Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 (СИ). Страница 33

— Лапа, помнишь тот день, когда мы втроём пробились с восточного рубежа сюда? — Мишка посмотрел на поручика.

— Помню, но не понимаю, к чему ты клонишь, — Лапа внимательно смотрел на Мишку.

— Возле ворот мы встретили парня, он ещё потом их закрывал за нами, — Мишка нервно крутил кружку с кофе в своих руках. — А потом, как-то вечером я встретил его возле нашей палатки. Он всё что-то высматривал, но, увидев меня, сразу свалил. А на следующий день я заметил, как он внимательно разглядывал Саню, то есть княжича.

— Так, как его там зовут-то? — Лапа повернулся к Егорычу. — Егорыч, молодой парень, появился тут месяцев шесть назад. Сейчас в отряде у Клыкастого. Ты должен помнить, как его зовут.

— Хм… Ты думаешь, я тут помню, кого и как зовут что ли? — Егорыч посмотрел на Лапу удивлённым взглядом.

— Иван Бобров. Среди солдат просто «Бобр», — сказал Беркут.

Все повернули в его сторону головы. Беркут пожал плечами и продолжил:

— Приходил ко мне неделю назад. Жаловался на Клыкастого, что, мол, тот его гоняет больше остальных.

— Был у нас один поставщик молока из деревенских. Привозил в родовой замок каждое утро молоко. Собирал со всей деревни, чтобы одним разом привозить. Молоко в основном уходило солдатам и их семьям, которые жили с ними. Так вот, фамилия у него была Бобров, а звали Фома. С ним иногда приезжал его сын Иван, — сказал я и внимательно посмотрел на Беркута.

— Слон, Молчун, найдите этого Бобра, скажите — я его вызываю, чтобы он рапорт написал на Клыкастого, тогда я его сниму с должности и уволю. Так ему и скажите. Если добром не пойдёт, тащите его сюда силой, — отдал приказ Беркут.

Слон и Молчун встали и вышли из палатки.

— Егорыч, отключай пока свою «мартышку», приведут Бобра — снова включишь. Мирон, забирай Мишку и дуйте к себе в палатку. Княжич, приведут Бобра — глянешь на него. Если это тот сынок молочника, то вставай и молча уходи. Дальше мы сами поговорим и потом тебе доложим, — Беркут посмотрел на меня, и я кивнул, что всё понял.

Мирон и Мишка ушли, и потянулось время ожидания, когда Молчун и Слон приведут Ивана Боброва.

Я успел выпить ещё одну кружку кофе, когда в палатку заглянул Слон с довольной улыбкой:

— Капитан Беркутов, привели Ивана Боброва по вашему приказанию. Заводить?

— Заводи, — Беркут встал из-за стола. Егорыч так и остался сидеть с «мартышкой» в руках, а Лапа встал сбоку от входа в палатку.

Первым вошёл Слон, следом за ним — молодой парень, замыкал Молчун.

Я сразу узнал сына молочника и встал из-за стола. Иван Бобров, увидев меня, дёрнулся назад, но Молчун схватил его за руку.

Я подошёл к нему и заглянул в его глаза. В них была паника и страх. Всё было ясно.

Выйдя на воздух, я вздохнул полной грудью — приближалась ночь. Магические фонари стали тускнеть. Дождавшись, когда выйдут Боря с Серёгой, мы пошли в свою палатку. День был очень тяжёлым, пора спать.

Глава 17

Утро не задалось с самого начала.

Я проснулся от охватившей меня тревоги. Открыв глаза и прислушавшись, я не услышал никаких подозрительных звуков, но тревога не проходила. Решив, что пора вставать, я спустил ноги с кровати и встал, чтобы тут же подвернуть ногу и упасть на пол. Вчера я поставил свои ботинки возле кровати, что сыграло со мной сегодня злую шутку.

Регенерация уже восстанавливала растянутое сухожилие, и через двадцать секунд я уже поднимался. Тем не менее было неприятно.

Своим падением я разбудил всех. После вчерашнего нападения на нас наёмников все спали очень чутко, и любой шум сразу поднимал всех.

Первым ко мне подскочил Мишка, так как мы спали рядом:

— Что случилось? — он протянул мне руку, чтобы помочь подняться, но помощь уже не требовалась.

— Подвернул ногу, когда вставал с кровати, — ответил я.

Мишка уставился на меня непонимающим взглядом — видно, спросонья он ещё туго соображал.

Подошли Мирон и Молчун со Слоном.

— Всё в порядке, княжич? — спросил Мирон. Я лишь кивнул и стал одеваться. — Ну что вылупились, одеваемся на зарядку, раз все встали. Нечего бока пролеживать.

— Да блин, — пробурчал Мишка, который уже успел снова залезть в свою кровать.

Через пять минут мы уже наворачивали первый круг по лагерю. Мирон не кричал на нас, как обычно, так как лагерь ещё спал. По моим ощущениям, сейчас было примерно около шести утра. Магические фонари над лагерем только-только начинали увеличивать яркость.

Весь комплекс упражнений проделали в тишине, и отправились мыться. После мытья Мирон снова придержал меня, отправляя остальных в столовую.

— Вчера я заметил во время боя, что ты не пользуешься стихийными щитами. Ты специально так сделал, чтобы не тратить ману, или просто не умеешь их создавать? — задал вопрос поручик.

— Умею делать щит земли, но создание полноценного каменного щита в бою — это долгий процесс. Я не смог закрыть Крепыша. Успел только создать слабый щит, который с лёгкостью был пробит. Магия стихии Земли хоть и мощная, но относительно других стихий очень медленная. Она очень хороша в обороне, когда у тебя есть время на подготовку, — я постарался ответить развёрнуто. — Для активных боёв она подходит плохо. Поэтому я вчера и промедлил. Крепыша можно было спасти, но я не успел.

— Ты не виноват, княжич, что Крепыш вчера погиб. У тебя очень мало боевого опыта, да и наёмники были очень сильны. Если бы не ты, возможно, мы бы все там погибли, — вздохнул Мирон. — Ладно, не время грустить.

Мирон снова открыл воду.

— Смотри, — перед Мироном сформировался щит из воды, — ударь по щиту, княжич.

Я подошёл к щиту и со всей силы ударил его кулаком. Зря я это сделал. В том месте, куда прилетел мой кулак, щит превратился в толстый лёд, а я, похоже, сломал себе руку, так как перед ударом влил в руку немного маны для пущего эффекта. Боль была такой резкой и сильной, что у меня потемнело в глазах, но я сдержался, чтобы не закричать. Регенерация опять трудилась на полную мощь, снимая боль и начиная заживлять полученную травму.

Мирон развеял щит и бросился ко мне.

— Княжич, рукой-то зачем? Этот щит часть энергии удара возвращает назад. Хорошо, что у тебя регенерация есть, другого мне пришлось бы лечить самому, — Мирон осмотрел мою руку и довольно кивнул. Моя регенерация уже была намного сильнее, чем у Мирона.

— Рассказывай, — рука уже почти восстановилась. Ещё пара минут, и кости полностью срастутся.

Мирон стал подробно описывать процесс создания щита, как напитывать его маной и как управлять. Оказалось, что его можно двигать перед собой, почти так же, как я носил с собой водные хлысты. Самое важное: чем больше воды и маны вкачано в щит, тем он мощнее.

Я сотворил щит. Чем чаще пользовался стихией, тем проще мне было осваивать новые способы управления. Это радовало. Мирон взял полено и ударил по щиту. Я перестарался с накачкой щита маной, и сейчас Мирон смотрел на меня расширенными от боли глазами. Его руки оказались сломаны, а полено разлетелось в щепки.

Развеяв щит, я кинулся к Мирону и стал помогать его регенерации восстановить руки. Мирон параллельно объяснял, как лучше использовать стихию Воды для заживления таких травм. Через две минуты регенерация Мирона и моя помощь в исцелении сделали своё дело. Руки поручика были полностью восстановлены.

— Княжич, постарайся в следующий раз на таких тренировках не использовать ману на максимум. А то ещё кого прибьёшь случайно, — строго, но уважительно произнёс Мирон.

— Хорошо, Мирон. А щит так возвращает энергию удара только при физическом контакте? Или магию стихий тоже? — мы вышли из бани и пошли в столовую.

— Только физику. На магию работает, как и любой другой щит стихии. Чем больше ты вкачиваешь в него маны, тем он крепче и его сложнее пробить. Всё, как и у других стихийных щитов, кроме того, что нужна вода. В этом и проблема стихийников Воды. Поэтому основная наша функция — это целительство. Мы хорошие целители, — ответил Мирон, и мы зашли в столовую.