Дракон с ... изъяном (СИ). Страница 10

— Хотел наказать? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Экономка подозрительно покосилась на меня и спросила:

— Есть за что? Разбила что-то ценное в его кабинете?

Я отрицательно мотнула головой.

— Н-нет… Просто… зачем еще хозяевам могут понадобиться слуги лично?

— Ну не знаю… — ответила экономка, внимательно рассматривая меня. — Его сиятельство сказал, что ты очень хорошо постаралась, поэтому попросил выделить тебе отдельную комнату на этаже слуг. Так что иди и переноси свои вещи. И живо приступай к работе!

Я растерялась. Отдельная комната? После общей спальни на пять коек — своя? Отдельная?

Это было слишком хорошо, но … это было немыслимо. Поломойкам не полагались отдельные комнаты. Только старшей горничной или экономке. Что он делает? Он что, пытается меня отблагодарить?

— Мисс Фридман… — начала я осторожно. — А вы точно все правильно поняли? Может, его сиятельство имел в виду другую комнату? Общую? И вообще, я не хочу отдельно. Я привыкла с Мартой, моей соседкой. Мы хорошо ладим, я привыкла к ней.

Экономка нахмурилась:

— Не нам обсуждать хозяйские приказы. Сказано — выделить отдельную, значит — выделить. Живо выполнять!

Я уже развернулась, чтобы уйти, сделала шаг, когда она тихо бросила мне в спину:

— А я сразу, как тебя увидела, поняла, что ты умная девочка. — Она помолчала, и в голосе ее зазвучала заговорщицкая нотка. — Если и дальше продолжишь так стараться… то проси не отдельную комнату, а украшения. Их всегда можно забрать с собой и продать.

Я обернулась. Ужаснулась мысли, что она только что обо мне подумала. Экономка смотрела на меня с легкой, понимающей улыбкой — и от этой улыбки мне стало не по себе.

— Мисс Фридман! — воскликнула я, чувствуя, как краска заливает лицо. — Это не то, что вы подумали! Я ничего такого… Я просто мыла полы в его кабинете, и господин… он… видимо оценил мое старание. И рвение.

Экономка скептически изогнула бровь, но ничего не сказала. Только усмехнулась уголками губ и, развернувшись, зашагала к дому, бросив через плечо:

— Конечно, девочка, конечно. Только помни мой совет: украшения — это гораздо надежнее.

ГЛАВА 12

Пока шла ко входу для слуг, горечь раздирала мне душу. Несколько раз порывалась обернуться, крикнуть мисс Фридман вслед, что она все неправильно поняла, что я не какая-нибудь там … но не могла произнести ни слова.

Да и что я могла сказать в свое оправдание? Что я всего лишь хотела помочь? Но тогда придется раскрыть всем чужую тайну. И это будет уже не помощь, а вредительство.

Или рассказать то, что наговорила взрослым мужчинам? Что мыла полы, Генерал обронил перо, я стала искать — не нашла, а потом случайно ущипнула его… ну, туда… исключительно из благородных побуждений? Обознавшись?

Звучало это настолько нелепо, что я сама бы себе не поверила. Так что лучше всего промолчать.

Я развернулась и побрела в общую спальню для слуг, собирать свои жалкие пожитки и переселяться.

Новая комната оказалась маленькой, но чистой. Узкое окно выходило во внутренний двор и теперь я могла видеть гостей, подъезжаеющих вечерами к воротам.

У стены стояла кровать с матрасом, до упора набитым соломой, в углу — покосившийся шкафчик да деревянный стул.

Роскоши никакой, но после общей спальни, где ночью храпела Марта на все лады, а по утрам вечно мне не доставало воды умыться, это было самое настоящее блаженство. Я присела на край кровати и выдохнула.

Тааак. Раз Генерал выделил отдельную спальню, значит, не злится. А это уже хороший прогресс.

Неожиданно в дверь постучали. Я вздрогнула, вскочила, машинально одернула мятый передник:

— Войдите.

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Марты — моей соседки по общей спальне, она с любопытством глянула на меня.

— Мира! Это правда? Тебе дали отдельную комнату? — и, не дожидаясь приглашения, Марта уже влетела внутрь, закружилась на месте, разглядывая мое новое жилье. От удивления даже присвистнула:

— Ну ничего себе! Какие хоромы! За какие такие заслуги?

Девушка прищурилась и пристально глянула на меня:

— Говорят, сам Генерал лично спускался и заходил в наши комнаты. Искал тебя — не нашел. Затем громко выругался, кричал, позвал экономку, сказал, чтобы выделила для тебя отдельную комнату, мол в таких плохих условиях слуги не должны жить. Только вот комнату дал тебе, а не нам всем…

На этих словах она подозрительно улыбнулась и понизила голос:

— Ты что, ему там полы до блеска натерла? Что он впервые обратил на нас взор.

Я нервно улыбнулась, но Марта подмигнула и произнесла еще тише:

— Только ходят слухи между горничными, что ты натерла Генералу до блеска не только полы… Старалась так, что весь второй этаж слышал…

Она многозначительно взглянула на меня, толкнулась плечом и... рассмеялись. Только вот мне было не до смеха, неужели теперь все про меня так говорят?!

Я не ответила на ее вопрос, отвела взгляд в сторону, чтобы не зарыдать от несправедливых, колких обвинений в мой адрес.

Как бы я не крепилась, но честь у меня была! Столько раз мужики предлагали мне переспать с ними за разные блага, а я отказывалась.

Заметив мою грусть, Марта хлопнула меня по плечу:

— Да ладно ты, не бери в голову. Думаешь, все тут безгрешные? Просто тебе завидуют, что ты с хозяином, где есть за что подержаться, на что посмотреть, а не как я, например…

— Что?! — удивленно вскинула я глаза, но Марта махнула рукой и договаривать не стала.

— Давай, беги уже, домывай полы. Говорят, кто-то опять наследил в кабинете на втором этаже. — и тут же раздраженно добавила:

— Ох уж эти леди, на вид такие манерные, а по ночам...

Она подмигнула мне напоследок и выскочила за дверь.

А я чувствовала себя так, будто стою в центре площади, а все показывают на меня пальцем.

Вздохнула, схватила ведро, новую тряпку и побежала в кабинет Генерала. Запасной формы у меня не было, поэтому пришлось идти в той же, что и была. И пока шла по коридору успела заметить сальный взгляд незнакомого мне мужчины.

Он был невысокого роста, плешив, а его сальные глаза пробежались по моему телу и замерли на ягодицах… И словно о чем-то намекая, этот господин противненько помахал мне рукой.

Я не ответила на его приветствие, поспешила как можно скорее сбежать от него в кабинет. Зашла и тут же задвинула задвижку на засов, хотя слуги не имеют даже права к ней прикасаться. Но уж сильно напугал меня этот маслянистый и дотошный взгляд.

В кабинете, на мое счастье, никого не было, только ведро валялось там же, куда оно вчера отскочило от генеральского сапога. Тряпка тоже лежала возле стола. Я покряхтела от боли в пояснице, и опустилась на четвереньки, приступая к работе.

На всю жизнь теперь запомню, что засыпать на скамейке нельзя, иначе потом будет болеть вся спина и особенно поясница.

Словно назло, пятно от высохшей лужи въелось в паркет, категорически не желая от него отделяться. Пришлось тереть с такой силой, что руки заныли. Кое-как отмыв въевшуюся грязь, я подхватила ведро и пошла мыть полы в галерею.

День тянулся мучительно долго. Я ползала на коленях в самом конце длинной галереи, когда услышала уверенные шаги. Я замерла, не поднимая головы, надеясь, что меня не заметят. Не хотелось опять слышать намеки и закрывать на это глаза.

Шаги остановились рядом со мной.

— Встань. — прозвучал низкий, хриплый голос Генерала.

ГЛАВА 13

Я медленно поднялась с пола, не поднимая глаз, продолжая нервно теребить в руках мокрую тряпку.

— Посмотри на меня.

Ослушаться не решилась, подняла взгляд. Граф Рагнар стоял передо мной — высокий, плечистый, в темно-зеленом мундире. Лицо его было спокойным, но в глазах читалось странное выражение:

— Ты хорошо придумала. Вчера. Я… не ожидал.

Я молчала. Ну вот что можно на это ответить?!