Не в этот раз. Книга II (СИ). Страница 30

Отзанимались мы до самого вечера. Я предсказуемо плавал, чтоб не сказать «тонул» — чую, если будет так продолжаться, придётся просить выделить мне персонального «коуча», примерно каким я сам был для наших двоечников. Стыдновато, конечно, и обидно, но не сидеть же пеньком с пустыми глазами? Тут, правда, сначала бы определиться с потенциальной кандидатурой означенного психопомпа, а то будет через губу слова цедить… Пока что выбор мой невелик, общаться со мной не рвётся никто. Пару раз задавал вопросы оказавшимся рядом, но ответа ни разу не получил: Дима-аспирант реагировал быстрее. Ну да, он, конечно, объясняет с готовностью, когда мне персонально — то всё и понятно сразу, но что толку, если у свердловчан свой жаргон? Они, кстати, почти все из одной школы. И все ходят в один и тот же кружок в Дворце Пионеров. Чего удивляться тому, что они задачи и теоремы цитируют буквально по номерам, как заключённые в известном анекдоте? Я их не понимаю, в живом обсуждении (а это самое важное! учебник-то у меня и дома есть) участвовать толком не могу. Короче, от обучения, которое, собственно, и является главной целью этих сборов, ощущения противоречивые.

На выходе из школы я перемолвился с опекавшей нас местной учительницей, и та меня сначала расстроила, уверив, что никаких рыболовных товаров ни в одном местном магазине сроду не бывало, но зато тут же обнадёжила: её муж — заядлый рыбак, его можно найти на берегу каждое утро в выходные, и он ребёнку в нескольких метрах лески и паре крючков, конечно, не откажет. Это уже что-то! Настроение немедленно скакнуло вверх.

Сразу же по возврату на базу я вызвался добровольцем помогать разгружать ужин — его опять привезли на потрёпанном «каблучке» из санатория, название которого мне ни о чём не говорило, потому я его немедленно забыл. Ну, как «вызвался»: просто не стал проходить мимо, когда мы толпой шли мимо столовки в казарму. Я плёлся последним, раздумывая, где и как вырезать себе удилище, увидел, что немолодой мужик, который был главным по хозяйству на базе, таскает судки и кастрюли из машины в столовую, и подошёл помочь. Ничего особенно тяжёлого мне не доверили, но пяток рейсов с хлебом и прочим я всё же сделал. Ничего такого в виду не имел! Просто помог! А оказалось, что не просто. Оказалось — дальновидная инвестиция!

После ужина я не пошёл со всеми в наш барак, а потихоньку свалил в лес. Вроде никаких коллективных мероприятий у нас не намечалось, «отдых» по распорядку дня, но кто этих вожатых знает, придумают ещё чего-нибудь? А мы маленькие дети, нам хочется гулять! По крайней мере, некоторым из нас.

В лесу я довольно быстро понял, что тут удочки вырезать не из чего. Никаких кустов, никаких молодых побегов — одни мачтовые дуры, а внизу вычищено всё до хвои на земле. Ходил-ходил, нашёл единственное сколько-то похожее на правду дерево — молодую ёлочку высотой метра три, зажатую здоровенными соснами со всех сторон, и оттого тонкую и стройную. У комля всё равно, конечно, толстовата, но на тот момент выбор мой был откровенно скуден. Потому сразу встал вопрос: а как «обрабатывать» добычу? Если ломать, то есть риск, что сломается не там, где надо, а мне и так длины недостаточно! Нужен топор, или хотя бы нож. Я, дурак, не взял… А ведь есть дома, отличный складыш, с белкой, подсточенный уже, ещё папин, студенческий! Вот чего стоило в сумку бросить? Вместо парадных ботинок, например. Но теперь ничего не поделаешь, ненужные ботинки есть, а до зарезу необходимый нож отсутствует.

Была, конечно, идея завалиться в спальню и громко возопить о нужде своей, вдруг кто из свердловчан захватил какой-никакой складешок? Но как-то не хотелось… Однако, нашёлся вариант получше: на выходе из леса меня перехватил директор базы.

— Чего смурной такой? Грибов не нашёл? И не найдёшь: их, поди, Нюрка все ещё поутру собрала! — И стоит, лыбится.

— Да не, — машинально ответил я, — думаю, где мне нож добыть.

Директор аж подобрался весь.

— Нож? Ну, нож — это вообще-то дело нехитрое… а зачем тебе?

А я что? Рассказал. Мне скрывать нечего. В это время срезать в лесу палку — это не то, что не криминал, для мальчиков — так и поощряется даже. Мужское дело, молодец. Тем более — у меня вообще получается производство средств производства! Молодец вдвойне! Только вот директор почему-то задумался.

— Ну-ка, пойдём, — и потащил меня за руку куда-то. Надеюсь, не в зиндан.

Пришли мы в один из преподавательских домиков. Судя по тому, что двери пришлось открывать извлечённым из-за наличника ключом (тайник я на всякий случай запомнил!), «коттедж» был нежилым — и это тоже надо запомнить, кстати. Меня внутрь не приглашали, я остался на улице, а вот директор нырнул на веранду и принялся там чего-то с грохотом искать. Я уж совсем собрался предложить посильную помощь, но тут из дверей на улицу буквально вылетела, как копьё, бамбуковая трёхколенная удочка. Собранная и оснащённая. И с поплавком даже, фабричным! Вслед ей выбрался тяжело дышащий директор.

— Вот! Студент какой-то в том году оставил. Постарайся не сломать — вдруг он и в этом году приедет?

— Да я никогда! — с жаром заверил его я.

Дальше — больше: меня проинструктировали, где надо ловить — либо в реке выше места, где она впадает в пруд, либо на самом пруду, но там пришлось бы идти по берегу около двух кэмэ. Так ещё и черви нашлись на наживку! За столовой притаилась здоровенная компостная куча, состоящая в основном из сорняков, которые раз в неделю директор самолично косил перед столовой и на дорожках.

— Поучиться косить не желаешь? Я запросто! — подмигнул он мне заговорщически, но тут уж я рваться в добровольцы не стал: одно дело — с разгрузкой пять минут пособить или ещё что-то такое, а начни с сорняками помогать — и привет, территория-то о-го-го, тут косить не перекосить!

Сошлись на том, что если будет мелкая рыба, то отпускать я её не стану, а принесу на прокорм домашней кошке моего спасителя.

Глава 14

Нам, рыболовам, встать утром — плюнуть раз. И никакой будильник не нужен. Это не на занятия просыпаться, там попробуй-ка добудись ещё! А вот на рыбалку всегда вставал без вопросов, сам. Да как бы ещё и слишком рано не получалось в половине случаев! Сто раз приходил на берег и вынужден был ещё полчаса ждать, пока станет достаточно светло, чтоб поплавок хоть как-то выделялся на фоне воды.

Но вчера всё-таки был тяжёлый и насыщенный день, потому проснулся я, когда солнце уже успело полностью выплыть из-за горизонта. Погода — звенит! Черви накопаны с вечера, удочка спрятана на задах барака в подходящей щели, да и кому она могла бы тут понадобиться? Теперь главное — никого не разбудить.

Решил совместить приятное с полезным: мне в плане занятий кроссы предписаны? Отлично, дальнее рекомендованное место для рыбалки как раз в двух километрах, нормально, для начала. По лесу решил ноги не бить, рванул по асфальту, хоть это и рискованно — берег с дороги не видно, есть шанс проскочить мимо нужного места. Или не дотянуть. Бежал в итоге, постоянно кося глазами налево, пытаясь угадать очертания берега через редкий лес.

Волновался я, однако, не о том: ближе к концу моего забега нарвался на стаю собак. Бродячих, понятно дело, откуда тут другие? Здесь и бродячим-то, по уму, делать нечего: что они забыли в лесу? Белок гоняют, что ли? Так деревья здесь сплошь высоченные, достать ни одного шанса нет, можно только бессильно гавкать снизу. А вот дичь в виде одинокого пацана этой стае вполне по силам. Была бы в той жизни. Но не в этот раз!

Снова пожалев об отсутствии ножа — как бы сейчас пригодилась хорошая палка! — я, кося взглядом на заливающихся истеричным лаем мелких застрельщиков, быстро разобрал удочку и сложил все колена вместе. Они вроде и тонкие, конечно, но три сразу — уже что-то! И риска сломать почти никакого, тем более, самый тонкий кончик — он же и самый короткий. Ну-ка, кто тут смелый, подь сюды, дядя вооружился!