся держать находки в руках, ведь это всё равно пробная прогулка, в следующий раз подготовлюсь лучше.

Мирель то появлялась из темноты, то исчезала за выступами рифа. Вот она здесь, а через секунду уже в десяти метрах, перебирает какие-то ракушки.

Под широким плоским кораллом мелькнул слабый огонёк. Я потянулся вниз, цепляясь свободной рукой за камень. Там, на белом песке лежал кристалл, на сей раз найденный лично мной. Я выудил его и положил к первому. Отлично.

Мимо проплыла маленькая жёлтая рыбка. Яркая, как канарейка, она покружила вокруг моего шлема, потыкалась носом в стекло, кажется, пытаясь понять, что я такое. Попытка дотронутся оказалась неудачной, рыбка увернулась, сделала победный круг и скрылась во тьме, но внезапно стала видна, как будто за моей спиной вдруг включили мощный прожектор. Сильный поток света приближался, словно поезд метро. Я обернулся, и сердце замерло.

Прямо на меня, неторопливо покачиваясь, плыла рыба, огромная, размером с хорошего поросёнка, с удлинённым телом и широкой пастью, усеянной кривыми зубами-иглами. Тонкий отросток, торчащий из головы и загибающийся вперёд, светился ярким, почти слепящим светом, потому что на его конце, в том фонарике из научных журналов, были не люминесцентные бактерии, а чёрный кристалл. Свет разгонял тьму на десятки метров вокруг. Удильщик плыл прямо на меня, но, казалось, не замечал, его мутные, глаза смотрели сквозь.

Я замер, боясь пошевелиться и заворожённо разглядывая древнее чудо, но в этот момент холодные пальцы Мирель сжали мою ладонь. Я перевёл взгляд. Она приложила палец к губам, а потом показала на рыбу и медленно, успокаивающе провела ладонью вниз. «Тихо, спокойно. Всё в порядке».

Удильщик проплыл мимо, едва не задев меня боком, и двинулся дальше, освещая путь. Кажется, ему вообще было на нас плевать. Да он же слепой!

Только теперь я смог разглядеть лишенный солнечного света подводный мир.

Кораллы, о существовании которых я даже не подозревал, расцветали в его лучах, розовые, оранжевые, бледно-лиловые. Они громоздились друг на друга, образуя причудливые замки и башни, и в их ветвях прятались рыбы. Вот стайка серебристых мальков брызнула в сторону, испуганная светом. Вот одинокая креветка, отбившаяся от своих, суетливо перебирая лапками, пятится в тень. А вот в расщелине затаилась мурена, только голова торчит, и её зубастая пасть то открывается, то закрывается.