Лекарь-попаданка. Трофей для дракона (СИ). Страница 20

- Ты – чудовище, что убивало невинных! – вырывается у меня, но потом жалею о сказанном, смотря, как на лице генерала играют желваки.

- Надеюсь, однажды ты меня поймёшь, потому что любить ту, кто ненавидит, - невыносимо больно.

Он резко поднимается с места, а я застываю в удивлении, ни в силах понять: о чём он говорит.

Любить? Мы знакомы несколько дней, о какой любви речь? И, если так любят, то как ненавидят тогда?

- Ты не способен любить, Ауримант, - говорю ему вслед. Любовь – это дар, который не каждому даётся.

- Или проклятие, - добавляет, громко хлопая дверью, и я остаюсь одна.

Глава 34

Глава 34

Когда он уходит, воздух вокруг будто становится плотнее, тяжелее, как перед грозой. Словно сама тишина теперь связана с ним. Дышит его дыханием, откликается на каждый мой шаг. Дверь гулко закрывается, и я остаюсь одна.

Секунды текут вязко, как мёд. Я не двигаюсь, не думаю, просто слушаю, вдруг он вернётся. Кажется, что-то изменилось, словно я открыла для себя какое-то новое ощущение: слабую вибрацию где-то под кожей, в глубине груди. Как если бы кто-то прикоснулся к моему сердцу изнутри.

Сперва путаю это со страхом. Но нет. Что-то другое. Это чужое. Тихая боль, не физическая - душевная. Она приходит волной и отзывается в ребрах, подсвечиваясь знаком на запястье. И я понимаю: это он. Каким-то непонятным образом осознаю, что во мне рождаются чувства другого человека.

Закрываю глаза. Передо мной вспышкой видение: тёмный коридор, каменные стены. Ауримант стоит, опершись ладонью об одну из них, будто переводит дух. Его плечи напряжены, он пытается дышать ровно, но внутри - шторм. Он сердится, я ощущаю это каким-то мистическим образом, и продолжаю принимать его чувства. Каждое. Это невероятно страшит и пугает, но вместе с тем вызывает какой-то животный восторг.

- Прекрати, - шепчу в пустоту, словно он может меня слышать. - Прекрати, пожалуйста.

Но чем сильнее прошу, тем сильнее пульсирует связь. Она живая. Она единая. Она никогда не оставит меня, и я понимаю это. До последнего вздоха.

Хватаюсь за запястье, где под кожей пробивается знак: слабое свечение, похожее на след ожога. Вены под ним отзываются жаром. А потом внезапно всё заканчивается, словно этого и не было никогда.

Жду, не начнётся ли снова. Прислушиваюсь к себе, а за окном рассвет вступил в полную силу, и несколько лучей проникли в комнату, напоминая о том, что где-то там мой Ванечка.

Вспоминаю, что намеревалась искупаться, и слышу за дверью, как кто-то ходит. Отправляюсь на поиски ванной, потому что просто лежать и ждать чего-то – бессмысленно.

- Чего угодно, - тут же возвращается к моей комнате девушка, только что скользнувшая мимо.

- Принять ванную.

- Конечно, - кивает, сбегая. А я понимаю, что теперь у меня статус не пленницы, потому что доступ в коридор не заблокирован. Теперь я имею право перемещаться по дому. Но следует узнать границы дозволенного и как можно скорее оказаться в Варругене, чтобы разыскать сына.

Процедура здесь не ограничивается простым обтиранием или быстрым омовением, как это делают в Сендрии. Но разница не столько в империях, сколько в титулованности. Простому народу некогда лежать в ароматных водах, покрытых лепестками роз, подавать руки, которые затем слуги умащивают какими-то мазями, а потом закрывать глаза от удовольствия, потому что расчёсывают волосы.

Я действительно почувствовала себя счастливой впервые за последнее время.

За обедом Ауримант молчалив и хмур, и я не знаю истинной причины. Тарелка с улиткой снова передо мной, и я поворачиваюсь, встречаясь глазами с Гультой, которая кивает мне с добродушной улыбкой, как старой знакомой. Есть ли у меня право на неё злиться? Или же она просто выполняла поручение своего господина, которого знает во много раз больше моего? Она смотрит, и в этом взгляде, накрытом домиком бровей, столько тепла и мольбы понять, что я киваю, принимая её извинения.

- Будь готова, вечером я зайду за тобой, - раздаётся голос генерала, и я поворачиваю голову в его сторону. Взгляд тёмный и обжигающий. Удивительно, насколько могут быть разными глаза: от светло-медовых до беспроглядно чёрных.

Хочется съязвить на счёт колодца, не намерен ли генерал устроить новое представление, но здравый смысл стискивает зубы.

- Хочу показать тебе Облачные Утёсы, - добавляет следом.

Он говорит это просто, без эмоций. Словно это деловая прогулка. Но судя по хитрому взгляду Гульты и переглядываниям служанок, это не так.

Свидание? Воистину, от ненависти до любви лишь один шаг.

- Тебе нравится эта посуда? – задаёт он вопрос, и я замираю на мгновение, а потом снова жую, чтобы не выдать своего испуга. – Не бойся, ты можешь рассказать мне обо всём.

- Я не боюсь, - тут же качаю головой. – Тарелка действительно красивая. У меня в детстве была подобная.

- В Сендрии уважают драконьих мастеров? – немного озадачен Ауримант.

- Я была маленькой, может, плохо запомнила. Или же её привезли из Акриона, - пытаюсь выпутаться, а на моём запястье снова загорается знак, и я чувствую чужое сомнение, поднимая на генерала глаза. Мы снова связываемся здесь и сейчас, и мне кажется, что я не в силах повлиять на это.

- Тебе плохо? – голос Вальта.

- Нет, - сглатываю, но он всё ощущает. Он впитывает мой страх. Только делает вид, что ничего не происходит.

- Чудесно, - поднимается с места, закончив обед. – В семь перед замком.

Глава 35

Глава 35

Сумерки ложатся на город, словно дымчатая вуаль. Когда входит Ауримант, я уже готова. Стою у окна, облачённая в бархатное синее платье с заплетёнными в косу волосами, украшенными тремя цветками, настолько ароматными, что их запах добирается до ноздрей.

- Ты красива, - произносит негромко, и в этом нет игры, а я не знаю: благодарить его или не стоит, а потому молчу. Вальт подходит ближе, его тень скользит по полу, как волна. На нём тёмно-коричневый дублет, который я вижу впервые, и рубашка, чьи ажурные рукава выбиваются наружу. В руках генерал держит подбитую мехом белую накидку, которая, по всей видимости, предназначается мне.

- Надевай, - протягивает. – И нам пора.

- Куда? – набрасываю на плечи приятную мягкость.

- Доверься.

Не сразу понимаю, пока он не делает шаг вперёд, и мы оказываемся на балконе. За его спиной расправляются крылья: огромные, чёрные, с прожилками света, будто внутри течёт золото. А я даже не знала, что превращение может быть частичным.

Ауримант протягивает мне руку, приглашая за собой, и как только оказываюсь рядом, подхватывает на руки слишком легко, словно я не имею никакого веса. Сердце улетает в пятки, как только он заскакивает на парапет, намереваясь спрыгнуть с третьего этажа.

- Не бойся, - произносит и шагает в пустоту.

Крылья тут же принимаются сопротивляться паданию, размашисто загребают воздух, не позволяя нам упасть. Пара мгновений, и мы покидаем территорию замка генерала, и я не представляю, что он задумал.

На мгновение кажется, что сейчас, пролетая мимо навесного моста, он разомкнёт руки, отпуская меня. Это не колодец, с его парой метров, здесь мой страх будет куда сильнее.

- Я не причиню тебе зла, Ива, - подслушав мои эмоции, говорит Ауримант, но не так просто заставить себя успокоится. Я не могу безоговорочно верить тому, кто до недавнего времени был моим врагом.

Генерал забирает налево, туда, где в закатных лучах золотится крыша храма. Плавно снижается, касаясь площадки у подножия здания, парящего над облаками. Белый камень светится, отражая последние лучи светила. Небо переливается золотом, малиной и перламутром, словно само готовится к сну.

Мои ноги снова на твёрдой земле, и тем необычно, что маленькая твердь парит в небесах на расстоянии от других.

- Как образовалось это место? – подхожу к парапету, трогая ледяные перила, и смотрю вниз, чувствуя, как стягивает дыхание, но генерал мягко касается моих плечей, подталкивая к зданию.