Джекпот для доктора. Страница 3

– Казино… «Вулкан» … Звучит как название самого пекла. Идеально. Никаких связей с моим прошлым. Никаких дипломов. Только я, поднос и толпа незнакомцев, которым нет до меня никакого дела. Атмосфера полной анонимности. Или полного безумия. В любом случае, это не скучно.

Я представила себя в роли официантки. Быстрая смена, никаких личных связей, только работа и уход домой. Идеальный способ раствориться, затеряться в шуме и суете. И главное – это была полная противоположность прежней жизни. Никакой стерильности, никакой ответственности за чужие жизни. Только подавай-забирай.

Позвонив по указанному номеру, услышала грубый мужской голос, он коротко бросил: «Подходите завтра к четырем. Спросите Аркадия Петровича».

Положив телефон, посмотрела на вечерний город за окном. Где-то там, в самом его сердце, сиял неоном «Вулкан». Место, где сжигали деньги, надежды и, возможно, судьбы.

– Ну что ж, доктор Соколова… Готовься сменить скальпель на поднос. Посмотрим, что страшнее – видеть человеческие внутренности или человеческие пороки. По крайней мере, это будет ново. И уж точно не скучно.

Я не знала, что решение ткнуть пальцем в карту привело не просто в другой город, а на самое дно его ночной жизни. И что «Вулкан» был не просто работой. Он был порталом в мир, из которого уже не так просто будет выбраться.

Проснувшись, я долго решала, что одеть на собеседование, если его можно таковым назвать. Выбрала легкий сарафан небесно-голубого цвета и босоножки на небольшом каблуке. До встречи еще было много время, но ехать я решила на такси что бы не опоздать.

Такси подвезло меня к старинному зданию. Напыщенная роскошь, пытающаяся скрыть свою сущность под тонким слоем позолоты и бархата. На входе были массивные бронзовые двери с барельефами разгневанных тигров. Зона казино представляла из себя огромный зал, пахнущий сигаретным дымом, который не могут победить даже мощные вентиляторы. Грохот рулеток, монотонный гул игровых автоматов и приглушенные возгласы – звуковая какофония азарта. Ковры цвета запекшейся крови с вычурными золотыми узорами, поглощающие шаги. Люстры из венецианского стекла отбрасывают на стены блики, похожие на глаза хищников. За столами – пестрая смесь: нувориши с перстнями-кастами, поджарые картежники с пустыми глазами и «китовые» акулы бизнеса в идеально сидящих костюмах.

Ресторан расположен на подиуме, отделен изящными бархатными канатами. Столы накрыты снежно-белыми скатертями, сверкает хрусталь и серебро. Меню на непонятном французском с заоблачными ценами. Здесь пахнет дорогим парфюмом, трюфелями и лицемерием. Закулисье состояло из узких серых коридоров с голым бетоном, контрастирующие с роскошью зала. Запах моющего средства, жареной еды. Называть это заведением – как называть болото спа-салоном. Снаружи – блеск, внутри – все те же хищники, только в смокингах».

Кабинет управляющего «Вулканом» напоминал не рабочее помещение, а тронный зал провинциального царька. Массивный стол из темного дерева, пахнущий дорогой полировкой, уставленный непонятными бронзовыми статуэтками – то ли спортивные трофеи, то ли символы криминальной власти. За ним сидел человек, представившийся Аркадием Петровичем, с лицом, на котором застыло выражение вежливого безразличия, и глазами, сканирующими ее, как товар.

– Так… Кира. Опыта в общепите нет. Чем занималась раньше?

– Была в… медицине. Но решила сменить сферу.

– Медицина… Понимаю. У нас тут иногда гости тоже требуют медицинской помощи.

Аркадий Петрович тыкнул сухим пальцем в мое скромное платье

– А в чем вы будете ходить? У нас дресс-код. Черный низ, белый верх. И.… элегантность. Его взгляд скользнул по фигуре, оценивающе и бесстрастно. Я почувствовала себя на аукционе.

Мой внутренний голос проснулся- Элегантность. Конечно. Ничто не кричит об элегантности так, как корсет в обтяжку и юбка-карандаш, в которых дышать нельзя, а наклоняться – стратегическая операция. Отлично. Бежала от одного вида контроля, прибежала к другому.

Аркадий Петрович протягнул тонкий листок

– Правила. Никаких личных разговоров с гостями. Никаких отказов от заказов. Никаких… проблем.

– Понятно?

– Испытательный срок – неделя. Завравшись в шесть. Не опаздывать.

Он не спросил ни о документах, ни о рекомендациях. Мое прошлое, диплом – ничто не имело значения в этих стенах. Я была чистым листом, и он явно собирался исписать его своими правилами.

Домой я возвращалась пешком, хотела изучить маршрут, да и других дел у меня не было. Погода стояла замечательная, я купила мороженое в киоске и неспеша пошла в сторону дома. Завтра тяжелый день, нужно хорошо выспаться и подготовится.

Попасть в служебные помещения «Вулкана» после его парадного блеска было все равно что шагнуть за кулисы театра иллюзий. Вместо хрусталя и бархата – голые стены, выкрашенные в унылый серый, линолеум на полу и резкий запах моющего средства, пытающегося перебить ароматы кухни и сигарет. Здесь, в тесной подсобке, где на стеллажах громоздились коробки с салфетками и запасные скатерти, и произошло знакомство.

Мне сразу дали понять что штат официантов в «Вулкане» напоминал живую реку – постоянное движение, приток новых лиц и быстрое течение. Люди приходили и уходили, не оставляя следа. Одни не выдерживали напряжения и грубости, другие находили варианты получше, третьих «просили» на выход после конфликтов с гостями или воровства. Эта текучка создавала ощущение временности, словно все здесь были лишь тенями, мелькающими в полумраке зала.

Первой кого я увидела была Света. Она сидела на ящике с минералкой, уткнувшись в телефон, и что-то быстро конспектировала. Увидев меня она вздрогнула и поспешно сунула телефон в карман, смущенно поправив чёлку.

– Ты новенькая? – тихо спросила она. – Меня Света зовут.

– Кира.

– Работать тебя к нам поставили. – Света указала жестом на соседний столик. – Правила простые: не спорить, не отказываться, улыбаться. И счет всегда перепроверяй, а то потом с тебя же вычтут, если ошибка.

Ее объяснения были четкими, быстрыми, как будто она зачитывала инструкцию. Чувствовалось, что она уже довела свои действия до автоматизма. Света: Экономист с подносом. Худая, почти хрупкая девушка с челкой, постоянно спадающей на глаза, и привычкой теребить край фартука. На ней неброские, но чистые туфли на низком каблуке – «для выносливости. Чуть позже я узнала что Света была тихой работягой. Она не растворялась в толпе, а становилась ее частью, как штатный элемент интерьера. Ее можно было не замечать, но работа всегда была сделана безупречно. В перерывах она не болтала, а утыкалась в экран телефона, читая лекции или решая задачи.

Она платила за обучение в экономическом институте сама. Родители в глухой деревне не могли ей помочь. «Вулкан» был для нее не карьерой, а временным, но высокооплачиваемым чистилищем. Она терпела хамство и усталость, подсчитывая в уме, сколько смен осталось до очередной сессии или оплаты общежития. Ее мечта была простой и ясной: получить диплом, устроиться в солидную фирму и никогда больше не носить на вытянутых руках перегарный воздух и чьи-то заказы. Света – как монашка в этом храме порока. Тихо молится на свои учебники и верит, что отслужит здесь положенный срок и выйдет на свободу с чистым дипломом. Железная воля. Завидую.

Следом в подсобку впорхнула Алена. Ее взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по мне с ног до головы, задержавшись на простой блузке и джинсах. Блузки я совершенно не люблю, поэтому схватила в магазине первую попавшую и что бы цена была не дорогой. Кочевать проще с небольшим чемоданом, а мой гардероб, бывший гардероб был весьма внушителен, чемоданов на десять точно. Но вся одежда и обувь была оставлена в пакетах у подъезда, в надежде найти новых хозяев, а не переехать на мусорку. Отдавать знакомым я не могла что бы не возникло вопросов.

– О, свежая кровь! – проговорила она с легкой, язвительной улыбкой.

– Я Алена. Держись от меня подальше, если не хочешь остаться без чаевых. Всех самых «вкусных» гостей забираю я. Она подмигнула, но в ее глазах не было ни капли дружелюбия лишь азарт конкуренции.