Отвар от токсикоза или яд для дракона (СИ). Страница 12

Позже, когда сумерки легли плотнее, я отправился в семейное хранилище. Оно встретило запахом консервирующей магии и пыли времени. Здесь хранились свитки, награды, амулеты, кое-что из реликвий рода, даже оружие, покрытое старинными письменами. Но я шёл не за этим. В дальнем углу стоял небольшой, потемневший от времени сундук. Его не трогали с тех пор, как не стало моей матери.

Я опустился на одно колено и медленно открыл крышку. Внутри лежали маленькие башмачки — когда-то их носил я сам. Я провёл пальцем по вытертому шву, ощущая, как воспоминание согревает внутри не хуже огня. Надеюсь, они придутся впору и моему сыну. А если нет — пусть хотя бы станут первым, что он получит от меня. Не как от герцога. Как от отца.

Глава 9. Метод попаданки: травы, а не тряпки

Лидия Викторовна

Проснулась я с острым ощущением, будто что-то не просто пошло не так, а категорически пошло не туда. Первое, что я поняла — меня тошнит. И не просто слегка мутит, как бывает после плохого сна или тяжёлого ужина, а по-настоящему выворачивает. Волнами, с напором, словно внутри кто-то возмущённо протестует против моего существования. Я резко села, почувствовала, как закружилась голова, и, зажмурившись, стала нащупывать взглядом хоть какую-нибудь подходящую вазу.

Нет, не для цветов. Не для украшения. Для более приземлённых, утренне-экстренных целей. Кувшин на столике показался слишком ценным, таз — слишком далёким, а до окна я точно бы не добралась. И пока я размышляла, какая из ваз в этой роскошной, чересчур обставленной спальне будет меньше всего жалко, в дверь с весёлым шелестом ткани и лёгкой поступью влетела служанка.

— Миледи! — воскликнула она так, будто принесла весть о победе в затяжной войне. — Мой лорд приказал принести вам украшения на выбор, а ещё просил передать, что сегодня может прийти портниха, если вы изволите...

Я не сразу сообразила, что она сказала. Мне в этот момент было гораздо важнее понять, успею ли я добраться до ближайшего керамического сосуда, пока не стало по-настоящему стыдно. Я закрыла глаза, вдохнула через нос — напрасно. Кто бы мог подумать, что запах жасминового масла на простынях может стать настоящим орудием пытки?

— Выйди, — выговорила я хрипло, почти по-звериному. — Прямо сейчас, немедленно!

Служанка замерла. Я услышала, как в её лёгком дыхании проскользнула обида или, быть может, испуг. Но, к её чести, она не стала возражать, не начала причитать о долге и почтении. Тихо, почти неслышно, она покинула комнату, и только после этого я позволила себе рухнуть обратно на подушки.

«Так, спокойно», — приказала я себе мысленно. Это не болезнь. Точнее, не простая болезнь. Это... последствия. Логичные, предсказуемые, почти даже ожидаемые — если бы не случились именно со мной. Все же токсикоз оказался именно таким ужасным, как о нем рассказывали, беременные ничуть не преувеличивали. Я стиснула зубы, прикрыла глаза и снова села, уже медленнее. Внутри всё ещё ворочалось, но теперь уже не с такой злостью.

Я сидела на краю постели, медленно приходя в себя. У изголовья стоял налитый кем-то заботливым в кувшин с водой, вот только она почему-то пахла жасмином. Это совершенно не внушало доверия, как впрочем и тот факт, что я понятия не имела кипяченная ли вода или нет. А дефтерия и прочие заболевания меня совсем не привлекали, тем более в моем округлившемся положении. И теперь, когда приступ немного отступил, я понимала: так продолжаться не может. Я должна что-то сделать для того, чтобы облегчить свое состояние и чем быстрее, тем лучше. Пока ещё способна удержаться на ногах и не расползаться от слабости, как недоваренный кисель.

Именно в этот момент у меня зародилась мысль — простая, практичная, почти спасительная: нужно сварить отвар. Надеяться на то, что где-то за углом замка найдется аптека просто глупо, а доверять мистическим вибрациям и прочей магической шелухе я не собиралась. Тем более, что я знала, что нужно делать,ведь я прекрасно знала фармакогнозию, а значит знала, какие травы нужны, в каком соотношении, и как именно они работают. А если в этом замке есть хоть какая-то приличная кухня, а в мире существуют подобные травы, то я справлюсь.

Решительно натянув на себя расшитый халат — тяжёлый, неудобный, но, по крайней мере, тёплый — я подошла к двери и толкнула её. За порогом никого не оказалось. Что ж, тем лучше, я была совсем не уверена в том, что эта служанка, которая появилась у меня утром не станет вставлять мне палки в колеса.

Коридоры замка были просторны, своды уходили в высоту, как будто кто-то пытался компенсировать холод мрамора величием архитектуры. Я шла медленно, не торопясь — прислушивалась к каждому шагу, заглядывала в ниши, старалась угадать, где может быть кухня. По логике — в нижних этажах, ближе к служебным входам, к складам, к запасам. И я не ошиблась: спустя пару поворотов и одну лестницу я ощутила знакомый аромат — не еды, а древесины, золы, раскалённого металла, где-то даже корицы. Значит, я на верном пути.

Когда я вошла, никто не закричал «куда вы лезете». Кухня жила своей жизнью — кто-то замешивал тесто, кто-то резал корнеплоды, в большом очаге весело потрескивало пламя, и в воздухе витал домашний, почти уютный запах жареного лука и топлёного масла. Одним словом никто не остановился и не принялся рассматривать меня как чудо света, это почему-то вселяло надежду.

Я подошла к ближайшей пожилой женщине, которая что-то энергично мешала в котле, и с вежливой твёрдостью проговорила:

— Мне нужен отдельный котелок, чистая вода и немного трав. Мята, мелисса, имбирь, если найдётся. Еще было бы неплохо найти ромашку и календулу.

Она посмотрела на меня с прищуром, в котором читалась не враждебность, а скорее желание понять, с кем она имеет дело. Потом кивнула и махнула рукой одной из девушек.

— Делайте, как миледи велела. Только воды из второго кувшина — там чище, и котел пусть возьмёт тот, что малый, под настои.

Пять минут спустя я уже стояла у отдельного очага, вымыв руки, как учили в институте, и проверяла, что именно мне принесли. Не всё было идеально, но достаточно, чтобы сварить приличную порцию спасительного средства от токсикоза. Я сама отмерила нужное, кинула в воду по одной части мяты, мелиссы и ромашки, а затем добавила немного календулы и полчасти имбиря. Все выглядело правильно, но я не торопилась радоваться, несмотря на то, что все травы выглядели, пахли и на вкус были как земные это совсем не означало, что они обладали теми же свойствами, а главным сейчас было определенно не навредить. Вторым по важности — получить эффект.

Когда вода закипела, я отодвинула котелок чуть в сторону, дала настояться, прикрыв крышкой. Я не торопилась. У меня был редкий момент покоя. Вокруг кипела работа, никто на меня не смотрел, никто не интересовался, кто я такая. Я впервые за это время чувствовала себя не чужой, не носительницей драконьего потомства, а просто женщиной, которая знает, как себе помочь.

Я сняла котелок, процедила отвар в деревянную чашу, взяла ложку — обычную, кухонную, тёплую, знакомую. И сделала первый глоток.

Он был горьким. Противным. Прекрасным.

Я закрыла глаза, вдохнула аромат настоя и почти улыбнулась. Вот теперь можно и поговорить о платьях. Но только после второй чаши и когда гарантированно станет легче.

Я только поднесла вторую ложку ко рту, как сзади раздалось торопливое топанье, а затем резкое восклицание — на грани визга: — Миледи! Да что вы… что вы делаете?!

Я даже не обернулась сразу. Сделала глоток. Поморщилась. Вдохнула через нос. Только потом медленно повернулась и посмотрела через плечо. Передо мной стояла моя утренняя гостья — служанка с нежным, округлым лицом и глазами, в которых в эту секунду отражалась такая паника, будто я прямо на её глазах засовывала голову в пасть тигру.