Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона (СИ). Страница 26

— Госпожа? Все хорошо? Он… он вас не казнил?

Я фыркнула, потёрла лицо руками:

— Нет. Просто объяснил, что я здесь никто.

Нилли моргнула, не поняв иронии. Я выпрямилась, одёрнула платье.

Итак. Король хочет, чтобы сын дожил до свадьбы. Не выздоровел. Дожил. Выполнил долг. Умер красиво, с соблюдением всех приличий. Мать плачет, отец планирует политические союзы, а сам Релиан лежит в своей башне и медленно сгорает изнутри.

Старший брат еще не умер, а его списали со счетов, как покойника. Младший… Кстати, а что с младшим?

Чудесная семейка.

Я пошла по коридору, Нилли семенила рядом. Мысли путались, злость клокотала внутри, но я заставила себя успокоиться. Злиться бесполезно. Нужно думать. Король считает Серый покров неизлечимым. Может, так и есть. Может, все целители до меня пытались и не смогли. Но я не собираюсь сдаваться, пока не попробую. Потому что я врач. И моя работа — не облегчать страдания перед смертью. Моя работа — спасать жизни. Даже если пациент — дракон. Даже если его отец — мудак. Даже если я понятия не имею, как это сделать.

Я остановилась у окна, посмотрела на башню Релиана.

Окна тёмные. Он спит. Наконец-то без боли. Три месяца до свадьбы. Значит, у меня есть три месяца, чтобы найти способ вылечить его. Ну что, доктор Громова. Время блин пошло.

Три месяца до костра.

Так надо понимать?

— Нилли, — позвала я.

— Да, госпожа?

— Где здесь библиотека?

— Ой, ой, госпожа, сейчас к вам леди Боревейр придет. Попросите ее проводит вас. Она знается с библиотекарем, господином Орвином. Так будет лучше.

Знакомства…

Ну хорошо.

А сейчас мне предстоит изумительный урок манер. Сарказм.

Библиотека оказалась именно такой, какой я представляла себе королевские хранилища знаний в фэнтезийных мирах — огромная, трёхэтажная, с винтовыми лестницами, балконами, уставленными стеллажами до самого потолка. Пахло старой бумагой, кожаными переплётами, пылью и чем-то ещё — магией, что ли? Воздух здесь был особенный, плотный, будто пропитанный столетиями накопленных знаний.

Леди Боревейр привела меня сюда сразу после завтрака, который я проглотила наскоро, думая только о том, что где-то тут должны быть ответы.

Она шла впереди, юбки шелестели по каменному полу, я семенила следом, пытаясь не споткнуться о подол собственного платья. Нилли осталась снаружи — внутрь библиотеки допускались только те, кому король разрешил лично.

— Орвин! — позвала Боревейр, и из-за стеллажа вынырнул пожилой мужчина в длинном сером балахоне, с седыми волосами до плеч и добрыми морщинистыми глазами за круглыми очками.

— Леди Боревейр, — поклонился он, потом перевёл взгляд на меня. — А это, полагаю, и есть лекарь принца?

— Госпожа Индара, — представила меня Боревейр. — Ей нужны все книги про Серый покров. Всё, что есть.

Орвин кивнул, глаза за стёклами очков сверкнули заинтересованно:

— Следуйте за мной.

Он повёл нас на второй этаж, к дальнему углу, где стояли стеллажи с медицинскими трактатами. Достал несколько томов — тяжёлые, в потёртых кожаных переплётах, с выцветшими золотыми буквами на корешках. Положил на стол у окна.

— Вот. Всё, что написано о Сером покрове за последние триста лет. Читайте сколько нужно, госпожа.

Боревейр осталась ещё на несколько минут, объяснила мне правила библиотеки — не выносить книги, не портить страницы, не шуметь — потом ушла по своим делам. Я осталась одна с Орвином и стопкой книг. Села за стол, открыла первый том.

Страницы пожелтевшие, текст написан старомодным каллиграфическим почерком. Читать трудно, но понимать можно. Я пролистала главу за главой, выписывая основное на листок бумаги, который Орвин любезно предоставил.

С пером с непривычки было управиться сложно. Но я старалась.

И все получилось.

Симптомы: серые пятна на коже, боль, слабость, постепенная потеря магических способностей, смерть через несколько лет. Причины: неизвестны. Лечение: отсутствует. Прогноз: смертельный исход — всегда.

Отлично. Просто замечательно.

Я перешла ко второму тому. То же самое. Третий — аналогично. Четвёртый, пятый, шестой — везде одно и то же. Неизлечимо. Смертельно. Безнадёжно.

Ну теперь хоть понятно, с чего король такой прекрасный. Он мудак, конечно. Но есть вероятность, что просто не хочет бередить себя ложными надеждами.

Слабый мудак на троне.

Сказочно.

Я откинулась на спинку стула, потёрла глаза. За окном солнце поднималось всё выше, свет становился ярче, но в голове было темно. Если все целители до меня пришли к одному выводу, может, они правы? Может, я зря надеюсь?

Нет. Я не могу так думать. Я врач. Я обязана искать решение, пока оно существует.

Ну и потом, я же сюда попала почему-то? Хочется верить, что не зря.

Орвин подошёл тихо, заглянул через плечо:

— Читаете быстрее моих учеников за неделю.

Я усмехнулась:

— Очень хочется понять.

Он кивнул понимающе, поправил очки:

— Если что-то ещё нужно, зовите. Я знаю каждую книгу здесь.

Я посмотрела на него, подумала, решилась задать вопрос, который крутился в голове с утра:

— Орвин, скажите, если Серый покров наследственный, родственники принцев тоже болели, да? Можно спросить, сколько… это длилось?

Он покачал головой:

— Нет. Родословную проверяли несколько раз. Ни один предок не страдал этой болезнью. Ни по отцовской, ни по материнской линии.

Я нахмурилась.

Наследственные болезни так не работают. Они передаются из поколения в поколение, через гены, через кровь. Если родители здоровы, бабушки-дедушки здоровы, прадеды здоровы — откуда взяться болезни у двух братьев одновременно?

Я снова взялась за книги, перелистывала страницы быстрее, искала хоть что-то, что не укладывалось в общую картину. И нашла. В самом старом томе, на последних страницах, мелким почерком было написано:

«Серый покров может быть не только болезнью, но и проклятием. Действует избирательно, выбирается магом. Если причина магическая, снять можно только магией равной силы или найдя источник проклятия и уничтожив его».

Я замерла, перечитала ещё раз. Проклятие. Магия. Возможно, кто-то намеренно наложил это на принцев. Кто-то хочет их смерти. Сердце застучало быстрее. Если это проклятие, его можно снять. Теоретически. Надо только найти того, кто его наложил, или способ разрушить заклинание.

Легко сказать.

Я записала цитату, закрыла книгу, посмотрела на часы на стене — прошло уже несколько часов. Голова гудела от информации, глаза устали от мелкого текста.

Орвин подошёл снова, принёс кружку с чаем:

— Пейте. Помогает думать.

Я взяла кружку, сделала глоток — горячий, крепкий, с мёдом. Спасибо, добрый библиотекарь.

— Орвин, — позвала я, — есть ещё книги про проклятия?

Он задумался, потом кивнул:

— Есть. Но я должен буду доложить королю, что вы интересуетесь проклятиями.

Конечно. Куда же без бюрократии.

— Разумеется.

Если меня еще раз вызовут на ковер, я ему расскажу все и чуть больше. И почему у целителей, которых они звали, и не могло ничего выйти.

Продолжила читать, делать записи, пытаться выстроить логическую цепочку. Если это проклятие, кому выгодна смерть принцев? Кто стоит за этим? И главное — как его снять?

Вопросов больше, чем ответов. Как всегда.

Я так углубилась в чтение, что не заметила, как в библиотеку вошёл Релиан.

Услышала только шаги — тихие, мягкие, как у хищника, который умеет двигаться бесшумно. Боже, как он вообще это делает с тростью? Подняла голову, увидела его.

Он стоял у стола, держал в руках несколько свитков и старую книгу.

Выглядел лучше, чем ночью — лицо спокойное, глаза ясные, теперь я вижу, когда он страдает от боли. Сейчас ему явно лучше.

— Принц Релиан, — поздоровалась я, начала вставать, но он жестом остановил меня.

— Не нужно. Здесь мы можем обойтись без церемоний.

Он сел напротив, положил свитки на стол, откинулся на спинку стула. Молчал долго, смотрел в окно, будто собирался с мыслями.