Лоскутный мешочек тетушки Джо. Страница 13

– Прими-ка, дорогая, микстуры с железом и не капризничай. Веди себя как примерная девочка.

– Не буду, – отпрянула в сторону мама.

– Нет, будешь! И не вынуждай меня делать это насильно.

– Но она мне не нравится и для здоровья совсем не нужна! – выкрикнула мама.

– Мне тоже, но ты ведь меня все равно заставляешь. А укреплять организм тебе требуется гораздо больше, чем мне. Ты же столько энергии тратишь на массу забот и проблем, – с хитрым видом заявила Китти, обратив против мамы ее же собственное оружие.

– Ну же, Керри, – подхватила тетя Бетси. – Вреда тебе это не принесет, и обещание быть совершенно послушной ты дала. Вот и не нарушай его.

– Знать бы заранее, как рьяно они возьмутся за дело. Фу, ну и гадость! – поморщилась миссис Фейрбейрн, проглотив микстуру и мысленно сетуя, что тетя Бетси поддерживает неправую сторону.

– А теперь воспользуйся временем, оставшимся до обеда, и подруби, будь любезна, вот эти полотенца. Мне самой не успеть, столько у меня других дел, – вдохновленная успехом, продолжила Китти.

Маме после изнурительной прогулки по душному саду и приема микстуры новое задание показалось скорее заслуженным отдыхом, и она даже с некоторым удовольствием посвящала себе полотенцам, пока в дом не явились гости. Это были подружки Китти. Та провела их в гостиную, а маму отправила в детскую покормить малышку, затем как следует причесаться, надеть свежее платье и уже в аккуратном виде выйти к гостям.

Оставшись наедине с подругами, Китти ввела их в курс сегодняшней игры и попросила ей подыграть. Они охотно дали согласие. Миссис Фейрбейрн им страха не внушала, а предстоящий спектакль обещал изрядно развлечь. И вот стоило ей войти, как гостьи принялись ее тискать и обнимать, наперебой твердя, до чего она за последнее время выросла и похорошела. Миссис Фейрбейрн просто не знала куда деваться, девочки же от души веселились.

Тем временем возвратившийся домой Гарри занялся в классной комнате проверкой знаний отца, доводя беднягу своими вопросами почти до безумия. С этой целью любящий сын постарался отыскать самые мудреные книги, посвященные наиболее загадочным и озадачивающим предметам, среди коих оказались старый, пыльный учебник истории и несколько классических штудий из области латыни. Изрядно подзабытые знания несколько раз подвели отца, сыграв с ним злую шутку и вызвав упреки юного, но строгого учителя. Полный же крах мистер Фейрбейрн потерпел, когда дело дошло до математики. С цифрами он никогда особо не ладил и, не связанный по роду занятий ни с коммерцией, ни с чем-то иным, требующим вычислений, вполне успешно без них обходился, поэтому вооруженному свежими навыками устного счета Гарри удалось сразить его наповал. Он огорошивал беднягу труднейшими заданиями, отказывая в помощи, когда отец безнадежно в них увязал, а только обзывал его глупым.

Лишь колокольчик к обеду положил конец мучениям совершенно выдохшегося «школяра», и он устремился в столовую, спеша занять место сына. Мистер Фейрбейрн был голоден, вымотан, изнурен, словно полдня весьма тяжко работал, однако еду ему – ввиду детского положения – положили последнему, а затем каждую минуту одергивали, веля есть помедленнее.

Мама вела себя смиренно, с немой тоской поглядывая на пирог, после того как ей было объявлено – ее же собственными словами, – что выпечка детям вредна.

Любые попытки папы и мамы начать разговор немедленно пресекались крылатой фразой: «Детей за столом должно быть видно, но не слышно».

И это притом, что Гарри и Китти весь обед неумолчно болтали, от души наслаждались частыми придирками к своим великовозрастным детям, которые, надо отдать им должное, очень неплохо играли роли сына и дочери.

– Не свисти за обедом, папа! Не размахивай руками, мама! Наберитесь терпения, сэр, подождите, пока вам подадут! Заправь как следует свою салфетку и не капай супом на стол, Кэролайн!

Тетя Бетси смеялась до слез, и время летело весело, хотя скорее для детей, чем для родителей, вынужденных против воли подчиняться новым правилам.

– Теперь можете два часа поиграть, – благосклонно дозволили им, когда они вышли из-за стола.

Мама измученно рухнула на диван. Папа унесся в сад почитать газету.

Для Гарри и Китти эти часы законного отдыха омрачались обычно частыми окриками с требованиями не бегать, не играть во что-то, а порой еще и прерывались какими-нибудь поручениями. Дети, однако, решив проявить к родителям милосердие, оставили их в покое. Это был мудрый шаг. Потому что отдых принес бедолагам огромное удовольствие, и они в приватной беседе договорились предоставлять отныне детям полную свободу, когда наступает время для игр.

– Могу ли я пойти повидаться с мистером Хаммондом? – робко осведомился мистер Фейрбейрн, надеясь использовать оставшиеся полчаса свободного времени для визита к соседу.

– Нет. Мне не нравится Томми Хаммонд, и я против того, чтобы ты играл с его отцом, – решительно отказал ему с хитрым блеском в глазах Гарри, прибегнув к доводу, которым раз-другой обосновывал свои запреты его родитель.

Мистер Фейрбейрн, тихо присвистнув, удалился в амбар. Гарри за ним последовал и велел запрячь старого Билла.

– Собираетесь прокатиться, сэр? – почтительно поинтересовался папа.

– Не задавай вопросов, – был краток сыновний ответ.

Вскорости старый Билл, запряженный в лучший кабриолет, был препровожден отцом к передней двери дома. Мама как раз проснулась, подбежала к окну и выглянула на улицу, испытывая желание прокатиться.

– Могу я с вами поехать? – спросила она у Китти, которая уже, в новой шляпке и перчатках, садилась в экипаж.

– Нет. Места не хватит.

– А может, лучше запрячь Билла в линейку? Поехали бы тогда все вместе. Нам ведь с мамой это тоже нравится, – заканючил папа тем же умоляющим тоном, что и Гарри в подобных случаях.

Китти едва не сдалась. Она очень любила маму и жалела, что приходится ее расстраивать. Но Гарри был сделан из материала покрепче и, распаленный горечью многих обид, нетерпеливо бросил:

– Нам не до вас. И кабриолет подходит нам больше, чем линейка. Во-первых, он легче, во-вторых, мы с мамой хотим поговорить о делах. Ты, сынок, помоги лучше Джону ворошить сено на лугу. А ты, Кэролайн, развлеки малышку или помоги Джейн варить варенье. Девочкам следует приучаться к домашнему хозяйству.

– Гром и молния! – прорычал папа.

– Это тебя тетя Бетси научила говорить такое? – крикнула мама вслед отъехавшему кабриолету.

И ликующие дети унеслись прочь, оставив на родителей докучливые обязанности.

Миссис Фейрбейрн намеревалась хотя бы почитать, но не вышло. Малышка раскапризничалась. Китти помочь с ней не могла, потому что уехала. Вот и пришлось миссис Фейрбейрн самой утихомиривать разбушевавшегося маленького деспота. А папа в это время ворошил под палящим солнцем сено, что ему тоже не слишком нравилось.

Дети вернулись к чаю и поспешили за стол, отдав щедрую дань джему, пирогу и фруктам. Прогулка в кабриолете прошла упоительно. Они были полны впечатлений, но не поделились ими с оставленными дома родителями, да и есть своим жертвам не позволили ничего, кроме хлеба с молоком.

– Вечером я ожидаю гостей, но ты еще слишком юна, чтобы засиживаться так поздно. Это может сказаться не лучшим образом на твоем зрении. Поэтому отправляйся спать прямо сейчас. Обязательно расчеши перед сном как следует волосы и почисти зубы. Пять минут на одно, и пять минут на другое. Намажь кремом руки. Сложи аккуратно ленточки. Расправь и повесь одежду. Туфли оставь за дверью, чтобы их почистили. И загороди окно москитной сеткой. А я, после того как оденусь к приходу гостей, зайду к тебе погасить лампу.

Китти так часто приходилось выслушивать подобные наставления от мамы, что она давно уже выучила их наизусть, и монолог прозвучал у нее без единой запинки.

– Но сейчас ведь лето. И светло совсем. И всего полвосьмого. И вечер такой приятный. И спать мне еще совсем не хочется, – выложила мама один за другим очень, на ее взгляд, весомые аргументы против приговора дочери.