Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! (СИ). Страница 7

Киллиан сжал губы в тонкую линию и откинулся на спинку кресла.

– Это невозможно, – сказал он глухо. – Магия драконов не исчезает. Ее можно подавить, исказить, отнять… но исчезнуть она не может.

– Ну, поздравляю, – пробормотала я. – У меня, похоже, уникальный случай.

Он вскинул на меня взгляд, полный одновременно раздражения и… чего-то еще. То ли любопытства, то ли опасения.

– Завтра я позову лоэра Миворда еще раз, – произнес он решительно. – Мы должны понять, что с тобой.

С трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Опять двадцать пять! Попаданство докторами не лечится.

– А если он не поймет? – спросила я, сама удивившись своей смелости.

– Тогда будем искать других лекарей. Если нужно будет, я сделаю запрос во дворец с просьбой прислать нам королевского лекаря. Я не позволю, чтобы моя жена… – он запнулся и на секунду сжал кулаки, – чтобы мать моих детей оставалась беспомощной.

Я невольно выдохнула. «Моя жена» – как-то тяжело прозвучало. Не про меня. А про ту, настоящую Арабеллу. Что же произошло между супругами?

– Дети, идите гулять, – сказал Киллиан после того, как обед закончился, – я поговорю с… вашей матерью.

Дети послушно покинули столовую и убежали в сад. Я завистливо посмотрела им в след. Мне тоже очень хотелось убежать подальше от этого пытливого взгляда мага, называвшего себя моим мужем. Интересно, когда он все же поймет, что я не его жена, что он будет делать? Отдаст меня в местный филиал полиции? А может, у них тут есть инквизиция, меня сожгут, как ведьму? Митрофановна говорила же, что я ведьма! Да ерунда! У меня уже просто сдают нервы. Сам Киллиан маг, для него ведьминские штучки не удивительны. Хотя, кто его знает, как он отреагирует на подмену своей супруги?

Когда мы остались почти одни – только метла, конечно, никуда не делась, эта приставучая подружка, – я огляделась. Мы вошли в гостиную. Киллиан продолжал хранить молчание, хоть и сказал, что хочет поговорить со мной. Я опустилась в кресло. Внутри разлилось незнакомое тепло. Я положила ладонь на грудь, сделала вдох. Что-то странное происходит. Может меня уже догнал инфаркт? Мой взгляд уперся в вазу, которая стояла на столе. Внутри меня будто натянутая струна звенела. Внезапно ваза дрогнула… приподнялась… и медленно поплыла ко мне!

– Ах! – вырвалось у меня. – Ты видишь? Она летит!

– Я вижу, – сухо сказал Киллиан, опускаясь в соседнее кресло. – И зачем тебе это?

– Как зачем? – я едва не подпрыгнула от восторга. – Это же… это же чудо!

Митрофановна вздохнула, но лукаво хихикнула в усы, паря рядом. Киллиан недоуменно смотрел на меня. Я поставила вазу обратно на стол, но мне тут же захотелось большего. Я щелкнула пальцами в сторону лежавшего на подносе яблока. И яблоко – о чудо! – покатилось, подпрыгнуло и само влетело мне в ладонь.

– У-у-у! – выдохнула я, прижимая его к груди. – Ты понимаешь, что это значит? Я могу не вставать ночью за чаем!

Киллиан закрыл глаза, сделал глубокий вдох и потер переносицу.

– Арабелла, – протянул он, явно сдерживая раздражение, – раньше ты считала подобные трюки… пустой тратой сил.

Я вскинула брови.

– Ну и зря! Это же полезно! Ты только представь: можно убирать комнату, не вставая с дивана. Или готовить, не пачкая рук! Это революция!

– Это глупости, – отрезал он, – магия лоэров дана для великого: защиты, сражений, управления стихиями. А не для того, чтобы таскать яблоки по воздуху.

– А мне нравится, – я дерзко откусила яблоко и довольно зажмурилась. – Если у меня есть сила, то я намерена использовать ее, чтобы жить красиво.

Киллиан нахмурился еще сильнее, но, кажется, на секунду угол его губ дрогнул. Я решила, что он скрывает улыбку. Пусть ворчит! А я научусь, и еще покажу, что бытовая магия важнее всяких там битв. В конце концов, счастье семьи состоит именно из этих мелочей. Пусть магия драконов покинула это тело вместо с настоящей Арабеллой, зато я – Настя Кривцова, обрела настоящую магию! Может в этом мире бытовую магию не считают чем-то важным, но у меня вообще никакой раньше не было!

– Арабелла, – сдержанно произнес Киллиан, – похоже, тебе все же следует отдохнуть как следует! Возвращайся в спальню. Ты отдохнешь, магия огня вернется.

На его месте я не была бы так уверена, однако спорить не стала. Мне самой не терпелось покинуть общество этого надменного типа.

Глава 5

Я сидела в своей новой спальне, лениво перебирая складки странного, чересчур нарядного платья. После обеда в голове шумело – слишком много впечатлений, слишком много людей называли меня «мамой», а я-то до сих пор чувствовала себя той самой Настей Кривцовой из детсада.

И тут, словно по привычке, сунула руку в карман. Пальцы нащупали знакомый бархатный уголок. Я вытащила… тот самый кошелек. Красный, замшевый, с золотой защелкой, который нашла на веранде в садике.

– Да ладно… – прошептала я, – ты тоже здесь? Ну и ты как тут оказался, товарищ? – пробормотала я, расстегивая защелку.

Вот почему моя одежда изменилась, а кошелек оказался в кармане нового наряда?

Внутри звякнули монетки, и вдруг кошелек… зашевелился. Не сильно, но я это почувствовала. Щелк. Защелка сама собой открылась. Внутри болтались все те же золотые монеты, переливающиеся мягким светом, которые я видела еще в своем мире.

– Ну наконец-то, хозяйка, – раздался ворчливый, немного скрипучий голос. – Я уж думал, ты меня потеряла.

Я чуть не подпрыгнула. Кошелек говорил. ГОВОРИЛ.

– Что?! Кошелек… разговаривает?

– Ну, вообще-то я предпочитаю «утонченный аксессуар с большой харизмой». Но ладно, пусть будет кошелек.

Я сглотнула, не зная, смеяться или бежать за Киллианом.

– Но… как?.. Зачем?.. Почему ты со мной?

– А что я, по-твоему, брошу тебя одну в этом балагане? – в голосе послышалась издевка. – Я же… преданный. Полезный. И вообще, хозяйка, привыкни: теперь твой мир – это не только дети и метлы. Теперь у тебя есть я.

Я зажмурилась, уткнувшись лбом в ладонь. Ну все. Метла разговаривает, теперь еще и кошельки. Может, я не в другой мир попала, а просто в дурдом?

– Ладно, – пробормотала я, осторожно держа его на вытянутых руках, словно он мог укусить. – Разговаривающий кошелек… это нормально. Совершенно нормально.

– Конечно, – самодовольно отозвался он, и защелка на его крышке щелкнула, будто кивок. – Ты же лоэра. У лоэры все должно быть на высшем уровне: муж – маг, дети – наследники, кошелек – с характером.

Я фыркнула.

– Так и будешь все время болтать, не называя себя?

– Мое имя… – голос протянулся таинственно, с наигранной важностью. – Это древняя тайна, покрытая легендами. Его произносили лишь избранные владыки и купцы великих дорог!

Я скептически прищурилась. Начинается! Видели мы таких важных!

– Ага. То есть ты сам не помнишь, как тебя зовут?

Кошелек возмутился:

– Помню! Еще как! Просто оно звучит так величественно, что неподготовленные уши могут обуглиться от величия.

Я закатила глаза.

– Я… Гросвальд, Древний Хранитель Честного Золота и Неисчерпаемых Сокровищ, – дурным голосом взвыл кошелек.

– Чего? – уставилась я на него. – Грос… кто?

– Гросвальд, – повторил он с достоинством. – Это имя известно многим поколениям…

Я хихикнула. Наверное, это уже нервы сдают.

– Слушай, Гросвальд – это слишком длинно и пафосно. Будешь Грошик.

Кошелек возмутился так, что защелка клацнула, будто он хлопнул крышкой.

– Грошик?! Ты в своем уме? Я – сосуд богатства, хранитель тайных желаний, шепот удачи и сияние золота!

– Ага. Грошик, – с невинным видом повторила я.

Пару секунд он молчал, потом вздохнул как-то обреченно:

– Ну, ладно. Пусть будет Грошик. Но только между нами! Если кто-то узнает, я скажу, что это прозвище… семейное.

Я прыснула со смеху и впервые за день почувствовала, что мне почти весело. Метла у меня есть, кошелек тоже. Осталось только понять, как жить с четырьмя детьми, мужем-магом и… драконом внутри.