Молот Пограничья. Гексалогия (СИ). Страница 104

– Клянусь Матерью и всеми богами, которым поклонялись наши предки – победа будет за нами! – Я расправил плечи и закончил громко, уже в полный голос: – Сегодня мы разожжем костер, который увидят даже в Москве!

Гридни отозвались нестройными криками, а Жихарь даже пальнул в воздух из штуцера – и первым помчался в сторону дороги, чтобы занять свое место. Остальные последовали за ним, и когда последняя закованная в броню фигура растворилась в вечернем полумраке, я развернулся и зашагал к оружейне.

Где меня давно уже ждали.

– Неплохая задумка, – одобрительно усмехнулся дядя, поднимая с верстака кирасу. – Чему‑то вас в кадетском все‑таки учат… Только сработает ли?

– Сработает.

Я улыбнулся и принялся облачаться в доспех. Этот комплект был куда толще обычных пластин, наплечников и наручей – и куда тяжелее. Даже здоровяки вроде Рамиля с Василием вряд ли смогли бы пройти в нем больше пары десятков шагов, но сегодня мне придется ни догонять, ни убегать самому.

Мое место рядом с остальными – там, где они будут стоять насмерть.

– А ты сам куда? – тихо спросил дядя. – Штуцер возьмешь, или с арбалетом?

– Я – к алтарю. Сначала познакомлю его сиятельство Александра Николаевича с охранными чарами. А потом выйду на улицу. – Я поправил броню на плече и с лязгом вытянул руку, проверяя подвижность сочленений. – И убью всех, кто попробует подойти к дому.

– Не нравится мне это. Слишком тихо.

Его сиятельство Александр Николаевич Зубов поморщился. Он и сам был не чужд здравого смысла и всегда предпочитал действовать с оглядкой, но осторожность брата слишком часто граничила с трусостью.

А иногда и заходила за границы. Как в этот раз, например.

– Хватит уже. Не пугай людей.

Александр чуть понизил голос и оглянулся назад – туда, где у машин неторопливо позвякивали оружием и броней гридни. Некоторые фигуры растворялись в полумраке, но ему совершенно не обязательно было видеть, чтобы знать, кто где стоит.

Три десятка бойцов из Елизаветино, в каждом из которых Александр был уверен, как в себе самом. Почти половина вояк когда‑то служили под его началом в государевой армии далеко на юге, а остальные родились и выросли здесь, на Пограничье. Они знали всю округу, как свои пять пальцев, а кто‑то наверняка успел не раз побывать в Отрадном.

Чуть дальше, у двух здоровенных внедорожников стояли гатчинские гридни из личной гвардии его сиятельства Николая Платоновича. Всего дюжина – зато какие! Александр и сам никогда не экономил на оружии и снаряжении, но броня отцовских вояк стоила, как все Елизаветино. У половины на штуцерах поблескивала новомодная немецкая оптика, с которой они запросто клали пулю в спичечный коробок хоть с двух сотен шагов, и у каждого на боку висел револьвер в кобуре. Не говоря уже о топорах и клинках.

Впрочем, ввязываться в ближний бой его сиятельство не планировал. Мальчишка‑бастард неплохо владел мечом, но вряд ли был так же силен в родовой магии. Настоящему искусству не научат в кадетском корпусе, а старый князь Костров отправился на тот свет куда раньше, чем его братец сумел выпросить у государя дозволения передать титул незаконнорожденному ублюдку.

Сама мысль, что ему, наследнику славного рода Зубовых, придется марать руки о какого‑то там кухаркиного сына, приводила Александра в дурнейшее расположение духа. Настолько, что со всем этих хотелось покончить побыстрее – и, желательно, не вынимая из ножен мечи.

Четыре с лишним десятка стволов против горстки селян, которые куда чаще убирались за коровами и свиньями, чем упражнялись с оружием. Не самый плохой расклад, и никаких поводов для беспокойства – и все же у Александр почему‑то никак не получалось попасть ремнем в пряжку на портупее.

Руки дрожат? Да нет – быть такого не может!

– Слишком тихо, – повторил Константин, оглядываясь по сторонам. – Чую какую‑то дрянь, но что – понять не могу.

На этот раз Александр не стал спорить. Младший братец всегда был трусоват, да и в плане магии не отличался особым талантом, унаследовав лишь крохи отцовского Дара – зато интуицией обладал почти запредельной.

Может, поэтому и уцелел в Тайге среди всякого отребья.

– Да что там может такое быть? – нервно проворчал Александр, в десятый раз проверяя застежку на кобуре револьвера. – Засада? Их человек‑то всего ничего. Наверняка сидят в сарае своем, как крысы. И будут сидеть, пока не выкурим.

– Не засада. – Константин покачал головой. – Другое что‑то… Не знаю, Сашка.

Так брат не называл Александра уже давно. Может, год, а может, и все три. Видимо, крепко занервничал…

И было с чего. Теперь, когда совсем стемнело, лес вокруг больше не казался спокойным и безопасным. В воздухе не пахло порохом, а легкий ветерок не приносил с холма ни звука, и все же темнота скрывала что‑то куда более неприятное и опасное, чем кочки и прикрытые сухой осенней травой ямы, в которых запросто можно сломать ногу.

Александр на мгновение даже пожалел, что не взял с собой побольше людей. Или Платона. Тот, как и Константин, тоже не блистал особыми талантами в боевой магии, но трое Одаренных – это все‑таки куда лучше, чем два.

Но не возвращаться же назад?.. Свои же засмеют. А к отцу с такими вестями и вовсе на глаза не покажешься.

– Ладно, хватит уже прихорашиваться. А то как девки уже… Выдвигаемся! – скомандовал Александр и махнул рукой в сторону холма. – Хромой со своими вперед, остальные – за мной.

Полдюжины фигур отделились от черного силуэта грузовика и быстрым шагом направились вверх, позвякивая доспехами. Шли, как положено: цепью, на расстоянии друг от друга. Им даже не нужно было приказывать не соваться на дорогу – опытные бойцы и сами знали, что лучше не лезть на открытое место и держаться в тени.

– Пойдем. – Александр легонько хлопнул брата по бронированному плечу. – А то без нас всех Костровых поубивают. Скажут потом, что их сиятельства за дружиной пря…

Договорить он не успел. Впереди раздался низкий сердитый гул, в лицо вдруг хлестнул теплый воздух, и один из гридней, шагавших впереди, вдруг вспыхнул, как свечка.

Точнее, просто исчез – и на его месте вдруг появился столб ослепительно‑белого пламени. Такого яркого, что стало больно глазам, а мир вокруг выцвел до плоской картинки, по которой, дергаясь, метались тощие черные силуэты.

Еще одна вспышка – и двое гридней разлетелись в стороны, а третий выпустил штуцер и свалился в траву, прижимая к груди искалеченную руку. В нос ударил запах паленой плоти, а от крика заложило уши. Так, что Александр не сразу, разобрал слова брата.

– Факел! – заорал Константин. – Это Факел! Сашка у них там охранные чары!

– Да откуда⁈ Старший Костров уж лет двадцать как бездарь, а молодой…

Третье заклинание отличалось от первых двух. Полыхнуло не так ярко – зато ударило во все стороны разом. Несколько Огненных Шаров ушли куда‑то вверх, еще два подпалили соседние сосны, но последний все же нашел цель: не успевший залечь гридень с воплем катался по земле, пытаясь сбить пламя.

– Сашка! – Константин схватил Александра за руку. – Давай назад! Уводи людей – или все тут ляжем! Видишь, что творится?..

Солнце уже давно исчезло за холмом, но магический огонь горел так, что вокруг стало светлее, чем днем. И в его отблесках перепуганное лицо брата с распахнутыми от ужаса глазами казалось не просто бледным, а будто вылепленным из свежего снега. По лбу и шее Константина катился пот, но рука, вцепившаяся в запястье, была холоднее льда.

На мгновение Александру показалось, что сама смерть держит его костлявыми пальцами. И лишь усилием воли он смог прогнать наваждение.

Мальчишка Костров оказался куда способнее, чем можно было ожидать, но с Одаренным третьего ранга ему не справиться. Главное – подойти поближе!

– Вперед! – рявкнул Александр, вырываясь. – Не стойте на месте!

Когда чужая охранная магия снова заработала, выплевывая полдюжины Огненных Шаров, он уже был готов. Медлительные и тяжеловесные заклинания родового аспекта не слишком годились для нападения, зато в защите не знали равных. И не успело сияющее пламя коснуться брони гридней, как ему навстречу прямо из травы потянулись неровные столбы примерно в человеческий рост высотой – будто подземный великан высунул наружу пальцы, закрывая людей.