Вечно голодный студент 6 (СИ). Страница 12

Вот эта низменность цели вызвала у меня чувство умиления — какие-то типы, пока в городе неразбериха, поехали выносить даже не «Магнит» или «Пятёрочку», ну или «Сбер», а торговый центр, специализирующийся на одежде! Одежде!

Наверное, они рассчитывали, что сбудут награбленное, когда всё уляжется.

Но они провалились даже до этого метафизического «улегания», которое так и не состоялось: тут навсегда замер полицейский УАЗ, водительская дверь которого открыта.

Судя по лежащим на асфальте гильзам, произошла перестрелка, с применением ПМ и гладкоствольных ружей.

Человеческие кости и обрывки одежды и полицейской формы свидетельствуют о том, что многие участники этой схватки так и остались тут.

Оружия, естественно, здесь нет, потому что оно слишком полезно в условиях разворачивающегося апокалипсиса, но всё остальное на месте — тлеющая под воздействием окружающей среды одежда, расстрелянные машины, кости…

— Дичь, блядь… — произнёс я и продолжил путь.

А дальше начался участок трассы, проходящий через лес.

Мне этот лес чем-то сразу не понравился. Возможно, я нагнетаю, но жопой чую, что от него нужно ждать беды…

— Ничего не видно? — снова спросил Проф.

— Ничего, — повторил я ответ. — Хотя…

Вижу очень старый и неявный след — кто-то перешёл на четырёх лапах через дорогу с севера на юг.

Приближаюсь к следу и, с металлическим скрипом, сажусь на корточки. Да, как я и думал, после такой неадекватной беготни, силиконовое покрытие и чехлы протёрлись, позволив металлу тереться о металл.

Зато углеволоконная нить показала себя отлично — вообще никаких признаков истирания. А вот сталь такие признаки показывает, потому что в некоторых отверстиях есть небольшие бороздки, возникшие вследствие трения углеволоконными нитями.

«Наверное, надо попросить продевать в отверстия по три-четыре нити, чтобы чуть-чуть распределить нагрузку», — выработал я решение. — «А то плеть-то тонкая, но сверхпрочная…»

Впрочем, это не сказать, что большая проблема, так как потребуются месяцы непрерывной беготни, чтобы пропилить сегмент до конца.

— Что-то заметил? — спросил Проф.

— Да, старый след, — ответил я. — Но времени прошло много — не меньше двух дней, поэтому не понять, кто это был. Этот кто-то пересёк трассу с севера на юг и ушёл куда-то туда.

— Отслеживать бесполезно? — задал Проф следующий вопрос.

— Абсолютно, — подтвердил я. — За двое суток зверь мог напетлять так, что мы заебёмся распутывать. Лучше просто пойдём дальше. Если повезёт, то найдём свежак, и это всё изменит…

— В лесу ведь должен жить хотя бы кто-то… — произнёс Проф.

— Нет, здесь точно никто не живёт, кроме этой твари, — сказал я, указав на одному мне видимый след. — Соседей она не терпит, поэтому соседей больше нет. Идём.

Двигаемся по лесному участку трассы, который прямо гнетёт меня — кажется, что сейчас какая-то невидимая тварь спрыгнет с дерева и одним ударом лапы сломает мне шею и всё закончится.

Но ЭМ-зрение не показывает ни души в радиусе километра.

Ни электроники, ни живых существ — никого, кроме нас с Профом.

— У меня есть мысль, — произнёс он.

— Вываливай, дедуля, — нервно усмехнувшись, сказал я.

— Я думаю, что у этого зверя, кем бы он ни был, есть мощная сенсорная способность, — поделился Проф. — В пользу этого указывает следующее: тут стерильно пусто, а ещё нет множественных следов.

— Как отсутствие следов… — начал я, а затем и сам понял. — А-а-а, он не рыщет по окрестностям в поисках жертв, потому что точно знает, куда нужно идти.

— Именно, — покивав, подтвердил Проф. — Когда ты не вынюхиваешь под каждым кустом, а идёшь точно к цели, которую отчётливо видишь, следов будет существенно меньше.

— Это хорошая догадка, — похвалил я его. — Тогда нет особого смысла шифроваться. Если эта тварь слышит или чует, то ей уже известно о нас.

— Возможно, нам следует поскорее выйти на открытую местность… — предложил Проф.

— Дедуля ты, как никогда, прав! — ответил я и развернулся. — Побежали назад!

И, в этот момент, я увидел его.

Надо было крутить башкой почаще, возможно, я бы заметил его раньше…

— Проф… — прошептал я. — Этот уёбок вон там — метрах в шестистах… И он пырится на нас…

— Я ничего не вижу, — вглядываясь в указанном мною направлении, произнёс Проф.

— Конечно, блин, ты его не видишь… — сказал я. — Он за кустарником и биллбордом… Они ему, как я понимаю, не преграда…

— Что будем делать?.. — спросил Проф.

Этот хрен его знает кто не может быть слабым — на зачистку такой большой территории способен только сверхсильный зверь.

Мы в очень невыгодной ситуации, потому что за нашей спиной большой участок леса, а перед нами этот местный ёбарь.

Хреновая видимость, ограниченное пространство, нет замкнутых помещений, пригодных для обороны — жопа.

— Если бы я, блядь, знал… — прошептал я.

Глава пятая

Суверен

*Российская Федерация, Ставропольский край, посёлок Иноземцево, 15 октября 2027 года*

Проф не умеет бегать быстро, поэтому эта тварь легко догонит его, а затем и, скорее всего, меня. Тут нужен какой-то другой план. Бегство — это не выход.

Тварь, тем временем, как-то поняла, что я её вижу, поэтому вышла прямо на трассу, чтобы и на нас посмотреть, и себя показать…

— Это какое-то кошачье, — не очень уверенно произнёс Проф.

— Очевидно, блин… — ответил я ему.

По моим примерным прикидкам, этот зверь весит никак не меньше 200–300 килограммов, потому что размерами он больше человека — рост в холке что-то около полутора метров.

Лапы мускулистые, с бугристыми мышцами. Они покрыты густым мехом, в котором часто встречаются металлизированные шерстинки, что свидетельствует об уверенном переходе на продвинутую защиту.

Морда у него кошачья, с небольшими ушами, увенчанными кисточками, а также с дефолтной пастью, как у домашнего кота. Правда, в пасти видны удлинённые и острые клыки, предназначенные для прокалывания шеи жертвы.

Формой он напоминает здоровенный меховой шар и выглядит, как зажравшийся на зоопарковых харчах манул. Мех имеет песчаный окрас, поблёскивающий на солнце металлическими шерстинками, как сединой.

На лапах здоровенные когти, но не колющие, как у обычных кошек, а с режущей кромкой — теперь я уверен, что с машинами на трассе поразвлекался именно он.

— Есть смысл стрелять по нему? — спросил Проф.

— Я не думаю… — ответил я, покачав головой. — У него сильно металлизированный мех, поэтому в нём гарантированно завязнут почти любые пули. Тут надо поближе подпускать и мочить электричеством.

Но уверенности у меня в этом нет. Кто сказал, что я вообще успею выпустить нить или шарахнуть плетью? А с анлимитэд пауэром тоже всё неоднозначно, потому что применить-то я его применю, но не факт, что сумею увидеть результаты…

— Есть идеи, как нам выпутаться из этой ситуации? — спросил Проф.

— Это твоя охота — исполняй, блин! — раздражённо ответил я.

— Но у тебя больше опыта в рейдах, — возразил он.

— Мой опыт подсказал мне, что нужно взять кого-то ещё! — воскликнул я, чем заставил Кота напрячься. — Щека бы засадил ему пулю в глаз, прямо сейчас, и мы бы пошли домой. Но теперь мы в жопе, Проф!

— Мы выберемся из этой ситуации, — убеждённо заявил Проф.

Коту надоела эта дуэль взглядов, поэтому он тронулся с места. Но не в нашу сторону, а в лес.

— Куда он идёт? — спросил Проф.

— Сейчас, телепатическую способность подключу! — ответил я. — Проф, ты вообще размяк, да⁈ Привык к безопасной жизни и расслабился⁈ Мобилизуйся, нахуй, а то мы сегодня сдохнем! Соберись!

Кот, тем временем, ушёл на северо-запад, старательно сделав вид, будто потерял к нам интерес, но сам ушёл относительно недалеко, примерно на семьсот метров.

— Он пасёт нас, но хочет сделать вид, будто его нет и можно расслабиться, — сообщил я Профу, стараясь не смотреть в сторону Кота.