Друид Нижнего мира (СИ). Страница 7

— То есть любой может попытаться добыть ядро? — уточнил я.

— Может-то может, только, кроме охотников, никто сам в Дерби не рискует заходить — слишком опасно. Да и ружье не так-то легко достать. Не говоря уж о том, что среди охотников есть маги, а у нас из энергии лишь та, что в лампочке, — усмехнулся он.

Потихоньку все начало проясняться. Да, Дебри не то место, куда можно выйти прогуляться. Даже для меня без моих сил там может быть опасно.

— А ты чего траву гладишь? — усмехнулся Женька, ведь я все это время не прекращал напитываться энергией растений, прикасаясь буквально к каждому ростку.

— Нравится, — ответил я и решил сменить тему. — А что с тобой случилось? Откуда синяк?

— Э-э-э, — махнул он рукой и досадливо выдохнул. — С пацанами с Первой улицы схлестнулись. Думал, проскочу и не заметят, но, как назло, Борька поросей своих кормил и засек меня… Ерунда, пройдет.

Он осторожно прикоснулся к синяку под глазом и поморщился от боли.

— Пройдет, — словно эхо откликнулся я, пытаясь уложить всю информацию в голове.

— Ты лучше расскажи, как в Дебри ходил? — шепотом спросил Женька, и в его глазах зажглись огоньки интереса. — Что видел? А Кузьма вернулся?

— Ничего не помню. Пришел в себя, когда за мной пришли, — пожал плечами, и это была правда.

Я действительно не знал, что случилось с пареньком до того, как я попал в его тело. Кроме одного…

— Кузьма погиб. Одни останки нашли.

— Да ты что! — ахнул Женька, испуганно вытаращился на меня и прижал руку ко рту. — Как это случилось?

— Этого не знаю.

Мы замолчали. Каждый обдумывал услышанное. Тут в траве неподалеку послышался писк и показалась остроносая мордочка с усиками.

— Крыса! — взвизгнул Женька, вскочил на ноги и ломанулся в сторону.

Я же лишь улыбнулся, глядя в черные глазки бусинки.

— Где у вас лопата? Я ее сейчас прибью! — Он начал метаться по двору, заглядывая в покосившиеся хозяйственные постройки.

— Не знаю, — равнодушно пожал я плечами и шикнул на зверька.

Крыса тихонько пискнула и скрылась в траве.

Когда Женька нашел лопату и прибежал с ней, крысы и след простыл.

— Где эта тварь⁈ Убью гадину!

Он принялся ногами шарить в траве в поисках зверька.

— Слушай, а откуда воду берут? — я решил отвлечь его.

— Из колодца, откуда же еще, — буркнул он, с раздражением воткнул лопату в землю и прислонился к стене дома. — А чего?

— Покажешь, где колодец?

— Ты совсем все забыл, что ли? — Он с недоверием смотрел на меня, будто разыгрываю его.

— Получается, что так, — без тени улыбки ответил я.

— Ну вставай и пошли. Но если ты прикалываешься, то я тебе… — Он не стал договаривать, а показал кулак и грозно нахмурил брови.

Мы вышли из калитки и двинулись вдоль пыльной ухабистой дороги, местами покрытой неровным булыжником. На некоторых домах я заметил номера и название улицы «Пятая».

— Сколько всего улиц? — уточнил я у Женьки.

— Пять, — ответил он, отмахнувшись от мухи.

Вообще-то, все мухи летали вокруг меня, но не садились, а будто сопровождали. Вдруг сзади послышался еле различимый писк, я резко обернулся и увидел свою ночную гостью. Она вприпрыжку бежала за мной следом.

Женька проследил за моим взглядом и, заметив зверька, завизжал:

— Опять эта гадина!

Метнувшись в сторону, он схватил с земли камень и прицелился в крысу.

— Не смей! — прикрикнул я и заслонил собой крысу. — Она тебе ничего плохого не сделала!

— Но ведь это же крыса! — продолжал орать он и попытался обойти меня, но я схватил его за руку и с силой сжал.

— За что ты хочешь ее убить? Отвечай!

Женька опешил, встретившись с моим взглядом. Не знаю, что там увидел, но его пыл тут же утих.

— Я боюсь крыс, — извиняющимся шепотом произнес он. — Они могут укусить. Говорят, даже болезни разносят.

— Никогда не убивай из страха. Это не повод приносить смерть.

Я отобрал у него камень и отшвырнул в сторону. Крыса будто поняла, что нужно держаться подальше от Женьки, и юркнула за забор ближайшего двора.

— Показывай колодец, — примирительно сказал я и отпустил его руку.

Мы двинулись дальше, но всю дорогу Женька странно смотрел на меня, будто понял, что я больше не его друг, а кто-то другой.

— Пришли, — буркнул он и указал на колодец.

Сруб почернел и прогнил, ведро и цепь покрывала ржавчина, а запах гнили и затхлости разносился на всю округу.

— Сколько всего колодцев? — спросил я, склонившись над водой, которую покрывала тина и мелкие пузырьки, вырывающиеся откуда-то снизу.

— Пять. По одному на каждой улице.

— И во всех такая вода?

— Говорят, что на Первой улице вода в колодце получше, но ненамного. А что? Я уже привык. Вода как вода, — повел плечом Женька.

— Вода должна быть чистая и свежая, а здесь муть какая-то. — Я брезгливо сморщил нос, когда очередная порция пузырьков рванула вверх и в нос ударил зловонный запах.

«Доблестный воин, открыт доступ к заданию „Возрождение колодца“. Ты принимаешь вызов?» — прозвучал голос амазонки в голове.

«Да», — твердо ответил я, ведь даже без задания занялся бы колодцем. Эту воду пить опасно.

— Сам знаешь: другой воды у нас нет. — Женька, прищурившись, посмотрел на солнце. — Егорыч, к отцу в мастерскую пойдешь? Могу проводить, чтобы ты не потерялся, а то мне уже домой пора. Отец снова будет орать, что не помогаю по хозяйству.

— Да, пошли.

Мы свернули налево и двинулись по узкой тропе между дворами на соседнюю улицу, которая называлась «Четвертая». Женя указал на одноэтажное здание с узкими окнами и большими двустворчатыми дверями. Здание было старое и сделано из камня, который сильно осыпался мелкой серой крошкой.

— Загляну к тебе завтра, — сказал парень и энергично зашагал прочь.

Я подошел к двери, из-за которой слышался скрежет, сухой треск и шорох. Отец Егора явно был зол на него. А теперь, когда я узнал, что они потратили на мои поиски все деньги, которые должны были пойти на покупку ядра зверя, то невольно напрягся. Накосячил прежний владелец тела, но отдуваться придется мне.

Взявшись за медную ручку, потянул дверь на себя. В нос ударил запах свежей древесины, краски и, что странно, старья, плесени и пыли.

Я зашел внутрь и осмотрелся. Иван стоял у длинного стола и аккуратно стругал толстую доску из свежей древесины. Мелкая стружка с тихим шорохом падала ему под ногу и протез.

Слева и справа вдоль стен находилась различная старая мебель: тумбочки без выдвижных ящиков, табуреты с облупившейся краской, колченогие стулья, полки, этажерки и многое другое. Именно от них исходил запах старья.

Сразу за спиной плотника висел различный инструмент, а в углу навалена куча поленьев и досок.

— Ты что здесь делаешь? — грубо спросил Иван, заметив меня. — Иди домой!

Сначала я хотел повиноваться, но потом понял, что лучше объясниться здесь и без свидетелей.

— Пришел поговорить с тобой, — ответил и двинулся к нему, переступая через щепки, пустые банки из-под краски, куски сломанных старых досок и другого мусора.

— Ну давай поговорим, — он отложил инструмент, вытер руки о передник со следами краски и мелкой древесной стружкой и повернулся ко мне. — Не думал я, что ты способен на такую глупость. И как тебе в голову взбрело через ворота перебраться? Как вообще ты это сделал?

— Я не помню, — решил придерживаться той же легенды, что рассказал Жене. — Ничего не помню до того момента, как за мной пришли. Не знаю почему. Может, из-за раны. Может, из-за испуга.

— Допустим, — ответил он, но в глазах было недоверие. — Зачем ты вообще туда полез?

— Хотел добыть ядро зверя и отправиться в Высокий Перевал, чтобы охотники взяли меня в свой отряд… Ну, Женька так сказал…

— Ядро зверя? Ты в своем уме? — Мужчина уставился на меня как на умалишенного.

— Почему?

— Как бы ты убил зверя, если у тебя даже ружья нет? Голыми руками думал шею ему свернуть? Или хотел зарубить тем топориком, который стащил у меня? Кстати, где он?